Книги по психологии

ПСИХИКА, ПРОТИВОРЕЧИЯ И ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ
Д - ДИАЛЕКТИЧЕСКАЯ ПСИХОЛОГИЯ

Что есть человек? У марксизма существует четкое определение человека, согласно ему че­ловек это биосоциальное существо. То есть он состоит из двух сутей, природной и общественной. Биологически он животное, социально - разумное, наделенное сознанием, коллективное существо. Но главным для нас сейчас является выяснить, что такое психика человека, из чего и как она со­стоит. Является она частью природной сути человека, или носит чисто социальный характер? Психика, это не спрятанная богом в мясо и кости человеческого движения субстанция возвышен­ного вечного духа, она плоть от плоти нематериальная часть человека, несущая в себе его обще­ственную, и биологическую структуру. Психика, термин не новый и потому известный и понят­ный, это внутренний мир человека. Psyche по-гречески душа. К сказанному и общеизвестному можно только добавить, что внутренний мир человека является отражением внешнего. Человек не есть застывшая глыба качеств, он есть движение. Доли животного и общественного в нем посто­янно изменяются, по мере того как исторически он растет сам, то есть перемены в нем носят и ка­чественный характер. Он историчен, то есть изменяется по ходу истории.

Основными функциями психики являются отражение и регулирование . Эти функции взаимосвязаны и взаимообусловлены: отражение регулируется, а регулирование основано на ин­формации, полученной в процессе отражения [Первушина О. Н. Общая психология, Новосибирск, 1996. - 90 с.]. «Единство психики как системы выражается в общей ее функции: являясь субъек­тивным отражением объективной действительности, она выполняет функцию регуляции пове­дения» [Ломов Б. Ф. О системном подходе в психологии. //Вопр. психол. - 1975. - № 2. С.39.]. Глубокая взаимосвязь этих функций «обеспечивает целостность психики в норме, единство всех психических проявлений, интеграцию всей внутренней психической жизни. Эти же функции обес­печивают и непрерывное взаимодействие, взаимосвязь, интеграцию человека с окружающей сре­дой. Человек - активная система, и в окружающем его мире также много активных объектов» [Первушина О. Н. Общая психология, Новосибирск, 1996. - 90 с.]. Вот почему следует различать активное и реактивное отражение, активное и реактивное регулирование.

Важное место в человеке занимают его потребности. Потребности человека основаны на его сущности. То есть у человека существуют биологические и социальные потребности. Что такое потребности? Потребность это состояние, обусловленное неудовлетворенностью требова­ний организма, необходимых для его нормальной жизнедеятельности, и направленное на устранение этой неудовлетворенности. Все потребности неразрывно связаны с материаль­ным миром и деятельностью человека в нем. Даже не материальные потребности, такие как по­требность, в дружбе и любви, не являются идеалистически оторванными от материального мира. Сами потребности являются специфическими в силу того, что порождаются развитием общества. Биологические потребности сохраняются у человека в снятом, преобразованном виде и не суще­ствуют изолированно от социальных потребностей. Чем более богата, разнообразна, развита жизнь общества, тем богаче, разнообразней, более развиты потребности людей. Но все же что такое не материальные потребности? Это такие потребности, удовлетворение которых носит нематери­альный характер. Другими словами предметом потребления выступает что-то нематериальное, чаще всего отношения. Но существуют и особые случаи. Например, потребность в информации (знаниях), но она, как и все не материальные потребности, выступает лишь как часть материаль­ной потребности в труде или как источник будущей реализации других потребностей.

Марксизм рассматривает человека в движении, в развитии, в непрерывном процессе исто­рии. Человек историчен. Человеческие ценности являются следствием общественных отношений, которые непрерывно изменяются. Вот почему диалектическая психология философская наука, рассматривающая процессы психики в движении, в неразрывной связи с материальным миром. Помимо изменяющихся потребностей, существует еще и интерес (лат Interest - иметь значе­ние), это причина действия индивидов, социальных общностей, определяющая их социальное поведение. Интерес индивида или социальной общности, будь то класс, нация или профес­сиональная группа, ближайшим образом обусловлен социальным положением в обществе, что в свою очередь зависит от экономических отношений.

В психики человека сочетаются и протекают эволюционные и революционные процессы. Мы уже не раз отмечали, что психика человека явление противоречивое, в ней постоянно возни­кает и разрешается масса противоречий. Например, утром человек встает и решает идти ему в ма­газин или нет, в данном случае должно разрешиться противоречие между желанием еще поспать и желанием утолить чувство голода. Чувства, а вернее потребности вступают в такой ситуации в противоречие, которое и приходится разрешать индивиду. Известно, что такая черта характера как решительность находит свое выражение и в скорости разрешения противоречий. Нам хорошо из­вестен пример поведения такой знаменитой исторической личности как Наполеон. В 1795 году в Париже во время роялистского восстания, Поль Барасс уполномоченный правительством респуб­лики предложил генералу Бонапарту возглавить довольно слабые правительственные войска и подавить мятеж. На подробности этого эпизода есть не мало мнений, но суть остается сутью, Бо­напарт принял решение, изменившее его судьбу, менее чем за три минуты. Из этого, и других по­добных примеров, мы видим, что наиболее решительная личность отличается от обычной наи­меньшим временим колебания, то есть такая личность, оперативно принимает решение, быстро разрешает существующее противоречие. В то время как другой человек может уклониться от принятия решения такого масштаба на какое-то время, или вообще. Возможно, такая скорость имеет с другой стороны более быструю работу мозга оценивающего все за и против, но, не колеб­лясь сказать себе: «Я так поступлю»,- способен далеко не всякий. Я привел этот пример, чтобы показать насколько быстро могут разрешаться противоречия. Не разрешение противоречия может привести к тем более серьезным психическим проблемам, чем острее был поставленный вопрос. Это связано с тем, что одно противоречие порождает другое, более или менее значительное. Пре­рогатива разрешения противоречий принадлежит сознанию, в то время, как подсознание служит чуланом неразрешенных противоречий. Мы знаем массу примеров из истории, а со­гласитесь наглядней их трудно, что-либо найти, когда не разрешение противоречия приводило к фатальным последствиям. Думаю, стоит привести еще пример нерешительности. Российский им­ператор Петр III во время государственного переворота организованного его супругой так и не смог «побороть себя» и не принял никакого серьезного решения. Это имело для императора смер­тельные последствия.

Противоречия бывают настолько различных масштабов, что самое мелкое из них, бу­дучи не разрешенным, может пройти для нас без заметных последствий, в то время как наиболее крупное способно до основания разрушить психику. Поселить в человеке тяжелый невроз, и возможно даже довести его до сумасшествия. Из приведенных выше рассуждений видно, что противоречия носят преимущественно ярко выраженный социальный характер, хотя не в коем случае нельзя отрицать и их биологическую составляющую. Источником всякого противоречия являются в человеке его потребности, как биологические, так и социальные. Безус­ловно, по мере прогресса для человечества, как совокупности индивидов все большее значение приобретают социальные потребности. То есть потребности как таковые совершенствуются. Но биологическая сторона (я говорю сторона, а не потребность потому, что нет такой «физиологиче­ской» потребности которая бы не носила социальный характер, пусть даже и очень незначитель­ный) потребностей не утрачивается, а лишь теряет свою приоритетность. Вот почему подавление, то есть не удовлетворение, потребностей, таких как сексуальная, например, способно привести к серьезным психическим травмам человека. Этой проблемой активно занимался немецкий психи­атр Вильгельм Райх, сделавший ряд довольно революционных выводов: «Следовало признать со всей отчетливостью, что люди становились невротиками в массовом масштабе. Интересней был вопрос о том, как люди при господствующих условиях воспитания смогли остаться здоро­выми!

...Следует ли упорствовать и по-прежнему считать страданием только неврозы, кото­рыми болеют отдельные люди? А ведь именно это делается в частной практике. Душевные за­болевания представляют собой пандемию, действие которой захватывает весь мир: душевно­больным является все человечество

...Где источники невротической эпидемии? Этот источник следует искать прежде всего в авторитарном семейном воспитании, ориентированном на вытеснение сексуальности с неиз­бежным в этом случае конфликтом между ребенком и родителями. Такой конфликт порождает генитальный страх» [Райх В., Функция оргазма].

Райх, подробно изучив опыт подавления сексуальности в капиталистическом обществе, первым из психологов призвал к ликвидации буржуазной семьи, указав при этом на то, как это должно произойти: «Сексуальная революция в Советском Союзе началась с распадом семьи. Она распадалась самым радикальным образом во всех слоях населения - здесь раньше, там позже. Этот процесс был болезненным и хаотическим. Он вызвал ужас и смятение. Так была в высшей степени недвусмысленно доказана правильность сексуально-экономической теории в части, ка­сающейся сути и функции принудительной семьи. Патриархальная семья является в структур­ном и идеологическом отношении очагом воспроизводства всех общественных порядков, покоя­щихся на принципе авторитета. С ликвидацией этого принципа автоматически должна испытать потрясение и сама семья.

В распаде принудительной семьи выражается то обстоятельство, что сексуальные по­требности людей взрывают оковы, наложенные на них экономическими и властными связями, существующими в семье. Происходит отделение экономики от сексуальности. Если в условиях первобытно-коммунистического матриархата экономика служила удовлетворению потребно­стей всего общества (в том числе и половых), если в условиях патриархата сексуальные потреб­ности служили меньшинству, а значит, и подвергались принуждению с его стороны, то настоя­щая социальная революция, несомненно, направлена на то, чтобы снова поставить экономику на службу удовлетворению потребностей всех членов общества, занятых производительным тру­дом.

Данный поворот в отношениях между потребностями и экономикой является одной из важнейших характеристик социальной революции. Распад семьи можно понять только с учетом этого общего процесса. Он осуществился бы быстро и радикально, к тому же без помех, если бы речь шла только о том, чтобы устранить бремя, которое означают для членов семьи семейные экономические связи, и высвободить силу половых потребностей, скованных этими связями. Суть проблемы, следовательно, не столько в причинах распада семьи - они очевидны. Гораздо труднее ответить на вопрос о том, почему этот распад представляет собой такое болезненное психи­ческое явление, как ни один другой переворот.

...Мужчина или женщина все более и более вовлекались в выполнение общественных функ­ций, и тем самым лишалось основы притязание семьи на принадлежность ей того или иного ее члена. Подраставшие дети попадали в коллективы. Так возникала конкуренция между семейными и общественными связями. Но если общественные связи были новы, молоды, едва рождались, то семейные гнездились во всех порах повседневной жизни, в каждом проявлении психической структуры. Духовная скудость сексуальных отношений, характерная для большинства браков, не могла конкурировать с новыми, исполненными жизнерадостности сексуальными отношениями, практиковавшимися в коллективах. И все это происходило на основе прогрессирующего искоре­нения главной связи в семье - материальной власти мужчины над женой и детьми. Экономиче­ская связь разорвалась, а с ней разрушились и сексуальные препятствия к освобождению. Но это еще не означало «сексуальной свободы» [Райх В., Сексуальная революция].

Поскольку мы достаточно основательно рассмотрели противоречия, настало время указать на их стадии, показав, какая из них является эволюционной, а какая носит революционный харак­тер. Начиная со стадии возникновения, противоречие, носит эволюционный характер. В сознании индивида происходит активное накопление вопросов указывающих на возможный исход, вернее на последствие принятия того или иного решения. Эта стадия носит ярко выраженный эволюци­онный характер, поскольку никаких качественных изменений еще не происходит, а совершается количественное накопление вопросов. Каждый такой вопрос есть, по сути, то же противоречие только меньшего масштаба. Вся жизнь человека носит характер одного большого противоречия. Противоречия смысла жизни, где это противоречие распадается на бесконечное число меньших противоречий, которые в свою очередь распадаются на еще меньшие. Но и само противоречие смысла жизни не является вершиной противоречий, а проистекает из противоречий общественной жизни. Из классовых противоречий. Такое строение носит название бесконечной цепи противо­речий, где психические противоречия человека носят характер лишь одного звена состоящего из бесконечности звеньев.

Противоречия, возникая и разрешаясь всегда порождают новые, связанные с предыдущими, основанные на них противоречия. Эти противоречия, в свою очередь, разрешаясь, порождают ряд других противоречий. Такое возникновение одних противоречий из других называется взаимным порождением противоречий. Даже когда какие либо противоречия не разрешаются, а подав­ляются, то это опять же ведет к возникновению других противоречий, только появление их разви­вается в ином русле, нежели оно развивалось бы в случае разрешения подавленных противоречий. Эти противоречия могут, будучи разрешенными, привести к разрешению ранее подавленного противоречия, но, как правило, они подавляются сознанием вслед за породившим их противоре­чием, что приводит к усилению негативного влияния подавленного противоречия. Как таковое подавление противоречий может происходить из-за неприятных ощущений связанных с осознанием его существования, такие ощущения возникают как из-за вторжения в сознание символов подсознания, так и из-за различных объективных причин, неприятных ассоциаций, страха, существования другого противоречия. Разумеется, приведенным перечнем список причин не исчерпывается, поскольку возможно, как существование других факторов, так различное их сочетание.

Сила и слабость человеческой психики выражается в значительной мере способностью раз­решать как можно больше противоречий. Но в отличие от материального мира, где все противо­речия неизбежно разрешаются в психике противоречия могут и не разрешаться. Они могут быть подавлены и поскольку жизнь человека не бесконечна, мучить его до смерти. Спрятанные в под­сознание они то и дело прорываются, принося человеку страдания. Накопление подавленных противоречий в подсознании может носить как количественный, так и качественный ха­рактер. То есть могут накапливаться различные по силе противоречия, где одно по последст­виям может быть страшнее многих. Они оказывают влияние друг на друга, приводя к появлению новых противоречий. Мы вышли на довольно интересный вопрос. Все ли противоречия осозна­ются человеком? Давайте внимательно понаблюдаем за собой. Когда мы берем карандаш со стола, осознаем ли мы существование тут вопроса брать или не брать? Не всегда, а, как правило, нет. То есть самые мелкие противоречия разрешаются как бы неосознанно. В то время как особо крупные противоречия не могут быть разрешены иначе как при заметном участии сознания.

Многие, я думаю, читали роман Маргарет Митчелл «Унесенные ветром», и не могли не обратить внимания на то, как поступала Скарлет когда перед ней стоял очень сложный вопрос. Она говори­ла себе: «Я не стану думать об этом сейчас, подумаю об этом завтра». Возвращалась ли она к про­блеме на завтра? Далеко не всегда. Что это означает? Просто героиня романа отказывалась разре­шить данное противоречие, она подавляла его в себе. На какой-то момент ей становилось легче, но потом как помнит читатель, накопленные таким образом противоречия прорывались в виде ноч­ных кошмаров, истерик, потери сил и других не приятных последствий, такие как алкоголизм, о нем мы поговорим ниже. Самое досадное в ситуациях с подавленными крупными противоречиями это весьма значительные невротические последствия, психика зачастую во многом утрачивает управляемость. Это происходит из-за того, что подавленное противоречие требует своего раз­решения, прорывается из мрака подсознания, в то время как сознание уже избавилось от осознанной информации о проблеме, как ненужной. Это приводит к тому, что проблема вторгается в сознательные процессы психики, нарушая порядок их протекания. Внешне это выражается в определенном символизме снов не осознанно произносимых «не к месту» слов, не осознанной (в плане не понимания причины) тяги к кому-либо или чему-либо. В таких случаях человек может прибегнуть к внешним факторам. Такими внешними факторами не редко выступа­ют наркотические вещества и алкоголь. Они являются средством избавиться от «назойливых син­дромов» противоречий. К ним прибегают, как к средству уйти от необходимости разрешить сложное противоречие, но это происходит у наименее слабых личностей. Более сильные прибега­ют к ним лишь для ухода от последствий подавления. Алкоголизм и наркомания, таким образом, выступают как средство ухода от проблемы. Мы отметили, что уровень интеллекта индивида иг­рает значительную роль в разрешении и подавлении противоречий. Больший интеллект позволяет ставить более сложные вопросы. Вот почему большой ум и слабая воля заставляют, как правило, сильно страдать того, кто ими наделен. Проявление этого мы можем наблюдать на широко рас­пространенном алкоголизме и наркомании среди талантливых музыкантов, писателей, художни­ков и ученых не способных разрешить для себя противоречия различных общественных ценностей и отношений. Полагаю теперь необходимо уточнить, что такое воля. Само это понятие было вве­дено Аристотелем, ему же мы обязаны и путаницей с ним связанным. Дело в том, что Аристотель, а вслед за ним и многие «последователи» понимали ум как познавательную сферу психики, а волю как аффективно-волевую, таким образом, возникало противопоставление ума и воли. Не верность такого подхода доказал советский психолог Б. М. Теплов в работе «Ум полководца», причем сде­лал это опираясь на самого же великого античного философа. Теплов показал, что воля есть не что иное, как практический ум, а «просто ум» есть теоретический ум. Именно так мы и будем пони­мать ум и волю.

Описывая бесконечную цепь противоречий, мы указали на ее ключевое для общества звено - звено общественных отношений. Собственно именно это звено и интересует нас в первую оче­редь. Необходимо тут вспомнить еще один постулат марксизма. Бытие определяет сознание. Это означает, что общественный срой, и присущие ему отношения определяют в большей мере характер противоречий в психики человека. А это в свою очередь еще раз доказывается пси­хологическим принципом единства сознания и деятельности, заслуга в выдвижении, кото­рого принадлежит отечественному ученому психологу С. Л. Рубинштейну. Впервые он был сфор­мулирован в 1933 году: «...Психические свойства личности и ее поведение, сознание и деятельность человека включаются как звенья, как стороны в единый процесс, в котором причина и следствие непрерывно меняются местами. Таков для нас подлинный смысл положения о един­стве сознания и деятельности» [Рубинштейн С. Л. Проблема деятельности и сознания в системе советской психологии. //Ученые записки МГУ. Вып. 90. Психология. Движение и деятельность. - 1945. С. 12]. В дальнейшем за разработку этой проблемы взялись А. Н. Леонтьева, А. В. Запорож­ца, Б. Г. Ананьева и др. Согласно результатам их исследований, психика и сознание представляют собой побудительную, регулирующую, ориентирующую и контролирующую часть деятельности; сама же деятельность есть единство двух компонентов психического: отражатель­но-побудительного (внутреннего) и исполнительного (внешнего).

В. П. Зинченко и Е. Б. Моргунов дают нам другую, не противоречащую первой, картину сложных взаимоотношений между сознанием и деятельностью: «Живое движение порождает действие, действие порождает самосознание, самосознание порождает деятельность, дея­тельность порождает сознание, сознание порождает свободное действие, свободное действие порождает личность, личность порождает новые виды деятельности, расширяет собственно сознание... В любом случае, когда превращенные формы входят в другие более широкие струк­туры или выступают автономно, между ними имеются живые противоречия, выступающие одновременно и как точки роста, и как движущие силы развития. Их единство - это лишь мо­менты в их бытии. С этой точки зрения сколько-нибудь длительное единство сознания и дея­тельности - это смерть того и другого. Мы уже не говорим о том, что каждая из превращенных форм имеет и собственное сложное строение. Равновесность и гармония между ее компонен­тами непрерывно нарушается открытостью превращенной формы к среде, к влиянию других форм. Отсюда кризисы, взрывы, катастрофы (часто очистительные) в жизни человека, в его сознании и деятельности. На психологическом языке это чаще звучит как аффекты, драмы, трагедии. Даже когда равновесие сохраняется, оно не статично, оно не обладает устойчиво­стью, нарушается, имеет динамический характер... Наконец, каждая из превращенных форм имеет свои собственные законы развития, в том числе и спонтанного. Источником развития яв­ляется гетерогенность как исходных натуральных форм (например, живого движения), так и возникающих на их основе превращенных форм. Понимание психического развития и развития человека как порождение превращенных форм - вызов современной психологии со стороны фило­софии культуры и цивилизации» [Зинченко В. П., Моргунов Е. Б. Человек развивающийся. Очерки российской психологии. - М., 1994.].

«Во всех аспектах человеческой деятельности и поведения проявляется, с одной стороны, основа, унаследованная от предшествующих поколений, а с другой - всё множество непрерывных взаимодействий физической и социальной среды. Соотношение врожденного и приобретенного и, далее, биологического и социального - важная часть анализа данной проблемы» [Первушина О.

Н. Общая психология, Новосибирск, 1996. - 90 с.]. Деятельность это осмысленное, целена­правленное поведение человека в социальной среде, где поведение это взаимодействие с ок­ружающей средой, опосредованное внешней и внутренней активностью. Основными форма­ми деятельности являются: познание, общение и труд. Человеческая деятельность является основным источником общественно-экономического, политического, культурного и других видов развития. Она является основной созидающей и в тоже время разрушительной силой. Существует внешняя и внутренняя, психическая деятельность человека, их принципиальная общность заклю­чается в том, что обе они опосредствуют связи человека с миром. Любое человеческое действие является вместе с тем и психологическим актом, более или менее насыщенным переживанием, выражающим отношение действующего к другим людям, к окружению. Сделавший крупный вклад в деятельностную теорию советский ученый А. Н. Леонтьев писал: «То, что непосредст­венно определяет развитие психики ребенка - это развитие его деятельности, как внешней, так и внутренней» [Леонтьев А. Н. Деятельность. Сознание. Личность. - М.: МГУ, 1975.].

«Деятельность, по Леонтьеву, - это единица жизни. Деятельность нельзя изъять из обще­ственных отношений. Общество не просто определяет внешние условия осуществления дея­тельности, но и способствует формированию мотивов, целей, способов, средств достижения цели. Деятельность входит в предмет психологии, но не особой своей частью, а «функцией пола - гания субъекта в предметной действительности и ее преобразования в форму субъективности».

Внутренняя деятельность формируется из внешней. Процесс интериоризации состоит не в том, что внешняя деятельность перемещается в предшествующий план сознания, это процесс, в котором внутренний план формируется.

...Основным отличием одной деятельности от другой является предмет деятельности (это главное). Леонтьев считает, что предмет, направляющий деятельность, есть её мотив. Немотивированная деятельность - деятельность со скрытым мотивом. Действия - процессы, подчиненные представлению о том результате, который должен быть достигнут, то есть представлению о созидательной цели.

Выделение целей и формирование подчиненных им действий приводит к тому, что происхо­дит расщепление функций мотива: выделяются функции побуждения и направления.

Достижение цели, то есть осуществление действия, происходит в определенных условиях. Цель, переформулированная применительно к определенным условиям, есть задача. Способ осу­ществления действия называется операцией. Операции направляются на решение задач.

Основным предметом исследования в психологической теории деятельности явилось дей­ствие, его структура и функции.

Начало психологической интерпретации действия было положено в трудах Л. С. Выгот­ского. Затем в середине 30-х годов его ученики и последователи А. В. Запорожец, П. И. Зинченко, А. Н. Леонтьев и др. предприняли цикл исследований сенсорных, перцептивных, мимических и ум­ственных действий, уделив при этом особое внимание их генетической связи с предмет- но-практическими действиями. С. Л. Рубинштейн также считал действия основной клеточкой или ячейкой психологии. По его мнению:

1. В действии психологический анализ может вскрыть зачатки всех элементов психологии.

2. Действие обладает порождающими свойствами.

А. В. Запорожец сформулировал положение, что способ действия является живым ото­бражением предмета.

Для возникновения ощущения необходимо элементарное сенсорное действие. Это положе­ние доказывалось в исследованиях В. И. Аспина, В. В. Запорожца, А. Н. Леонтьева, Н. Б. Познан - ской.

Для возникновения образа восприятия необходимо осуществление сложного перцептивного действия, включающего в свой состав систему предметных операций (что существенно для формирования предметности восприятия.

Действие - основа мышления, необходимое условие формирования смыслов, их расширения и углубления.

В действии лежит начало рефлексии. Действие трансформируется в поступок и стано­вится главным формообразующим фактором и одновременно единицей анализа личности.

Операция, действие, деятельность взаимообратимы. На это указывал А. Н. Леонтьев. Превращение операции в действия, а затем в деятельность замечательно проследил А. В. Запо­рожец» [Первушина О. Н. Общая психология, Новосибирск, 1996. - 90 с.]. Однако, деятельност­ная теория, сделав крупный шаг к познанию истинной природы психики человека, так и не смогла определить единство общественных и психических противоречий, связь и особенности их разви­тия. Номинально признавая роль противоречий в развитии психики, она так и не смогла конкретно перейти к пониманию психических процессов, как процессов возникновения, развития, разреше­ния либо подавления противоречий. Роль подсознания и бессознательного в деятельности челове­ка так же осталась недостаточно изученной.

Подводя некоторый итог развития психологии в XX века можно выделить два основных по­тенциально правильных направления изучения внутреннего мира человека, это фрейдо-марксизм на Западе, и деятельностная теория в СССР. Неофрейдистское направление психологии в большей мере занималось подсознательными и бессознательными сторонами психики, в то время как дея­тельностная теория сосредоточила главные усилия на изучении сознания, их деятельность хотя и была однонаправленной, но движение к цели шло различными путями. Оба этих течения внесли большой вклад в развитие марксистской психологической науки, но так и не смогли связать в единство понимания психики все параллельно сделанные ими открытия, возможно помехой этого послужили культурно-политические, либо социально-экономические причины. Человек всегда остается продуктом истории и в своем творчестве потенциально ограничен объективными сторо­нами данного этапа развития общества.

Из-за того, что законы диалектики являются всеобщими, но действуют в различных услови­ях, что накладывает свои отпечатки, стоит отметить, что в психологии мы имеем дело с парадок­сальной на первый взгляд ситуацией. Отмечу, что противоречия должны неизбежно разрешаться, иначе процесс развития остановился бы. Так происходит везде, но только не в психике человека. Это и рождает кажущийся парадокс. В чем же тут дело? Противоречия как психический процесс являются лишь отражением противоречий объективного мира. И тот факт, что в своем отражен­ном, не материальном виде какое либо противоречие не разрешилось, еще не означает, что оно не разрешится в материальном мире. Другое дело, что это может произойти уже без участия данного индивида. Другими словами, психические противоречия неизбежно разрешаются в общественной психике, но они не являются неизбежно разрешимыми для отдельного человека, хотя и носят ин - дивидуализованный характер. Однако и тут все не столь однозначно. Определенное исключение составляют противоречия, основанные на индивидуальных потребностях, например, биологиче­ские потребности. Если индивид не удовлетворит чувство голода, то оп умрет. И хотя цепочка противоречий не прервется, то, по крайней мере, он из нее выпадет. Итак, всем этим я хочу ска­зать, что неразрешенность индивидом каких либо противоречий еще не означает их неразре­шимость, но уже означает торможение психических процессов в данном направлении. Все противоречия потенциально разрешимы, в том числе и психологические. Только для разрешения их в данный момент может оказаться недостаточно внешних и внутренних сил. Они могут так же оказаться не зрелыми.

В диалектике противоречие выступает не только источником всякого развития, движения, но и является внутренним источником этих процессов. Разрешение противоречий в психике тоже носит ярко выраженный диалектико-материалистический характер.

Развивая тему противоречий, но, стремясь вывести ее на новое направление, попытаюсь рассмотреть вопрос эклектичной психики. Уточню, эклектичной называется такая психика, где процесс борьбы противоречий в какой-то мере подменен некритичным поглощением и подавлением их. Эта психика, несмотря на свою кажущуюся особенность, является довольно распространенной, и социально-исторически вполне соответствует буржуазному обществу. В чем же секрет такой психики? Искаженное восприятие? Может просто сильная «защитная реакция» индивида? В нормально протекающих психических процессах борьба противоположностей не прекращаются, а как тут? Вероятно, противоречия осознаются, но считаются не разрешимыми. Это и создает ситуацию торможения психических реакций. Так же нередко в истории, когда со­циально-экономические изменения протекают довольно быстро, психика людей может запазды­вать, не успевая разрешить даже противоречия предыдущего этапа развития, тогда, как уже воз­никли противоречия на новом историческом уровне. Подобное положение ведет к общей заторможенности психического развития, наложению одних неразрешенных противоречий на другие, что может сыграть весьма неожиданную роль в истории. Иными словами тут тоже проис­ходит возникновение психики эклектического характера, со всеми характерными для нее чертами. Мне многократно приходилось наблюдать таких людей. Синдромами присущими такому со­стоянию являются: социальная пассивность, замкнутость в себе, невнимательность к миру вокруг, узкое его понимание, стремление решить свои сознательно минимализованные про­блемы и особая радость в случае успеха. Вспомним, что разрешение противоречий есть путь развития личности, и эклектичная психика наносит этому процессу немалый вред. Однако, эклек­тизм явление временное, а значит проходящее, даже его эпохальность (временность может рас­пространяться не на одно поколение) не означает прекращения психического развития. Кризисное состояние психики, нарушение процесса разрешения противоречий, тем не менее, рано или поздно преодолевается под воздействием объективных факторов, на которые впрочем, психические фак­торы оказывают немалое влияние. Все-таки нам интересно понять, в чем причина такого наруше­ния, как эклектизм психики в наше время? Это состояние вызвано задерживающими факторами, о них подробно речь шла в главе «Психосинтез». Чтобы более точно понять причины такого психического состояния, необходимо вспомнить, что такими, являются внешние факторы, пере­ориентирующие психические процессы на формально новые материальные потребности и препятствующие качественному росту потребностей человека. То есть формированию новых, прогрессивных и общественно значимых потребностей прокладывающих дорогу к комму­низму. Таким образом, возникает психическая задержка, и человек неосознанно вынужден много­кратно проходить одну и ту же стадию потребности. Например, культ новой модели автомобиля. Реклама толкает человека на приобретение машины путем ассоциирования ее с тем, что действи­тельно необходимо человеку в данный момент. Речь идет о таких устойчивых потребностях, как дружба, любовь, увлекательная, творческая работа. Происходит подмена, обман. Поскольку чело­век действительно становится уверен, что новая марка автомобиля сделает его счастливым. Попа­дая в такое кольцо обмана, а чем обман больше, тем хуже, человек теряет веру в возможность во­плотить свое желание в реальность, то есть удовлетворить реально существующую потребность. Он переориентируется с деятельной социальной позиция на покупательную. Он не пере­стает много работать, но тяга к творчеству резко снижается. Как следствие тормозится весь про­цесс разрешения противоречий, зато компании получают высокую прибыль.

Мы достаточно подробно рассмотрели сущность и роль противоречий в психике человека, и даже несколько углубились в проблему их влияния на характер человека. Увидели, что психиче­ские противоречия являясь выражением, социально-экономических противоречий общества, иг­рают ведущую роль в развитии личности. Разрешение противоречий означает залог гармоничного развития человека, а их подавление ведет к возникновению неврозов.