Книги по психологии

«Хризантема и меч» Рут Бенедикт
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Наиболее заслуживающим внимания и наиболее проницательным из этих исследований явилась кни­га Рут Бенедикт о Японии «Хризантема и меч». Глав­ная часть работы интерпретирует противоречивые свойства сдержанности и фанатизма зрелого япон­ского характера в терминах японских социальных кодов, относящихся к обязательности, которая, в свою очередь, обосновывается в навыках социали­зации, которые вызывают стыд в детях. Ее работа концептуально сродни концепции основной лично­стной структуры: она различала культурные пере­менные и личностные переменные, исходя из согла­сованности культуры и личности, что является ха­рактерным тезисов ее «Моделей культуры». Никогда не проводя исследовательскую работу в Японии, Бе­недикт была одним из пионеров «изучения культуры на расстоянии» (основываясь, например, на литера­туре, истории, записках путешественников, кино­лентах, искусстве, интервью эмигрантов), которое становится привычным в изучении национального характера к середине 1940-х гг.[150]

Главное внимание Бенедикт уделила вопросу о том, почему японцы могут быть столь жестоки по от­ношению к пленным и относиться с таким уважением и быть готовыми к сотрудничеству с победителями по - еле полного поражения Японии в войне. До Второй ми­ровой войны и в ее ходе многие американцы боялись того, что японцы будут угрюмыми и враждебными, на­цией затаившихся мстителей, которые будут саботи­ровать любые мирные программы. Но их страх оказал­ся безосновательным. После поражения японцы, каза­лось, абсолютно изменились, превратились в нацию, состоящую из людей, которые вполне приняли свое поражение и придерживаются самого благожела­тельного расположения к новой демократической по­литике.

Бенедикт объясняла это так. Сильной стороной японцев является стремление к продолжению раз вы­бранного направления, но когда это оказывается абсо­лютно невозможным, они с той же настойчивостью начинают двигаться в другом направлении. «Японцы имеют этику альтернативности. Они попытались до­стигнуть свои цели посредством войны, им это не уда­лось. Они отбрасывают этот путь и пытаются найти возможность изменить направление»[151]. Эта способ­ность без сожаления менять свое направление коре­нится, по мнению Бенедикт, в том опыте, который каждый японец приобретает в процессе своего взрос­ления. Ведь особенность воспитания детей в японских семьях состоит в резкой смене методики воспитания по достижению ребенком определенного возраста. Примерно до 6 —7 лет детям разрешается вести себя почти как угодно, но более старших детей за каждую провинность подвергают серьезному наказанию. Эта практика воспитания «провоцирует двойственность, амбивалентность японского взгляда на мир, амбива­лентность, которую не следует ни в коем случае игно­рировать. Опыт привилегий и психологической свобо­ды, которую они имели в детстве, остается в их памяти на всю жизнь; несмотря на дисциплину, которой они должны подчиняться, достигнув определенного возра­ста, это память о времени, когда они не знали наказа­ний. Достигнув 6 — 7 лет, японцы входят в возраст, когда за провинность они подвергаются жестоким на­казаниям и чувствуют себя беспомощными перед любыми применяемыми к ним санкциями. Если они чем - либо провинились, то члены их собственной семьи об­ращаются против них»[152].

Исследования национального характера явились первым опытом изучения в систематизированной фор­ме психологических аспектов культуры, или точнее бы­ло бы сказать — национальных культур с психологиче­ской точки зрения. Национальный характер отражает психологические особенности представителей той или иной нации. Психологическая антропология, взявшая­ся за изучение национального характера, признавала существование таких особенностей, а именно то, что в сходных обстоятельствах представители разных на­ций проявляют себя по-разному. Этот взгляд очень по­пулярен и широко представлен в художественной ли­тературе. Тем не менее долгое время социальные науки не брали на себя задачу описать, в чем состоят эти раз­личия, не имея для этого методологических средств. Особенности видения мира представителями различ­ных культур являются одной из центральных тем не только для психологической антропологии, но и для ис­торической этнологии. Последняя предлагает свой ва­риант объяснения их происхождения.

И Значение разработки методологии изучения культуры «на расстоянии». Это разработка является важной для антропологии, которая начинает использовать письмен­ные источники об истории изучаемого народа и делать свои выводы, во многом опираясь на знания о поведении того или иного этноса в различных исторических ситуа­циях в ответ на различные социокультурные стимулы.