Книги по психологии

Что утверждает кудьтурвый детерминизм?
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Как полагает М. Спиро (Spiro), традиционно при­нято считать, что «культура» относится ко всем аспек­там окружения группы, исключая физический, и ко всем аспектам человека, исключая биологический. Принимая во внимание, что человек составляет один биологический вид и что, тем не менее, социальное по­ведение обнаруживает широкий диапазон кросс-куль-

Турной изменчивости, можно предположить, что от­сюда следует, что организм является пустым и черным ящиком, и что социальное поведение, поэтому, детер­минируется культурой. Принимая во внимание, так­же, что личностные характеристики можно отождест­вить с поведенческими характеристиками, когда первые мыслятся как выводимые из последних, оказы­вается, что личность также детерминируется культур­но. Это означает, что ни одна психологическая харак­теристика — ни аффект, ни потребность, ни желание, ни верование — не может быть частью человеческой личности, если культура не насадит ее. Принимая во внимание, однако, что культура является переменной, личность также должна быть переменной; историчес­ки специфические культуры продуцируют культурно переменные личностные характеристики. Принимая во внимание, наконец, что, завися от своей культуры, человеческие существа могут приобретать любое эм­пирическое подмножество тотального мыслимого комплекса человеческих психологических характери­стик, любой член последнего комплекса является куль­турно относительным; никакая из этих характеристик не является инвариантной характеристикой универ­сальной человеческой природы. Любая психологичес­кая характеристика — чувство, любовь или ненависть, стремление к смерти или бессмертию — может быть, а может и не быть обнаружена в любой социальной группе как функция ее культурной программы.

«Пропуская некоторые логические и эмпиричес­кие проблемы в глобальной и холистической концеп­ции культуры, эта концептуальная структура спотыка­ется на двух взаимосвязанных, но отдельных тезисах, оба из которых являются (как я считаю) непригодны­ми. (1) Культура является исключительным детерми­нантом личности, и (2) личность состоит исключитель­но из усвоения культуры... Культурно детерминист­ские теории поведения и личности развивались, в первую очередь, как альтернативы и опровержения биологического детерминизма. Принимая во внима­ние доказуемую кросскультурную изменчивость пове­дения и личности, антропология обоснованно считала, что социальное поведение не может представлять выражения инстинктов, и формирование личности не может представлять раскрывающиеся генетически программируемые психологические черты. Скорее оба должны быть (большей частью, по крайней мере) результатом обучения, что означает (поскольку антро­пология интересуется скорее групповой, чем индиви­дуальной изменчивостью), что они являются продукта­ми (большей частью, по крайней мере) социального и культурного детерминизма»1.

«Заблуждением является смешение слова «а cul­ture» с «culture» в выражении «культурный детерми­низм». Теория культурного детерминизма была осно­вана на следующем аргументе. Принимая во внима­ние, что человеческие существа рождаются без инстинктов, удовлетворение человеческих «потребно­стей» зависит от обучения. Принимая во внимание, кроме того, что они рождаются полностью беспомощ­ными, они полностью зависят от взрослых для приоб­ретения средств для своего удовлетворения. Прини­мая во внимание, наконец, что они живут в социаль­ных группах, они должны быть предписанными, т. е. они должны быть культурными. Таким образом, свой­ства организма, взаимодействующего с социальным окружением, требуют, чтобы человеческое существо­вание было культурно конституируемым существова­нием. Коротко говоря, если другие животные приспо­сабливаются посредством родово-специфических би­ологических организаций, то человеческая адаптация достигается посредством родово-специфической не­биологической организации, а именно — культуры. Если это так, то для человеческого примата для того, чтобы классифицироваться в качестве человека, недо­статочно иметь биологические характеристики, кото­рые зоолог определил бы как отличительные свойства Homo sapiens. Необходимо иметь и культурные харак­теристики — социально разделяемые и передаваемые символы, ценности, правила и т. д. — которые антро­полог мог бы определить как отличительные свойства культурного модуса адаптации. Но если культура явля­ется такой же важной адаптивной человеческой по­требностью, как пища и вода, то культура и психологи­ческие продукты культуры — побуждения, когниции


И тому подобное, которые продуцируются культу­рой, являются такой же частью человеческой приро­ды, как и его биологические характеристики и их психологические продукты. В самом деле, так как многие биологические и биологически произведен­ные психологические характеристики человека об­наруживаются в целом классе млекопитающих, и можно сказать, что так как его культурные и куль­турно произведенные психологические характерис­тики являются родово-специфическими характерис­тиками человека, то они являются уникально челове­ческой частью его природы»1.