Книги по психологии

СОЦИАЛЬНО-ИСТОРИЧЕСКИЕ ПСИХОТИПЫ
Д - ДИАЛЕКТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Мы постепенно, по мере рассмотрения человеческой психики в рамках исторического про­цесса в совокупности с классовой сутью подошли, к самому основному в этой работе. В одной из предыдущих глав были рассмотрены личность и характер. Теперь, когда речь идет о социаль - но-историчности психики, необходимо разобрать в этом преломлении понятие «личность». Я не случайно выпустил от суда характер. Характер есть лишь реализация имеющихся у человека качеств в то время, как личность есть сами эти качества. А для нас важно в первую оче­редь увидеть «качества эпохи», а реализация их без особого труда может быть выведена, зная со- циально-исторические условия и конкретные особенности личности. Вот почему целесообразно ввести новое понятие социально-исторический психотип, что уже было сделано в предыдущей главе. Поясню, что социально-исторический психотип является лишь адоптированным к кон­кретным социально-историческим процессам понятием «личность».

И так мы закономерно пришли к тому, что социально-исторический психотип это не что иное, как личность в ее общественно-исторической специфике. Качества присущие социально ис­торической личности выражают ее место в общественных отношениях, на какой либо стадии ис­тории и являются следствием самих этих отношений. Но все выше сказанное нуждается в одном уточнении. Дело в том, что личность несет в себе индивидуальность, в то время как психотип несет в себе общность. Иначе, психотип не идентичен личности, он несет в себе лишь ее часть, характеризующую социально историческую особенность представителей общест - венно-экономической формации, того или иного класса, или социальной группы. Вот поче­му сравнивая определения личности и психотипа не сложно видеть, что понятие «качество» заме­нено на «ценность», а также в определение психотипа присутствуют еще и потребности, которых нет в «характере». Все это указывает на то, что несмотря на всю свою связанность психотип и личность не являются одним и тем же. Психотип эпохи, или класса несет в себе отпечаток всей совокупности личностей, в то время как каждая отдельная личность несет в себе особенности психотипа ее исторической формации или социальной общности.

Так что же такое социально-исторический психотип? Каково его определение? В одной из моих первых статей по данной теме оно уже приводилось, но теперь мы увидим его в несколько измененном виде. Это не случайно, поскольку в предыдущей главе мы немало поработали над этим понятием. Социально - исторический психотип, это динамичная, относительно ус­тойчивая целостная система стандартных интеллектуальных, социально-культурных, мо­рально волевых ценностей, потребностей и поведенческих норм, присущих индивиду той или иной эпохи в зависимости от его классового происхождения и (или) классовой ориентации. Социально-исторический психотип выражается в коллективных особенностях сознания и деятельности индивидов. Это определение не родилось на пустом месте, нужно отметить ог­ромный вклад Эриха Фромма в социально-историческое понимание психики как основополагаю­щее, в противовес Фрейду, не уделившему общественному должного внимания. Мы уже говорили в предыдущей главе об этом и довольно подробно проанализировали вопрос. Теперь в повторение вышесказанного мы можем отметить следующее. С одной стороны американский ученый внес большой вклад в понимание данного вопроса, но с другой стороны Фромм не раскрыл проблемы до конца. Иначе, он не пошел дальше к классовости и историчности характера, хотя и указал на то, что характер формируется в постоянно изменяющихся в социальных условиях. Но то, что он сде­лал, уже заслуживает почтения.

У всех людей независимо от класса, на одном историческом этапе есть общие черты. Это продиктовано тем что, находясь в рамках одних социально-экономических отношений, люди не могут избежать общности, хотя это не исключает их различий. Порой это различие вытекает из этой же самой общности. Поскольку общие означает единые, но не одинаковые для всех. Но этим не отрицается некоторое психическое единство, например, несмотря на все различия психики дворянина и холопа оба они имеют феодальную психику. И если крестьянин и осуждает жестоко­го феодала, то внутренне, даже подсознательно стремиться сам стать феодалом. Эта закономер­ность нарушается лишь тогда, когда данный общественный строй вступает в кризис. В этом слу­чае справедливо разделять стадии психотипа. Итак, мы пришли к тому, что историческим выражением социально-исторического психотипа является формационный психотип и форми­рующие его и формирующиеся им классовые психотипы. Теперь не повторяя больше сказанного в предыдущей главе резонно перейти к рассмотрению новых еще не вскрытых нами сторон психо­типа. Думаю, стоит начать с одной особенности формационного психотипа. Не все качества, ко­торые существуют у какого-либо психотипа представляют в своей сути что-то совершенно новое, многие, имея место в предыдущих психотипах сохраняются в этом, но претерпевают изменения. Другими словами, психотип характеризуется не только теми качествами, которые в него входят, но и их сочетанием присущих только этому психотипу. Причем как сами эти каче­ства, так и их сочетание не является застывшим, а постоянно изменятся. Но, все же чем отличается один формационный (или классовый) психотип от другого, если их разделяет револю­ционная стадия? Формационный психотип внутренне противоречив, эти противоречия обу­словлены противоречиями между классовыми психотипами образующими его и определяют­ся классовой борьбой внутри общества. Некоторое исключения составляют лишь бесклассовые общества (первобытное общество и коммунизм) избавленные от классовой борьбы, но и в этом случае формационный психотип содержит в себе противоречия. Классовая борьба, порожденная глубокими противоречиями общественных отношений, ненеизбежно приводит к их разрешению в форме социальной революции. Это революционное разрешение обществен­но-экономических противоречий приводит и к разрешению связанных с ними психических про­тиворечий, как правило, уже созревших в сознании. Такое решение психической проблемы от­крывает человечеству возможности дальнейшего развития психических качеств, адекватных новым социально-экономическим отношениям. В свою очередь это приводит к возникновению новых психических противоречий, их созреванию и разрешению, и так до приближения к границе возможного развития в данной формации и для данного класса. Все это косвенно указывает нам на некоторую свободу психических процессов при всей их взаимосвязанности с социаль­но-экономическими процессами. Мысли и чувства невозможно контролировать извне, это де­лает их относительно независимыми, не нарушая связи с их материальными причинами. Противоречия в психике развиваются параллельно с материальным миром, но не одновременно, их разрешение происходит тоже подобным образом. Без разрешения основного формационного противоречия в психической его сути невозможно его разрешение в обществе. Жан Жак Руссо писал, что прежде чем совершиться на практике революция совершается в умах. Именно такой революцией в умах и является разрешение основных противоречий формации.

Эрих Фромм в своей работе «Иметь или быть» рассмотрел основное психическое противо­речие современного общества. Этот конфликт носит характер противоборства бытийной и собст­веннической ориентации психики. Фромм показал, что ориентация человека на обладание порож­дает массу психических проблем связанных с невозможностью удовлетворить многие потребности. Например, такой человек отчуждается от любви и дружбы. Его отношения с другими людьми носят характер стремления обладать ими. Причина этого состоит в том, что такой человек ориентирован на собственность, причем собственность это не только материальные объекты, но и другие люди, и даже не материальные элементы. Такие как воспоминание, мысли и чувства. Все для него вещи, а удовлетворение своих потребностей он понимает только как материальное. Не осознавая существования у себя нематериальных потребностей, он словно пытается накормить бегемота мылом. Конечно, у него существуют нематериальные потребности, но в силу их неосоз­нанности индивид пытается удовлетворять их материально. Все это является следствием господ­ства собственнических - буржуазных отношений, где даже себя индивид понимает как: «Я - есть то, чем я обладаю». В ходе жизни, подстегиваемый рекламой и общеформационными жизненными ориентирами, он стремится обладать как можно больше, но это не способствует решению его психических проблем, а напротив создает их. Бытийно ориентированный человек воспринимает окружающий мир и себя в нем по другому. Быть - означает иное отношение к вещам, ориентиро­ванное на оценку, а не на их цену, на принятие, но не обладание, то есть не происходит слияние Я с вещью. Я это часть огромного, бесконечного мира, я это не мои деньги, моя машина, дом жена, дети, работа, друзья и другое. Иначе, Я не есть, то чем я обладаю. Это восприятие себя как: «Я есть». Но разделение Фромма людей на бытийно и собственнически ориентированных есть не что иное, как абстракция. Поскольку доля того и другого присутствует в каждом человеке капитали­стической формации на ее финальной стадии, то, оценивая их противоречивость и борьбу, можно отметить своеобразное выражение этого противоречия. В современном искусстве, к примеру ко­торого мы уже не раз прибегали, оно выступает в тотальном искажение формы. Как выражение внутренней борьбы в содержании буржуазного искусства. Что в свою очередь является следствием борьбы в психике психотипа, где столкнулись основные противоречия формации. Противоречия, выступающие в своей индивидуальной конкретности как противоречия бытия и обладания. Где, как отмечал Эрих Фромм обладание есть еще и накопление, а бытие творчество. Перед человеком стоит выбор стремиться к обладанию или к бытию. Ориентация на обладание означает противо­речие с собой и своими новыми потребностями, такими, как самовыражение. Ориентация на бы­тие означает гармонию с собой и конфликт с системой. То есть переход от разрешения противо­речия в себе к разрешению его вокруг.

По-новому проанализировав открытое Фроммом противоречие, мы можем дать ответ на во­прос о причинах кризиса собственнической психики. Мир вышел за границы материальных по­требностей, идет активное формирование не материальных потребностей, фундаментальных для будущего. Не такие острые прежде теперь противоречия внутри капитализма обостряются до та­кой степени, что толкают психику к разрешению их в себе. Что не может не привести к разреше­нию их в материальном мире.

В то же время психика людей воспринимает не материальные потребности во многом как материальные. Это приводит к тому, что они зачастую не правильно (то есть, как материальные) удовлетворяются, что создает массу психических проблем типичных для всего общества. По­скольку это противоречие носит психо-формационный характер.

Возвращаясь к теме психотипов отметим, что этот конфликт ориентации на данной стадии капиталистической формации носит не однозначный для различных классовых психотипов харак­тер. Если для буржуазного психотипа сторона определена исторически - обладание, что не ис­ключает конфликта внутри психотипа. То внутри психотипов рабочего класса, крестьянства и ин­теллигенции идет ожесточенная внутренняя борьба. Где на лицо кризис ориентации на обладание, но при этом еще не достаточно зрелым является осознание необходимости бесповоротно сменить ориентир. Уточню кое-какую особенность этого противоречия для буржуазного психотипа. Про­тиворечие ориентации психики распространяется на данный психотип не случайно, дело в том, что конфликт собственнической и бытийной ориентации носит характер психо-формационного, то есть распространяется на все классы. Но для некоторых из них, прежде всего буржуазии, он явля­ется неразрешимым. Для разрешения его на уровне формации необходима революционная ликви­дация этого класса. Эта закономерность в ее выражении для конкретного индивида буржуазного психотипа рождает в его психике противоречие, которое он не может разрешить, не порвав со своим классом. Что практически почти невозможно.

Новый век революционной борьбы, в который вступило человечество, требует от нас не ор­тодоксальных марксистских знаний, но полноценного, исторически адекватного понимания мира. Эта глава, последняя в данной работе, не просто дала новый контур ясности в изучении социаль­но-исторических психотипов, но и позволила еще раз, в общем, и на конкретных примерах уви­деть роль и место противоречий в человеческой психике. Противоречий, без разрешения которых невозможно существование не только материального мира, но и невидимой, нематериальной суб­станции этого мира человеческой психики. Противоречий, без которых не может быть истории.

Современный марксизм, это движение исторического прорыва, мы можем с радостью кон­статировать: эпоха идеологического застоя закончена! Наше время, каким бы сложным оно нам не казалось, является временем нового социального оптимизма. Теперь, когда мы приблизились к пиковой точке развития общества отчуждения, нам с вершины предела возможности развития ка­питализма открываются все новые горизонты. Скрытый мраком повседневной деятельности, тьмой религиозных, расовых, культурных, политических и сексуальных предрассудков внутрен­ний мир человека должен быть открыт для него самого. Ключом такого открытия может быть только научное, марксистское, смелое революционное познание. Познание во имя изменения ми­ра.