Книги по психологии

Существует ли модальная личность?
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

В некоторых случаях эмпирические данные под­тверждали гипотезу о существовании модальных лич­ностей — при исследовании некоторых индейских племен удалось установить, что какими-либо харак­терными общими личностными характеристиками об­ладает от 20 до 40% членов этих племен. Определенные различия, например, в мере авторитарности, были ус­тановлены и между европейскими народами, но это не были собственно этнические различия, скорее их сле­дует рассматривать как культуро-обусловленные. Кро­ме того, очевидно было, что внутрикультурные разли­чия, то есть различия между разными слоями и класса­ми населения, могли быть значительно выше, чем межкультурные.

Если национальный характер отражает способ распределения индивидуальных личностных вариан­тов, его изучение требует психологического обследо­вания большего количества индивидов, почти по­вального психологического исследования общества. Однако большинство исследования национального ха­рактера не придерживается этой линии. Они основы­ваются скорее на широком анализе коллективной по­литики и коллективных продуктов — ритуалов, инсти­туциональных структур, фольклора, средств массовой коммуникации. «В изучении национального характе­ра, однако, это может быть скорее дополнительным, чем основным методом, первичным является психоло­гическое изучение индивидов»[143].

подпись: 141Впрочем, те задачи, которые ставили перед собой исследователи «модальной личностной структуры» в 40 —50-е гг., оставались нерешенными и в конце 60-х. И в эти годы Алекс Инкельс продолжал писать о необ­ходимости «замерить у достаточно репрезентативной выборки из национальной популяции распределение межличностных черт и синдромов или типов личнос­тей, подобно тому, как сейчас мы строим распределе­
ние установок и намерений избирателей. Прежде чем приступить к этой трудной задаче, мы должны знать, какие элементы личности следует измерять для целей социологического анализа. Сделав замеры важных личностных параметров таких популяций, мы должны будем научиться интерпретировать результаты, а за­тем интегрировать эти выводы с информацией о структурных аспектах системы, разработать тактику прогнозирования и испытать адекватность наших тео­рий на новых популяциях и новых условиях»[144]. В эти же годы А. Инкельс и Д. Левинсон делали уже вполне пессимистичный вывод: «При нашем нынешнем огра­ниченном состоянии познания и исследовательской технологии нельзя утверждать, что какая-либо нация имеет национальный характер»[145].

Как писал об этом А. Л. Крёбер в своем энциклопе­дическом сборнике «Антропология»: «Кажется теоре­тически возможным, что два народа демонстрируют во многом схожий психологический характер или тем­перамент, но в то же время имеют различные культу­ры. Обратное кажется также верным: культура может быть сходна, в то время как национальные характеры различные. Западная Европа, например, имеет в ос­новном единую цивилизацию, однако темпераменты ее народов резко различные... Если это правильно, тог­да недавние попытки придать каждой культуре опре­деленного двойника вроде «основной личностной структуры» или «модальной личности» заходят слиш­ком далеко. Если соответствия и существуют, то они, очевидно, лишь частичны»[146].

И Основным вкладом в антропологию личностно-цент­рированного подхода, также как и культуро-центриро - ванного, является постановка проблемы распределения, на этот раз — распределения психологических типов личности внутри единого общества. Вопрос о распреде­лении культурных моделей и вопрос о распределении психологических типов безусловно связаны между со­бой, однако характер этих связей оставался неясным. Исследователи, работавшие в рамках личностно-цент­рированного подхода к исследованиям национального характера, отказались от социокультурного детерми­низма, оставшегося в наследство этнологам еще от Франца Боаса. Личностно-психологическим процессам они придавали большее значение, чем «социальным требованиям». Именно этот подход в дальнейшем помо­жет объяснить устойчивость социальных систем.