Книги по психологии

Понимание культуры как нроцесса
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Новые концепции культуры, возникавшие в эти го­ды, оборачивались новыми вопросами. Культура все ча­ще начинает трактоваться как процесс, а не как система культурных моделей. Быстрая трансформация племен­ных и аграрных крестьянских обществ, которая произо­шла после Второй мировой войны, стимулировала новые подходы к изучению культурных изменений — главным образом под углом зрения модернизации и развития. Изучение этих проблем было важно с прикладной точки зрения. Но при тех концептуальных подходах, которые в это время господствовали в этнологии, в довершении к идеологическим установкам, получившим широкое распространение на послевоенном Западе, внимание к ним вело этнологию в тупик, к крайнему релятивизму, а этнологов из ученых превращало в художников-белле - тристов, пытающихся сквозь призму своего личного опыта передать основы чужой культуры, вновь и вновь убеждая себя, что их задача обречена на провал и меж - культурное понимание невозможно или возможно толь­ко в исключительных случаях, посредством как бы пере­рождения, полного восприятия чужой культуры. В каж­дой теоретической работе упоминался тот факт, что культура изменчива и что предписанное культурой пове­дение зачастую меняется радикальным образом. Многие этнологи с готовностью принимают взгляды, что народы в определенных политических контекстах изменяют культурную традицию, используя различные культур­ные компоненты, включая элементы более ранних тра­диций. Сама природа культурных представлений стала предметом ожесточенной дискуссии.

Масло в огонь подлил английский культуролог Эдвард Саид, автор нашумевших трудов «Ориентализм» и «Куль­тура и империализм», в которых он рассматривал запад­ную науку о странах и народах Востока как мифологему Восточного мира, возникшую на Западе и для Запада.

Сайд писал: «ориентализм является не просто пред­ставлением, а значительной частью современной полити­ко-интеллектуальной культуры и в качестве таковой бо­лее связан с нашим миром, чем с Востоком»[306]. «Восток яв­ляется идеей, которая имеет свою историю и традицию представлений, концепций, словаря, сложившихся на За­паде и для Запада»[307]. «Географические культурные разгра­ничения между Западом и не-западной периферией вос­принимались столь остро, что мы можем считать границу между двумя «мирами» «абсолютной»[308].

На основании данных утверждений Дж. Клиф­форд делает вывод, что, «концепция культуры служит своему времени»[309].