Книги по психологии

ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА ПЕРЕВОДА
М - Мыслительная деятельность детей

Небольшая по объему книга профессора психологии Эдинбургского университета Маргарет Доналдсон весьма емка по содержанию, по количеству и глубине проблем, которые в ней обсуждаются или затраги­ваются.

Проблемы эти весьма разнообразны: содержание и общая направленность школьного образования, его эффективность, значимость психологических зна­ний для педагогики, адекватность наших знаний о психическом развитии дошкольника, о формирова­нии мышления и речи в раннем детстве, подготовка детей к школе и поиск рациональных путей такой подготовки, роль трудового обучения в общем обра­зовании и др.

Читатель увидит, насколько созвучно обсуждение этих проблем в книге М. Доналдсон задачам прохо­дящей в нашей стране реформе общего и профессио­нального образования. Особую актуальность эта книга приобретает в связи с осуществляемым перехо­дом к школьному обучению детей начиная с 6-летне - го возраста. Именно переходу от дошкольного дет­ства к школе посвящено основное содержание книги, в которой весьма подробно разбираются проблемы развития мышления и речи дошкольников.

Автор, критически анализируя основные положе­ния о развитии интеллекта ребенка наиболее распро­страненных психологических теорий, вскрывает их несоответствие не только друг другу, но и основным фактам психического развития ребенка. Выявляются также несовместимые расхождения и внутри от­дельных концепций.

Прежде всего критическому анализу подвергается теория Ж. Пиаже. Развиваемые в связи с этим со­ображения М. Доналдсон представляют особый ин­терес, потому что идут, так сказать, изнутри концеп­ции, от психолога, непосредственно работавшего с Ж. Пиаже и ряд лет проводившего исследования под непосредственным влиянием его идей. Высоко оце­нивая значение исследований женевской школы, М. Доналдсон вскрывает при этом коренные недо­статки концепции в целом.

Критике подвергается одно из центральных поло­жений теории Пиаже - положение о детском эгоцен­тризме. Критика эта, пожалуй, будет особенно инте­ресной для советских психологов и педагогов, во - первых, потому что ведется под несколько иным углом зрения, чем это делалось и делается в совет­ской психологии, а во-вторых, потому что высказы­ваемые при этом соображения имеют чрезвычайно серьезные практически-педагогические следствия: они требуют основательного пересмотра традицион­ного содержания и методик как дошкольного воспи­тания, так и начального образования.

Критический разбор детского эгоцентризма пред­ставляется даже более радикальным, чем осуществ­ляемый советскими психологами. В исследованиях советских авторов наличие детского эгоцентризма признается [*], но ему или дается иное объяснение, или предлагаются пути преодоления связанных с ним трудностей детей в решении тех или иных задач (в частности, посредством поэтапного формирования необходимых умственных действий). В работах, про­веденных М. Доналдсон и ее коллегами, экспери­менты построены так, что дают основания сомне­ваться в самом существовании детского эгоцентриз­ма. Как оказалось, «децентрация» не вызывает никаких затруднений у ребенка при решении задач, имеющих ту же логическую (или математическую) структуру, что и задания Ж. Пиаже.

В чем же дело? В чем ошибался Ж. Пиаже и чем его задания отличаются от описанных М. Доналд­сон? Разбираемые М. Доналдсон эксперименты М. Хьюза (см. с. 26), в которых дошкольники успеш­но справлялись с заданиями, сходными с известной задачей Ж. Пиаже с тремя горками, ставят детей в принципиально другую ситуацию. Эта ситуация от­личается от ситуаций заданий Пиаже тем, что она могла быть непосредственно пережита детьми, т. е. она связана с их жизненным опытом (естественно, еще весьма ограниченным), понятна им и вызывает у них определенные эмоциональные переживания. Подобные условия позволяют детям справиться да­же с более сложными по сравнению с предлагавши­мися Пиаже задачами.

М. Доналдсон и ее коллеги показывают, что трудности детей в решении задач действительно свя­заны с особенностями мышления дошкольника. Но эти особенности определяются не неспособностью дошкольника преодолеть свой эгоцентризм, встать на позицию другого человека, «децентрироваться», а недостаточной абстрактностью его мышления, что ведет к определенным ограничениям в понимании намерений взрослого, содержания задания и т. п. Чтобы быть понятой, задача должна вызывать у ре­бенка эмоциональные переживания. Задачи Пиаже просты, и он не представлял, что ребенку они могут казаться просто бессмысленными. «Эгоцентризм» ребенка на самом деле-это эгоцентризм взрослого, оказавшегося неспособным встать на точку зрения ребенка, увидеть особенности его мышления не толь­ко с чисто интеллектуальной, логической стороны.

Когда ребенок приходит в школу, он сталкивает­ся с необходимостью решать, представлять задачи без переживания их содержания и понимания их зна­чения для себя. Проблема, над которой мы не очень - то задумываемся,- несоответствие требований, предъявляемых к ребенку, особенностям и возмож­ностям его мыслительной деятельности. «Знания об­щей природы предмета, который взрослый препо­дает детям, впервые переступившим порог школы, настолько хорошо им освоены, что это мешает по­нять, в чем же именно необходимо помочь ребенку» (с. 121). Сказанное не в меньшей мере, чем к мышле­нию ребенка, относится и к его речи. Эгоцентризм речи ребенка в значительной мере носит столь же мнимый характер. При выполнении речевых заданий определенного типа ребенок не обнаруживает ника­ких признаков эгоцентризма или ограниченности мыслительной деятельности, это становится особен­но очевидным при анализе речи детей в есте­ственных, не экспериментальных ситуациях.

М. Доналдсон не без оснований считает, что для овладения детьми грамматическими закономерно­стями речи совсем не обязательно прибегать, как это делает Н. Хомский, к теории врожденной способно­сти к усвоению языка. Опираясь на идеи Л. С. Вы­готского и на данные проведенных ее коллегами ис­следований, она показывает, как такие закономерно­сти можно объяснить, если учитывать роль деятель­ности в развитии речи.

Вместе с тем многие трудности ребенка в понима­нии речи взрослых и особенно в овладении чтением и письмом зависят от того, насколько он овладел уме­нием вычленять языковые явления как самостоя­тельные, не связанные с контекстом употребления. Владение этим умением часто недооценивается при начале обучения ребенка. В этой связи М. Доналдсон обращает внимание на особую роль обучения чте­нию и письму. Напечатанное или написанное слово, будучи отвлечено от конкретной ситуации, облегчает переход к использованию речевого материала в аб­страктном плане, а значит, и к абстрактному мышлению.

Рассуждения М. Доналдсон о различиях до­школьного и «школьного» уровней развития мышле­ния и речи у ребенка находят веское подтверждение в проведенных за последние годы исследованиях детей с задержкой психического развития, у которых труд­ности, связанные с началом школьного обучения, вы­ражены особенно сильно.

Например, в работах Г. Б. Шаумарова и К. Но - ваковой[†], использовавших интеллектуальные тесты Векслера и Станфорд-Бине, был выявлен относи­тельно высокий уровень выполнения вербальных за­даний, требующих осмысления житейских ситуаций, при чрезвычайно низких результатах по такому суб­тесту, как «словарь», в котором требовалось объяс­нить значение слов.

В целом критика основных положений Ж. Пиаже направлена против интеллектуализма этой концеп­ции, на раскрытие значимости деятельности ребенка и необходимости учета особенностей его развиваю­щейся личности.

Конечно, некоторые рассматриваемые автором книги вопросы приобретают особый смысл именно в английской школе, и не все описываемые проф. До­налдсон эксперименты одинаково убедительны, часть результатов может быть объяснена иначе, но главное достоинство книги в том, что она не только


Учит глубже вникать в особенности детской психики, но и показывает, в каких условиях такое проникнове­ние оказывается возможным, насколько эффек­тивным становится в таком случае использование потенциальных возможностей психики ребенка. Ду­мается, оценка Дж. Брунером этой работы как «одной из самых замечательных, наиболее мудро по­строенных и предельно информативных книг о раз­витии интеллекта ребенка, появившихся за послед­ние 20 лет», вполне оправданна. Брунер также указывает на ее чрезвычайную значимость для педагогики.

В заключение особо отметим дидактический ас­пект полезности книги как для исследователей психо­логов и педагогов, изучающих развитие дошкольни­ка, так и для практических работников, имеющих дело с детьми этого возраста. Работа М. Доналдсон демонстрирует поразительное умение отказаться от десятилетиями державшихся представлений и подхо­дов и посмотреть на известные факты непредвзятым взором, усомниться в их, казалось бы, незыблемой трактовке. Подобное отношение обогащает исследо­вание, ведет к пересмотру известных эксперимен­тальных методик, условий эксперимента, к понима­нию внутренней позиции ребенка. В результате появляются совершенно новые данные, опровергаю­щие прежние представления и раскрывающие огромные потенциальные возможности ребенка. Все это, в свою очередь, заставляет методистов заняться пересмотром содержания и методик дошкольного воспитания, а педагоги-практики получают средства для более адекватного подхода к детям, учитываю­щего ранее игнорировавшиеся (или недооценивав­шиеся) особенности их психического развития.

В. И. ЛУБОВСКИЙ

Памяти

Джеймса Мак-Гарригла посвящается