Книги по психологии

Б. Онтогения половой жизни.
П - ПОЛОВОЙ ВОПРОС

Б. Онтогения половой жизни.

Здесь мы прежде всего можем заметить, что как наружные, так и внутренние половые органы зародыша, а потом и ребенка на долгое время представляют не функционирующие задатки, хотя и организованные, но весьма малые и неразвитые. Половые железы увеличиваются, одновременно с остальным половым аппаратом, последовательно до периода возмужалости, когда они и преобретают способность функционировать. Половая зрелость для нашей расы наступает для девочек между одиннадцатью и восемнадцатью годами и между тринадцатью и восемнадцатью годами для мальчиков, со дня рождения. Но при этом коррелятивные отражения полового инстинкта в мозгу человека (см. гл. V) в большинстве развиваются раньше половых органов и даже полового инстинкта. Половой инстинкт может развиться раньше, чем произойдет законченная формировка половых органов — или наоборот. В более редких случаях половой инстинкт может и вовсе отсутствовать даже у взрослого. Указываю здесь на главу VIII, III, 3, 4, 5 и особенно на случаи половой анэстезии, гиперэстезии и парадоксии (7, 16, 17 и 28-й примеры из жизни, в конце главы V). Мы, конечно, эти непоследовательности полового инстинкта можем считать только патологическими.

Духовные различия, свойственные уже в раннем возрасте девочкам и мальчикам и аналогичные тем, о которых мы говорили в главе V, а и б, вполне естественны. Девочки любят наряды, стараются нравиться, кокетничают, ревнуют, влюбляются. В возне девочек с куклою уже заранее обнаруживается то инстинктивное чувство, которое впоследствии выльется в материнскую любовь и уход за детьми, хотя нет еще и намека на половые функции (напр., менструации) или половое чувство. Мальчики же стремятся обнаружить перед девочками свое геройство, силу, защищают их и пр. Рано обнаруживается у обоих полов половая ревность. Все эти явления основаны на бессознательных инстинктах в связи с половыми предчувствиями, обусловливающими детскую влюбленность. Мальчик влюбляется обыкновенно в портрет красивой женщины, те или иные части женского тела или туалета, девочкам же свойственно увлекаться смелым характером, манерой держаться, а также мужской красотой. В главе IV мы говорили уже об этих предчувствиях у молодых существ.

В половых органах происходят процессы, подготовляющие период зрелости, причем у мальчиков появляются эрекции, несмотря на то, что член еще мал. У очень маленьких, но патологически предрасположенных или развращенных мальчиков наличность полового чувства может быть обусловлена трением головки или раздражением, вызываемым фимозом (см. главу VIII); у девочек же при раздражении клитора. Отсюда и происходит онанизм у детей (см. гл. VIII). Так как выделения семени в этом возрасте быть не может, то при онанизме происходят выделения других желез, что также обусловливает ощущения сладострастия. Отмечаются особенно замечательные парадоксальные случаи, когда происходит правильное совершение полового акта у маленьких мальчиков и девочек, несмотря на то, что у мальчика нет еще семени, а у девочки яйца, причем все строение половых органов находится еще в зародышевом состоянии. Эти случаи, без сомнения, патологического свойства, но вместе с тем весьма характерны, как непосредственные показатели филогенетически приобретенной, через головной мозг, независимости полового стремления от законченного развития половых желез. У кастрированных в юности мужчин (евнухов) не наблюдается полового влечения, но кастрация во время или после возмужалости не исключает полового влечения, эрекции и других наружных половых проявлений.

Отсюда важное заключение: наличность полового влечения не есть еще ручательство за его нормальность. В главе VIII мы видим роль не только наследственности, но и искусственного раздражения и дурных привычек в развитии уродливости полового инстинкта извращенности и излишеств.

Глава IV ознакомила уже нас с исключительно индивидуальными видоизменениями libido sexualis у обоих полов и половою потенцией. Считаясь с возрастом между двадцатью и сорока годами, как представляющим период наибольшей мужской потенции и libido, нужно сказать, что, в интересах рождения сильного и здорового потомства, более благоприятным является возраст до тридцати лет, а не после этого срока.

Наблюдается, что одновременно с развитием утонченности полового стремления происходит качественное улучшение половой любви. Это объясняется, быть может, уменьшением интенсивности полового стремления, если иметь в виду лишь нормальные мозги. В то время, как юность дает перевес любовному пылу и ярко выраженному libido sexualis, а также необузданным страстям и эгоизму молодости, более зрелый возраст обеспечивает более равномерную любовь. Не следует однако, смешивать любовь с проявлением libido. Для романиста, который спекулирует на эротизм, гораздо интереснее, разумеется распространяться о пожаре страстей и о любовных катастрофах, чем изображать лишенную пикантности здоровую и спокойную любовь более пожилых супругов. Половое стремление и половая потенция пропадает у мужчины в возрасте между 60-ю и 80-ю годами, причем потенция угасает раньше libido, что и служит иногда причиной того, что старики прибегают к всевозможным извращениям, чтобы усилить свою потенцию или удовлетворить свое libido.

Эгоистические мужчины на такой почве в старости становятся весьма извращенными и пошлыми. Ловко оперируя любовной фразой, заменяющей у них любовное чувство, эти старые дон-жуаны являются весьма опасными соблазнителями. В этом случае облагораживающее влияние возраста в любви совершенно исключается.

Вестермарк видит проявление нормальных условий в том, что пожилой мужчина влюбляется в немолодую же женщину. Однако, мы часто видим, как старики влюбляются в молодых девушек, причем и эти последние, как это ни странно, питают страстное чувство к своим старым ухаживателям, ничего общего не имеющее с какими-либо материальными или честолюбивыми соображениями.

Пылкая любовь старика к молодой девушке, как это справедливо утверждает Вестермарк, представляет собою уклонение от нормы, как мы и увидим в главе VHI. При этом нельзя назвать нормальным и проявление любовной страсти со стороны девушки к старикам, что объясняется нередко ее истеричностью или способностью легко поддаваться внушению.

Люди, осуждающие брак, совершенно упускают из виду ту просветленную любовь, которая наступает в более пожилом возрасте супругов. Исключения отсюда только подтверждают общее правило.

Женщина созревает раньше мужчины, причем уже в восемнадцать лет девушка нашей расы достигает половой и брачной зрелости. Возраст между 18 и 25-ю годами наиболее для нее благоприятный для половых фунций. Климактерический период, или угасание способности к зачатию, происходит у нее в возрасте между сорока и пятьюдесятью годами. Период способности к зачатию у женщины, таким образом, значительно короче, чем у мужчины, прекращаясь, в свою очередь, и значительно раньше.

Женщина поэтому гораздо раньше обнаруживает свое развитие и высоту природных способностей. Развитие libido sexualis у женщины происходит одновременно с половой деятельностью, причем до этого половое стремление выражается лишь неопределенным томлением. Может случиться, что онтогенетически у немолодых женщин (в возрасте от 30 до 40 лет) libido sexualis будет наиболее интенсивным, благодаря чему они будут влюбляться в молодых людей. Эти случаи также далеки от нормы. В общем следует считать, что мужчина должен быть лет на шесть-двенадцать старше своей жены, причем женщина должна как можно раньше выходить замуж.

Половое побуждение отступает на задний план в половой онтогении нормальной женщины перед беременностью, родами, кормлением и воспитанием детей. На этой последней деятельности, соединившейся с нежностью по отношению к мужу, и зиждется, главным образом, счастье женщины.

Наблюдаются случаи, когда и у пожилых женщин сохранилось libido, несмотря на наступление климактерического периода, что обусловливается чаще ненормальными условиями. Принято с неприязненным чувством отзываться о старой женщине. Правда, такие причины, как неудовлетворенное половое стремление, оскорбленное самолюбие, а иногда и патологические факторы, могут выработать из пожилой женщины существо несимпатичное. Но серьезное воспитание женщины, улучшение ее социального положения должно будет подействовать благотворно в вышеуказанном смысле. Есть много старых женщин, которых можно привести в качестве социально-этического образца, благодаря их выдержке, благородству, проницательности, здравому смыслу. Стареющая женщина, потерявшая своих близких людей, способна посвятить себя социальной деятельности с чрезвычайной энергией. Любовь, таким образом, обусловленная прежде всего филогенетически половым влечением и в расцвете жизни тесно идя с ним рука об руку, все более и более от него отделяется, становится самостоятельной и находит себе другие замещающие объекты.

Ребенку свойственна на первых порах вполне естественная эгоистичность, стремление сохранить свое собственное "я". Однако, и в этом возрасте наблюдается уже проявление чувства долга и сострадания. С наступлением половой зрелости, совпадает и эгоизм вдвоем, преследующий цели размножения вида. Но на старости эти стремления отпадают, и служение интересам общества является обязательным. Одновременно должно произойти видоизменение половой любви в высшую, просветленную, идеальную любовь. Только в силу таких соображений получит свое подтверждение основной биогенетический закон Геккеля: "онтогения представляет сокращенное повторение филогении". Наш первичный предок (одноклеточное животное) филогенетически знал только свои собственные интересы, вслед за чем последовало половое воспроизведение, в свою очередь, на первых порах без чувства любви, а потом и в сопровождении половой и семейной любви (у высших животных, птиц и млекопитающих); все эти переходы увенчались высшей социальной любовью, в виде солидарного чувства долга или альтруизма. У человека это не столь обнаруживается, как у некоторых животных, у которых социальные чувства появляются, разумеется, вполне инстинктивно (пчелы, муравьи). Мы можем отсюда извлечь естественный закон, обусловливающий развитие альтруизма в общественных организациях. У человека общественное единение хотя и подвигается вперед очень медленно, но социальные чувства людей должны в конце-концов взять верх.

Наши слабые филогенетические чувства симпатии не дают права строить на них обязательную социальную солидарность. Но нужно считаться с тем, что альтруист способствует процветанию общества в силу своих общечеловеческих качеств, причем влияние эгоиста совершенно противоположное. Является насущно-важным поэтому содействовать половому размножению первого типа и обрекать на бесплодие второй.