Книги по психологии

Понятие действия
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Чем является теория действия? Как полагает Бош, она имеет отношение к человеческому действию, по­нимаемому как целенаправленное поведение. Термин «действие» является поэтому более специфическим, чем «поведение», который охватывает каждый род де­ятельности. Бош вводит термин ííacfemes«, означаю­щий минимальное осмысленное действие, часть более общего осмысленного действия (термин «ас1ете» имеет свою естественную аналогию с «фонемой» и «мифемой» (туШете)). АсГетеэ относятся к дейст­вию как часть к целому: они являются несовершенны­ми в себе, и их значение зависит от природы цели, ко­торой они служат. Действия, таким образом, расши­ряются с течением времени и составляются из ас1етей, которые, главным образом, имеют инстру­ментальную ценность внутри общего акта. Ас1ете яв­ляется, для деятеля, естественным сегментом дела­ния им чего-либо[520]. Понятие цели придает теории дей­ствия культурную перспективу: хотя люди везде формируют цели и ожидают их реализации, способ, которым они реально преследуют свои цели, опреде­ляется культурой. Образ, которым индивиды форми­руют, предвидят и преследуют цели, является важным измерением культуры.

Понятие «значение», с точки зрения Эрнста Боша, подразумевает две вещи: первое — отношение дейст­вия, объекта или группы объектов к субъективной си­туации, в которой актор проживает себя; второе — от­ношение этой действенно-объектной группы к опыту актора. Первое может быть вопросом мотивации, вто­рое — ориентации, но оба эти конструкта взаимосвяза­ны. Это дает нам возможность понимать то, что подра­зумевается, когда говорится, что два действия, являю­щиеся похожими по структуре, различны по значению: во-первых, они связаны с различными мотивациями, что означает, что они являются частями различных об­щих ориентаций действия; во-вторых, «различные по значению» подразумевает, что объект интерпретации принадлежит к различным секторам индивидуальной когнитивной системы ориентации (можно, «когнитив­ной карты», если под этим мы подразумеваем отноше­ния «Я—мир»). Мы, таким образом, постоянно сталки­ваемся с двойными измерениями нашего структуриро­вания реальности: интеграция опыта в субъективные рамки действия, с одной стороны, и интеграция опыта в «Я-мир-картину» (¡луогЫ-уТелу), с другой стороны. Со­здание значения, таким образом, включает для субъек­та два вопроса: первый — в какой степени и каким об­разом содержание опыта (то есть вещь, личность или личности, ситуация, образ, идея — или даже чувство) относится к текущим или возможным действиям; и второй в какой степени и каким образом содержание подтверждает, усиливает, совершенствует или, напро­тив, угрожает существующему образу его мира. Пост­роение значения служит непрерывности действия и стабильности критериев[521].

Обращаясь к проблеме символа, Бош, ссылаясь на работу Р. Фефа, утверждает, что «символ представляет чего-то еще»[522]. «Внешне личность говорит или делает нечто, о чем наши наблюдения или выводы говорят нам, что оно не является просто внешней ценнос­тью — за ним стоит что-то еще, что является для нее более значительным»[523].

Бош полагает, что символы являются нормальны­ми атрибутами действия; даже обычные прагматичес­кие действия являются символическими. Символичес­кие значения являются всепроницающими. Каждое действие или перцепция имеет «прямое» и «непрямое» (символическое) значения, но оба они тесно соединя­ются и могут быть разделены только искусственно[524].