Книги по психологии

ПЕРЕМЕНЫ И СТАБИЛЬНОСТЬ
П - ПАРАЛЛЕЛЬНОЕ МЫШЛЕНИЕ

Н

Ужны ли перемены ради перемен? Казалось бы, ответ очевиден — «нет», но есть немало веских причин сказать «иногда». Например, в сферах вроде искусства или мира моды, где перемены означают жизнь. Без перемен мы утонули бы в серости, одина­ковости вещей. Перемены возбуждают и стимулиру­ют. Позволяют открываться новым направлениям раз­вития.

Мы успокаиваем себя, придерживаясь рамок игры, которые сами создали. Классический пример тому — система образования, которая установила сама для себя определенные критерии (обычно весьма далекие от нужд общества) и вполне удовлетворяется их ис­пользованием.

Нет никаких причин полагать, что, делая что-либо, мы делаем это наилучшим образом. Та конкретная по­следовательность действий, которая определяет суще­ствующий метод делания чего-либо, необязательно яв­ляется оптимальной. Однако, сделав усилие над собой, мы очень часто обнаруживаем новые пути — более про­стые, более эффективные и менее дорогостоящие.

Поэтому есть причины стремиться к переменам, даже когда насущной необходимости в них нет. Но что, если она есть, и очень сильная?

Мир вокруг нас меняется. Эти перемены ускоря­ются прорывами в развитии науки и техники. Населе­ние растет. Меняются ценности. Развиваются нации, причем все быстрее. Происходит загрязнение окружа­ющей среды. Растет продолжительность жизни.

Можно притвориться, что перемен никаких нет, или что они нас не касаются, или что мы можем изо­лироваться от них. Можно мечтать о «возвращении к основам», о воссоздании «старых добрых времен».

Можно сопротивляться переменам любой ценой.

Можно выжидать, пока давление перемен не ста­нет невыносимым, и только тогда дать им дорогу.

Можно надеяться, что постепенно растущее давле­ние перемен так же постепенно трансформирует су­ществующие идеи и ценности, так что нужда в резкой или сознательной ломке не возникнет.

Нам трудно иметь дело с меняющейся средой, по­тому что традиционная западная система мышления (сократовский метод) разрабатывалась «Бандой Трех» не для перемен. Она разрабатывалась для стабильного общества, где не было и намека на те стремительные изменения, которые мы переживаем последние сто лет. Просто нелепо было бы рассчитывать, чтобы три умнейших древнегреческих философа смогли разра­ботать систему мышления, способную справиться со стремительными переменами, происходящими вокруг нас сегодня.

Если наша система мышления не предназначена для осуще­ствления перемен, нечего удивляться тому, что мы не питаем большого доверия к переменам.

Традиционная система мышления не только плохо справляется с переменами, в условиях перемен она


Может даже представлять опасность своей негибкос­тью. Сократ искал «истинные определения». Платон был озабочен «абсолютными, неизменными идеаль­ными формами».

В обществе есть фундаментальные концепции, которые действительно могут оставаться неизменны­ми. К их числу можно отнести деньги, экономику, занятость, работу, образование, демократию, правосу­дие, здравоохранение и т. д. Мы привыкли смотреть на эти концепции как на неизменные абсолюты. Наше конструктивное мышление по-прежнему работает с существующими концепциями, вместо того чтобы изобретать новые. Мы продолжаем надеяться, что дав­ление эволюции поможет нам найти лучшие способы реализации этих традиционных концепций. Мы даже помыслить не можем, что такие фундаментальные концепции могут сами нуждаться в изменении.

Для перемен нужны «возможность» и «творчество». Как может служить переменам система суждений/яче­ек? Достаточно ли сидеть и надеяться, что идеи воз­никнут сами собой и предстанут перед нами, чтобы мы их оценили? Даже если они возникнут и предста­нут, много ли смысла в том, что мы будем оценивать их с позиции «старых» ячеек?

Хорошее — враг лучшего. Адекватность — враг со­вершенствования. Поскольку наши традиционные концепции (включая нашу систему мышления) более или менее адекватны, мы не видим большой нужды менять их. В лучшем случае мы соглашаемся на пере­мены незаметные, «плавные», чтобы в процессе изме­нения вещей не было резких поворотов.

Если перемены необходимы, мы предпочитаем метод небольших модификаций, поскольку он сопря­жен с меньшим риском, нежели радикальная пере-

10 5ак 3294


Стройка. Однако в некоторых областях, таких как эко­номика и, возможно, демократия, именно такая ради­кальная перестройка может стать необходимой. За­щищать существующие идеи — занятие достойное, но никак не служащее делу перемен. Пусть другие стре­мятся к переменам, а мы будем им возражать. Из та­кого диалектического столкновения какие-то скром­ные перемены, в принципе, могут родиться, но родят­ся ли? А если и родятся, то могут быть слишком вялыми и неадекватными. В самоорганизующихся системах внесения небольших поправок обычно не­достаточно. Если перебирать одни и те же элементы, множество возможных результатов остается прежним. Наступает время, когда нужно переосмыслить сами элементы.

Фундаментальным недостатком нашей традицион­ной системы мышления является вера в то, что эво­люция способна приносить новые идеи и что система суждений создает ядовитую среду, в которой способ­ны выжить лишь самые лучшие идеи. Если бы мы шли таким путем в науке и технике, большого прогресса мы никогда не добились бы. У нас до сих пор ходили бы усовершенствованные колесные пароходы. От ко­лес к винту на пароходах мы перешли только благода­ря устроенному испытанию — кто кого перетянет. К ужасу Адмиралтейства, победу одержал винтовой па­роход. Но как устроить подобные наглядные испыта­ния для концепций в других сферах? И откуда брать новые идеи для^таких испытаний?

Мы можем творчески мыслить о том, чего мы хо­тим достичь. Мы можем творчески мыслить о том, как иначе достичь традиционной цели. Мы можем созда­вать новые ценности или разрабатывать новые спосо­бы реализации существующих. Во многих областях мы имеем возможность отличить удачные идеи от беспер­спективных, глядя на то, достигают ли они тех целей, которые мы перед собой ставим. Поэтому нет ника­ких причин полагать, что мы не можем по достоин­ству оценить любую новую концепцию, только делать это нужно не сравнивая ее со старыми, а с той точки зрения, какую пользу она принесет.

Стоит ли воздерживаться от покупки нового сорта вина, если нельзя заранее сказать, будет ли оно лучше тех, что вы уже пробовали? Риск есть, но есть и награда.

Если наша система мышления не предназначена для осуществления перемен, нечего удивляться тому, что мы не питаем к ним большого доверия. Развивая навыки параллельного мышления, творчества и кон­струирования, мы можем обрести больше сил и уве­ренности в себе по отношению к переменам. Но на­сколько мы стараемся развивать в себе эти навыки? Очень мало стараемся, потому что продолжаем верить, что информации, анализа и суждений достаточно.

Фундаментальным недостатком нашей традиционной системы мышления является вера в то, что эволюция способна прино­сить новые идеи и что система суждений создает ядовитую среду, в которой способны выжить лишь самые лучшие идеи.

Золото стабильно и неизменно, но его практичес­кое использование ограничено. Абсолютная истина стабильна и неизменна, но ее применение на практи­ке ограничено вынесением суждений и процессом конструирования.

Картошка становится едой только тогда, когда на­учишься ее готовить. Вы можете судить о вкусе приго­товленного блюда, но не ждите, что ваши суждения научат вас готовить.

Замкнутый круг. Чем слабее мы в конструирова­нии лучших концепций, тем важнее умение оцени­вать эти концепции путем суждений. Но чем большее значение мы придаем суждениям, тем меньше сил мы прилагаем к развитию навыков конструирования луч­ших концепций. Если вы не обеспечиваете своих де­тей моделями поведения, тогда для контроля над их поведением необходима дисциплина, которая сама по себе является плохой поведенческой моделью.

Вот почему мы должны перестать верить, что кри­тического мышления достаточно для того, чтобы со­владать с необходимыми переменами. Защита суще­ствующих идей только кажется адекватным способом укрощения потребности в переменах.