Книги по психологии

От теории «схемы» к теории «сценария»
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

«Событие сопряжено с целенаправленной дея­тельностью людей, их оперированием объектами, их взаимодействиями ради достижения некоторого ре­зультата. Поскольку события производны от целей, они обычно получают условные названия (ярлыки) и мыслятся в некоторых рамках. Так, закупка про­дуктов может иметь цепь ассоциаций, начиная с по­садки в автомобиль и заканчивая возвращением с покупками домой и их распаковыванием, но эти ассоциации строго ограничены активностью по до­стижению цели. События сами по себе имеют струк­туру. Они характеризуются определенной времен­ной и причинной последовательностью и являются сегментами активности, каждый из которых может в свою очередь рассматриваться как событие (посе­щение магазина включает, например, поездку в ав­томобиле). Следовательно, можно говорить о струк­туре события. «Обобщенное представление о собы­тиях» (generalised event representations — GER) структурировано аналогичным образом, что и само событие, и, значит, имеет ту же структуру. Однако нет гарантии, что важные характеристики структу­ры события будут репрезентированы в каждой кон­кретной GER, особенно это касается детей, их вос­приятия. Кроме того, вербальные описания события также могут не полностью отражать ту структуру, которую имеет GER. Поэтому мы различаем само со­бытие, его ментальную репрезентацию и его публич­ную вербальную репрезентацию. Сценарная модель игнорирует различия между внешним событием, его внутренней репрезентацией и внешним описанием, т. к. сценарии первоначально были введены как ком­пьютерная модель понимающего дискурса, а ком­пьютер нечувствителен к этим различиям. Сцена­рий же для нас, как схема события, является некото­рым типом GER. GER используется как общий тер­мин, ER используется, когда мы имеем в виду сразу две вещи: специфические и общие репрезентации. Термин «сценарий» мы употребляем тогда, когда у нас есть уверенность, что обсуждаемые нами GERs соответствуют сценарной модели. Термины «эпи­зод» и «событие» соотносятся друг с другом как знак и тип»[568].

Сценарий — это упорядоченная последователь­ность действий, разворачивающихся в некотором пространственно-временном контексте и подчинен­ная некоторой цели. Сценарии определяют агентов действий (actors), сами действия (actions), сопря­женные с достижением целей в определенных об­стоятельствах. Сценарий состоит из слотов и требо­ваний, чем эти слоты могут быть заполнены. Иными словами, сценарий точно определяет роли, а также обязательные и факультативные действия. Для каж­дого из слотов имеются «значения по умолчанию» (default values), которые подразумеваются, если агенты, действия и объекты действий не определены для данного конкретного контекста. Так, сценарий посещения ресторана предполагает в качестве аген­та действия официанта. Существуют базовые харак­теристики, которые роднят сценарии с другими схе­матическими структурами, с одной стороны, и, наоборот, отличают их от последних. К первым от­носится то, что сценарий, подобно другим схемам, есть организованная структура знаний, где часть подразумевает целое, а целое есть нечто большее, чем сумма его частей. Сценарий, адекватно описы­вающий некоторую ситуацию, позволяет предска­зывать все обязательные компоненты и порождает у пользователя ожидания относительно факульта­тивных компонентов, даже когда они эксплицитно не заданы.

Еще одна характеристика сценариев, общая для всех схем, состоит в том, что сценарии — это струк­туры. Базируется ли сценарий лишь на одном-един - ственном событии или на серии повторяющихся со­бытий, все равно считается, что он отражает струк­туру каждого события подобного рода, а не является специфичным для данного конкретного случая. От других схематических структур сценарий отли­чается наличием базового элемента «действия» и временных, а также каузальных связей между от­дельными действиями. Сценарии репрезентируют события, протекающие во времени и пространстве, одни акты следуют за другими, поэтому отдельные элементы сценария — акты — связаны друг с дру­гом пространственно-временными и каузальными связями.

Подобно самим событиям реальности, сценарии структурированы, т. е. они состоят из подсценариев (subscripts) или сцен (scenes). Например, сценарий посещения ресторана включает подсценарии «появ­ление в ресторане», «прием пищи», «оплата услуг», каждый из которых имеет свою собственную струк­туру. В сценарии могут быть альтернативные тропы (paths), отражающие, например, посещение дорогого французского ресторана или ресторана типа Макдо­нальдс. Можно проводить различие между сильными и слабыми сценариями. В последних точно определе­ны компоненты, но не определен порядок, в котором они появляются. Сильные сценарии фиксируют и компоненты, и порядок их следования. Вместе с тем большинство сценариев допускают некоторую вариативность. Так, сценарий «день рождения ре­бенка» относительно слабый, т. к. многие акты в нем могут совершаться в произвольном порядке (подар­ки могут разглядываться ребенком в самом начале торжества, его середине или конце). Важнейшая ха­рактеристика сценариев заключается в том, что они содержат социальную информацию. В них интегри­рованы не только знания об объектах и их отношени­ях, но и знания о мире людей и их взаимодействиях. Поэтому велика роль сценариев как первичных ре­презентаций опыта для детского мышления. Управ­ляемые в своей повседневной активности взрослы-


Ми, дети получают в том числе и важную социальную информацию. «Ключевые характеристики сценари­ев — это их целостность, последовательность, кау­зальная структура и иерархичность. Кроме того, от­крытость структуры допускает альтернативные тро­пы и слоты, которые замещают друг друга в различных обстоятельствах»1.

«Сценарий есть темпорально и каузально струк­турированная репрезентация события, которая точно определяет соответствующую последователь­ность действий в определенном контексте. Источни­ком сценария является реальный опыт. Структурны­ми элементами являются слоты (акторы, действия, объекты действий), которые заполняются вполне определенным образом. Так как схема события есть структурированное целое, содержание каждого от­дельного слота подчиняет содержание прочих сло­тов. Каждая схема события содержит центральный или целевой акт, а также она определяет, какие дей­ствия являются обязательными, а какие — факульта­тивными. В сценарии посещения ресторана заказы­вание блюд и их поедание — обязательные действия, а ожидание появления соседей по столику — фа­культативное, т. к. в некоторых ресторанах вы все­гда сидите отдельно от всех. Кроме того, схема собы­тия включает информацию о порядке следования ак­тов. В ресторане, например, вы ожидаете получить свой десерт скорее в конце еды, а не в начале. Таким образом схемы событий репрезентируют структуру и вариативность нашего реального опыта, и эти структуры знаний управляют нашим поведением в знакомых ситуациях. Кроме того, схемы событий используются нами при интерпретации устного и письменного дискурса. На них опираются процес­сы логического вывода. Соответствующие заполни­тели слотов вычисляются из схемы события, даже если эта информация эксплицитно не задана. Здесь возможны ошибки: при отсутствии информации, в опоре на схему события слоты могут заполняться более типичными заполнителями, а не более редки­ми... Ресторанный сценарий включает такие сцены,


Как появление в ресторане или заказывание блюд. Каждая сцена распадается на ряд последовательных действий. Сцена заказывания блюд состоит из полу­чения менК), его чтения, решения, что заказывать, и отдачи распоряжений официанту. В каждой сцене есть центральные, самые важные акты. В только что упомянутой сцене главным актом является дача рас­поряжений официанту. Главный акт, реализующий цель события (поесть), является самым значимым из всех главных актов, ибо на него замыкается все со­бытие. Главные акты каждой сцены сопряжены с подцелями. Цель посещения ресторана (поесть) до­стигается последовательной реализацией подцелей: появление в ресторане, выбор столика, заказывание блюд»[569].

Все события, в которых мы участвуем, культурно обусловлены, поэтому сценарии репрезентируют культурно обусловленные феномены. Вопрос об ис­точнике сценариев неизбежно актуализирует во­прос об отношении генеральной репрезентации и за­поминания отдельного эпизода. В значительной сте­пени GER производна от непосредственного опыта, однако запоминание эпизода и GER являются раз­личными, хотя и взаимодействующими, типами ре­презентаций. Предполагаем, что GER и запоминание есть два отличных друг от друга репрезентационных процесса, берущих начало в репрезентации первич­ного опыта. Что касается функций сценариев, то ис­следования взрослых людей показывают: имеющие­ся у них схемы событий влияют на освоение нового опыта, помогают им делать логические выводы и предсказания. Особенно важно, что GER снабжают индивида когнитивным контекстом в рамках знако­мой ситуации. А именно: GER обеспечивает интер­претационный контекст для действий, их агентов, объектов и отношений, включенных в данную ситуа­цию. Значимость когнитивного контекста хорошо демонстрируют эксперименты с детьми, в ходе кото­рых они решают различные когнитивные задачи. Ус­пех или неуспех решения подобных задач зависит от наличия/отсутствия релевантной СЕЯ, помогающей ребенку адекватно интерпретировать ситуацию и на­правляющей процесс выработки решения. Таким об­разом, в перечень функций сценариев включаются предсказание действий и взаимодействий, поддерж­ка интерпретации дискурса, организация памяти, со­ставление планов, производство более абстрактных структур знания.

И Значение теории сценария для антропологии. Мы

Рассматриваем сценарии как культурно детерминиро­ванные. Причем предполагаем, что они могут отно­ситься к самым разнообразным событиям и быть лю­бой степени сложности. Кроме того, они в большинст­ве случаев не рефлексируются. Таким образом, они как бы задают алгоритмы взаимодействия людей, и эти алгоритмы могут переноситься из одной сферы деятельности в другую. Именно поэтому понятие «сце­нарий» может быть крайне полезно для психологичес­кой антропологии, давая ей возможность объяснить принцип взаимодействия в ходе функциональных вну- трикультурных конфликтах, а также процессы социа­лизации, в ходе которых ребенок усваивает не только принципы поведения в бытовых ситуациях, но и прин­ципы поведения в ходе функциональных внутрикуль - турных конфликтов, которые человеком не осознают­ся, являясь неосознаваемым переносом алгоритмов действия, усвоенных в других, более часто встречаю­щихся сценариях (перенос с микроуровня на макро­уровень) .