Книги по психологии

АНАЛИТИКО-КАТАРТИЧЕСКАЯ ТЕРАПИЯ
Периодика - Вестник психотерапии

А. А. Александров

Северо-Западный государственный медицинский университет им. И. И. Мечникова, Санкт-Петербург

Введение

Аналитико-катартическая терапия (АКТА - Аналитико-катартиче-ская терапия Александрова) сформировалась в результате дальнейшего развития метода патогенетической терапии В. Н. Мясищева. Патогенетиче-ская психотерапия возникла в 1930-е гг., в период расцвета советской ака-демической психологии и нейрофизиологии. Это оригинальный вариант конфликтцентрированной психотерапии, сильная сторона которой – в ее тяготении к научной психологии, нейрофизиологии и другим научным подходам к изучению человека. Слабой же стороной патогенетической психотерапии являлась недостаточная разработанность ее метода. С начала 1970-х гг. патогенетическая психотерапия получила «второе дыхание» бла-годаря широкому использованию Групповой психотерапии. На основе опы-та практической работы и научных исследований были более четко и кон-кретно сформулированы основные теоретические положения этой психо-терапевтической системы, прежде всего ее цели, задачи и механизмы ле-чебного действия. В результате на основе патогенетической психотерапии сформировалось новое самостоятельное направление - личностно-ориен-тированная (реконструктивная) психотерапия Карвасарского, Исуриной, Ташлыкова» [8].

Вместе с интеграцией групповой динамики начался постепенный процесс интеграции отечественной психотерапии в западную психологию и психотерапию, особенно интенсивный с начала 1990-х гг. Именно на этом пути формировалась АКТА – второе направление, возникшее на ос-нове метода патогенетической психотерапии. АКТА возникла из практики использования методов «здесь и сейчас» в процессе групповой (а затем и индивидуальной) психотерапии пациентов отделения неврозов и психоте-рапии Санкт-Петербургского научно-исследовательского психоневрологического института им. В. М. Бехтерева, а также многолетней практики се-минаров, мастер-классов и групп, условно называемых группами «лично-стного роста», проводимых со студентами, психологами и врачами. Первая публикация под названием «Интеграция принципов и методов гештальт-терапии в систему личностно-ориентированной (реконструктивной) психо-терапии» относится к 1992 г. [1]. Обобщение более чем двадцатилетнего практического опыта и осмысление его с теоретических позиций совре-менной психотерапии подвели к пониманию того, что разрабатываемая модель психотерапии, которая прежде позиционировалась как «интегра-тивная модель патогенетической психотерапии» или «современная модель патогенетической психотерапии» [2, 3], может рассматриваться в качестве самостоятельного метода психотерапии, нацеленного на интеграцию ког-нитивного, эмоционального и поведенческого аспектов отношений у боль-ных неврозами и условно здоровых лиц, отягченных психологическими проблемами.

Методологические основы метода АКТА

Теоретическим фундаментом аналитико-катартическаой терапии, так же как и личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии Карвасарского, Исуриной, Ташлыкова, является психология отношений В. Н. Мясищева и разработанная на ее основе концепция невроза [7]. Сам же метод патогенетической психотерапии В. Н. Мясищева, который созда-вался при активном участии Е. К. Яковлевой и Р. А. Зачепицкого, следует рассматривать в историческом контексте как первоначальную версию пси-хотерапии, основанной на психологии отношений.

Ассимиляция в патогенетическую психотерапию принципов и мето-дов психодрамы, гештальт-терапии и недирективной терапии Роджерса преобразует ее аналитический метод в аналитико-катартический, что при-дает ему новое качество. Основу всех этих подходов составляет катарсис – метод, который при соблюдении ряда условий коротким путем ведет к осознанию. Катарсис приводит в движение несколько неразрывно связан-ных между собой лечебных механизмов - абреакцию, кларификацию, «ага-переживание», которые, в свою очередь, вызывают личностные изме-нения.

В. Н. Мясищев указывал, что клиника неврозов не может обойтись без понятия переживаний как многосторонней реакции человека на окру-жающую действительность. Он отмечал, что в основе переживаний лежат отношения человека. Сами же переживания являются лишь следствием нарушения взаимоотношений. Возникают эти переживания обычно при по-падании больных в конфликтную ситуацию, разрешить которую для них представляется невозможным. В контексте психотерапии следует разли-чать переживание как продолжительный и в значительной степени неосоз-наваемый психический процесс и его завершение в виде Ага-Переживания Как внезапного (в виде озарения) осознания сущности психологической проблемы. Подробный сбор анамнеза в процессе бесед-дискуссий с анали-зом жизни, личности и патогенной ситуации пациента рассматривается как подготовительный этап психотерапии – этап количественного накопления информации, необходимой для изменений как подготовка к качественному прорыву на более высокий уровень самосознания. На этом «фоне» в виде «фигур» применяются катартические техники, приводящие к ага-переживанию. В этих беседах затрагиваются «болезненные точки», с кото-рыми конфронтация пациента приводит к актуализации переживаний и ин-тенсивной интроспекции. Пациенту не разъясняют, в чем суть его пробле-мы, ему лишь указывают на эти болезненные точки. Он близок к осозна-нию, но еще полон внутренних противоречий, сомнений, еще сопротивля-ется, цепляясь за уже пошатнувшийся и надтреснувший образ своего «Я», он в смятении, нерешительности, подавлен, одним словом, испытывает со-стояние глубокого душевного кризиса. Применяемые на этом фоне катар-тические техники действуют подобно «шокотерапии», однако «прорыв» к новому восприятию реальности возможен лишь при условии, что пациент «созрел». Более или менее длительный подготовительный этап призван способствовать процессу «созревания». Проводя психогенетический ана-лиз, Е. К. Яковлева писала, что «не следует врачу самому разъяснять боль-ному причины развития у него заболевания, особенно не следует это де-лать поспешно, желательно добиться понимания их самим больным» [10]. На практике такое понимание часто достигалось за счет удлинения сроков лечения, а также применения «осторожной» (в виде Предположения) ин-терпретации. При АКТА, целенаправленно используя катартические меха-низмы лечебного действия с помощью специально предназначенных для этого технических приемов, добиваются сокращения сроков лечения, не прибегая при этом к интерпретации.

Для определения метода АКТА совершим небольшой экскурс в ис-торию становления психоанализа, который необходим, чтобы провести разграничительные линии между психоанализом и теоретико-методологи-ческими основами АКТА. Здесь теория тесно связана и напрямую опреде-ляет метод лечения.

В психотерапии понятие «катарсиса» ассоциируется прежде всего с методом И. Брейера - методом, который явился предтечей психоанализа. В работе «Этюды по истерии» (1895), написанной З. Фрейдом совместно с И. Брейером, авторы развили концепцию психогенеза неврозов. Они ут-верждали, что истерические симптомы вызываются бессознательными эмоционально заряженными воспоминаниями о перенесенной психической травме. Необходимо подчеркнуть, что речь идет о вспоминании события, действительно имевшем место в прошлом. Невротические симптомы суть выражения реального травматического опыта пациента. Брейер предложил и метод лечения истерии, названный им «катарсисом»: под воздействием гипнотического внушения пациент должен воскресить в памяти и заново пережить события, связанные с подавленным напряжением, которое выра-жается в виде симптомов, и на этот раз полностью освободиться от напря-жения, выразив его в форме эмоционально заряженной вербализации.

Поначалу Фрейд применял метод Брейера, однако вскоре он разоча-ровался в нем, обнаружив, что симптомы возвращаются, как только пре-рывается его личная связь с пациентом: метод гипнотического внушения маскировал возникающее у пациентов сопротивление. Усилия, направлен-ные Фрейдом на поиск более эффективного метода, привели к созданию техники «свободных ассоциаций». Возникновение собственно «психоана-лиза» связывается с отказом Фрейда от теории травматического происхож-дения неврозов и катарсиса как метода их лечения. В этом отразился пере-ход от идеи, что в основе невроза лежат реальные события (травматиче-ская ситуация), к концентрации внимания на бессознательных желаниях, побуждениях и влечениях и на том, как последние проявляются внешне. Фрейд утверждал, что взрослый человек в своих отношениях с другими людьми воспроизводит («навязчивое повторение») свои детские привязан-ности и конфликты. «Эти сцены из детства не воспроизводятся во время лечения в качестве воспоминаний, они – продукты конструирования». Они строятся на основе толкования символов сновидений и фантазии.

Таким образом, вместо вскрытия реальных причин заболевания, ко-ренящихся в действительных фактах жизни пациента, забытых им, вытес-ненных в сферу бессознательных психических процессов, исследователь подменяет эти реальные факты (реальные отношения) предположениями, подкрепляемыми толкованием символов сновидений и фантазий с после-дующим их навязыванием пациенту. Переживание реальных травматиче-ских событий (отношений), ведущих к катарсису, подменяется реконструкцией гипотетических отношений, основанной на инфантильно-сексуальной концепции невроза.

Отказавшись от травматической концепции неврозов и катартиче-ского метода Брейера, Фрейд создал психоанализ, главным методом кото-рого стала интерпретация, само понятие «катарсиса» было упразднено и заменено «абреакцией». При этом Фрейд подчеркивал важность абреакции как фактора, необходимого для полноценного осознания. В связи с этим в целях решения стоящей перед нами задачи мы будем различать «методы» психотерапии и «лечебные факторы» (механизмы), памятуя о том, что за-частую они тесно взаимосвязаны. Методы – это вербальные или невер-бальные способы поведения, с помощью которых терапевт стремится пря-мо или косвенно повлиять на пациента в интересах терапии. Лечебный фактор – это психический потенциал пациента, который активизируется под воздействием соответствующих методов и вызывает изменения, име-нуемые терапевтическим эффектом. Так, суггестивные методы основыва-ются на внушении; абреактивные методы снимают напряжение, вызывая эмоциональную разрядку; конфронтационные и интерпретативные методы приводят к осознанию (инсайту) [4].

При Суггестии Терапевт внушает пациенту определенные идеи, им-пульсы, эмоции, поступки; при этом исключается рациональное или кри-тическое (реалистическое) их осмысление пациентом. В аналитико-катартической терапии суггестия используется в процессе психодрамати-ческой работы пациента или при работе со сновидениями в виде стимуля-ции воображения пациента, его фантазий на определенную тему, воспоми-наний определенных событий и т. п.

В основе Абреакции, Или эмоциональной разрядки как лечебного фактора, лежит метод катарсиса. Абреакция эффективна в случаях так на-зываемых травматических неврозов - острых психогенных расстройств, особенно отягощенных амнезией, связанной с бессознательным стремле-нием подавить неприятные впечатления. В случаях хронических неврозов, форм развития, при которых ситуационный фактор выступает менее от-четливо, а большее значение приобретают особенности личности и усло-вия их формирования (нарушение системы отношений), абреакция недос-таточно эффективна. Именно низкая эффективность метода Брейера побу-дила Фрейда отказаться от теории травмы и метода катарсиса и разрабо-тать новый метод – свободных ассоциаций.

Как лечебный фактор катарсис не сводится к абреакции. Его состав-ляющими, помимо эмоционального отреагирования, являются внушение, кларификация, инсайт (ага-переживание), перестройка отношений. Катар-сис как метод включает в себя суггестию, психодраматические техники (погружение в конфликтную ситуацию, работу с воображением, фантази-ей, монологи, диалоги и прочее), конфронтацию. Он содержит потенциал для интеграции «расщепленной» (конфликтной) личности невротика, воз-действуя на когнитивные, эмоциональные и поведенческие компоненты отношений.

Суть этого метода состоит в конфронтации пациента с болезненными переживаниями и связанными с ними сопротивлениями. Такая конфронта-ция может быть вызвана с помощью различных приемов. Например, в ка-тартическом методе Брейера пациенту в состоянии гипнотического погру-жения предлагается вспомнить травматические для него переживания. Роджерс добивался катарсиса, создавая атмосферу, способствующую спонтанному выражению чувств с последующей кларификацией. Перлз, используя приемы психодрамы, предлагал пациентам переводить их рас-сказы о своей жизни и взаимоотношениях с окружающими в действие, проигрывая те или иные ситуации. Сама техника свободных ассоциаций Фрейда имплицитно заключает в себе катартический потенциал. Недаром Фрейд подчеркивал, что одного интеллектуального осознания без эмоцио-нального отреагирования недостаточно для излечения.

Итак, катарсис возможен при погружении пациента в Реальную, имевшую место в прошлом, или актуальную психотравмирующую ситуа-цию, при условии что пациенту созданы условия, при которых он может, отбросив защитные механизмы и освободившись от груза вины, спонтанно выразить и вербализовать подавленные чувства. При соблюдении этих ус-ловий этот процесс с неизбежностью приводит к осознанию (инстайту) вы-тесненного психологического содержания с последующей коррекцией зна-чимых отношений и позитивными изменениями в поведении.

Хотя отреагирование и является результатом вербализации вытес-ненных содержаний и сопровождается осознанием, однако степень его часто является недостаточной для стойкого терапевтического эффекта, осознание носит мимолетный характер, выражаясь в виде «проблесков» или «догадок». Необходима аналитическая работа ума – «диалог» с самим собой, суть которого сводится к осознанию вытесненной «идеи», проясне-нию (кларификации) противоречивых отношений посредством конфронта-ции с сопротивлением. В процессе диалога, или монолога, или иных прие-мов психодрамы пациент, подбадриваемый и фрустрируемый терапевтом, исследует истинные причины своих страданий, отвечает на «трудные вопросы», рассматривает конфликтные ситуации с разных сторон, принимая роли значимых других, строит различные версии, проверяет их достовер-ность, спорит с воображаемыми собеседниками или с самим собою, и в этом споре в виде озарения рождается истина. Именно в эти моменты – «моменты истины» – происходит замыкание разрозненных связей – рас-ширение зоны «светлого пятна» (по И. П. Павлову). Эти моменты – те спонтанно возникающие в процессе катарсиса переживания, на высоте ко-торых закрываются гештальты, завершаются незаконченные ситуации из прошлой жизни или из настоящей внутренней жизни пациента. Цель ана-литико-катартической терапии состоит в том, чтобы эти моменты акцен-тировать, активно вызывать, создавать условия для их возникновения и завершения.

Конфронтация и кларификация вместо интерпретации. Конфрон-тация основывается на выявлении противоречий в высказываниях, чувст-вах, поведении пациента и предъявлении ему этих противоречий. В «Кри-тическом словаре психоанализа» Ч. Райкрофта конфронтация определяется как «термин, применяемый иногда для описания приема, который исполь-зует аналитик, чтобы привлечь внимание пациента к каким-либо особен-ностям его поведения, не пытаясь их объяснить или интерпретировать» [9]. Р. Гринсон [6] выделил некоторые из вербальных компонентов аналитиче-ского метода. Он считает, что сам термин «анализирование» есть краткое выражение, обозначающее некоторые способствующие возникновению инсайта приемы. К таким приемам он относит конфронтацию, разъяснение (кларификацию), интерпретацию. Конфронтация проясняет какое-то кон-кретное явление и заставляет пациента признать что-то, чего он избегает. Кларификация следует за конфронтацией и смешивается с ней, представ-ляя скорее процесс четкого выявления психологических явлений, с кото-рыми сталкивается пациент. Таким образом, конфронтация и кларифика-ция представляют собой единый процесс, нацеленный на осознание.

Термин «кларификация» ввел в психотерапевтический лексикон К. Роджерс. Кларификация означает помощь пациенту в «прояснении сво-их чувств, включая природу своих страхов, объектных отношений, атти-тюдов, различный выбор действий и т. д.» [12]. Техника кларификации – как характеристика недирективного метода Роджерса – заключается глав-ным образом в том, что терапевт отражает в более точной форме чувства, которые сопутствуют основному ходу мыслей пациента, посредством «вербализации их в более ясной форме». Такая рефлексия целиком опирается на «утверждения» пациента и, следовательно, не выходит за рамки феноменологического или описательного подхода.

Роджерс отличает кларификацию от интерпретации, которую он оп-ределяет как «стремление изменить субъективное отношение посредством толкования мотивов и специфических стереотипов поведения» [12]. Кла-рификация в изложенном смысле ориентирована не на бессознательный (подавленный) материал, а на сознательные и/или предсознательные про-цессы, которые пациент недостаточно осознает, которых избегает его вни-мание, но которые он более или менее ясно осознает, когда ему на них ука-зывают. Цель терапии состоит в помощи пациенту достичь более высокой степени осознанности в восприятии себя и окружающего мира, что делает возможным адекватную вербализацию.

По мнению Э. Бибринга, в процессе кларификации невротические проблемы не решаются, а предстают в новом свете перед «беспристраст-ным эго». Кларификационный инсайт рассматривается им как «лечебный фактор ограниченной ценности». «Полный» же инсайт, с точки зрения психоанализа, достигается благодаря интерпретации. В противополож-ность кларификации, интерпретация оперирует клиническими данными на феноменологическом описательном уровне. На основе их дериватов ана-литик стремится «угадать» и объяснить пациенту в форме гипотетических конструкций и реконструкций те бессознательные процессы, которые, как предполагается, детерминируют его поведение [4].

В отличие от интерпретативного метода психоанализа, метод анали-тико-катартической терапии может быть обозначен как конфронтационно-кларификационный. Процесс, описанный Гринсоном, завершается в анали-тико-катартической терапии кларификацией без последующей трактовки символов тех постулируемых психоанализом глубинных бессознательных мотивов (инфантильно-сексуальных комплексов), которые якобы детерми-нируют актуальное поведение пациента и осознание которых необходимо для достижения «полного» инсайта и исцеления от невроза.

По основным позициям аналитико-катартическая терапия сближает-ся с недирективной терапией Роджерса. Она включает в себя два равно-ценных метода: работу с переживаниями (Бибринг использует термин «манипуляции переживаниями»), в результате чего пациент, впервые по-чувствовавший, что к нему относятся уважительно, или впервые взявший на себя ответственность за свое поведение, начинает ощущать независи-мость и уверенность в себе, и разъяснительный метод - кларификацию. Цель терапии – выработать реалистичное, объективное отношение к себе и окружающим.

Методические аспекты АКТА

Аналитический метод «беседа-дискуссия». В. Н. Мясищев обращал внимание на то, что в списке составляющих метода психоанализа не фигу-рирует как особая методика главное достижение Фрейда – подробное оз-накомление с историей переживаний и актуальной ситуацией больного. Эта сторона его метода не была достаточно оценена. Между тем само по-нятие глубинной психологии произошло от углубления в переживания больного и в историю вплоть до далекого прошлого.

В патогенетической психотерапии материалом для анализа служит история жизни пациента, а сам анализ проводится в форме беседы-дискуссии. Эта форма, практикуемая в рациональной психотерапии Дю-буа, предусматривает активное участие больного в психотерапевтическом процессе. Однако метод рациональной психотерапии имеет в виду в ос-новном status praesens больного, его состояние в момент встречи с врачом и в течение последующего процесса лечения. История развития личности не предусматривается методом Дюбуа, и в этом неисторическом подходе к больному заключается теоретическая слабость и недостаточная эффектив-ность рациональной психотерапии. Несомненная заслуга Фрейда заключа-ется в том, что он первый понял значение истории личности в патогенезе невроза [5]. Главная задача патогенетической психотерапии заключается В Совместном с больным анализе источников его невроза в процессе разбора его биографии, начиная с детства.

В. Н. Мясищев относил свой метод к рациональной психотерапии, в том ее варианте, который нацелен на переубеждения больного и формиро-вание у него правильных убеждений. С этой целью используются такие приемы психотерапии, как конфронтация, сократовский диалог, когнитив-ный диспут.

Катартические методы с применением психодраматических техник Выйдя из недр патогенетической психотерапии, но сохранив при этом ее аналитический метод «беседы-дискуссии», АКТА вобрала в себя дух принципов гештальт-терапии, психодрамы Морено и недирективной тера-пии Роджерса. Катартический метод выражается в «погружении» пациента в область его болезненных переживаний (посредством внушения) с после-дующим использованием технических средств, способствующих самоэкс-плорации. Основными приемами здесь служат амплификация (усиление чувств или их физических дериватов) и конфронтация, которые запускают механизм кларификации (прояснения) с последующим инсайтом. Кон-фронтация часто несет в себе элементы сократовского диалога. В процессе диалога пациента с воображаемым собеседником терапевт, выступая в ро-ли двойника, задает «неудобные» для пациента (фрустрационно-конфронтационные) вопросы, одновременно создавая условия (акцептация и др.), при которых пациент, ощущая поддержку и безопасность, преодо-левает внутреннее сопротивление и отваживается на «смелые» и искренние ответы. Таким образом, традиционный сократовский диалог (между тера-певтом и пациентом) преобразуется в диалог между противоречивыми тенденциями личности пациента. По настоянию и с помощью терапевта пациент драматизирует проигрываемую ситуацию, повторяя и нарочито усиливая вопросы двойника, в результате они приобретают подчас край-нюю эмоциональную насыщенность, провоцируя пациента на столь же эмоциональные, искренние ответы-признания. Важно не пропустить те моменты, когда «нечаянно» с языка пациента «соскальзывают» ключевые для разгадки его проблемы слова, смысл которых не доходит вполне до его сознания, теряясь в общем потоке слов. В таких случаях терапевт приоста-навливает диалог и привлекает внимание пациента к этим им «незамечен-ным» и пропущенным словам, предлагая вернуться и повторить их в экс-прессивной форме и далее раскрыть (обыкновенно в форме монолога) по-таенный за ними контекст. Подавленные чувства прорываются сквозь за-щиту и обнажают скрытое содержание переживаний.

АКТА применяет, главным образом, приемы Монодрамы С использо-ванием «пустого стула». Здесь может быть несколько вариантов.

1. «Встреча» – диалог между различными частями личности прота-гониста. «Чувство замешательства пациента может быть продуктивно ре-конструировано как конфликт, в котором различные части Я прерывают друг друга. Экстернализируя внутренние диалоги и разделяя голоса, доби-ваются прояснения проблемы» [13]. В гештальт-терапии эта техника назы-вается интегрированием «полярностей». Ее целью является повышение ин-теграции индивида, что требует идентификации расщепленных или проти-воборствующих фрагментов его личности, преодоления внутренних барье-ров и установление связей между этими фрагментами. Чаще всего в каж-дом из таких фрагментов содержится комплекс определенных содержаний, представляющих собой некую форму фиксирования переживаний, связан-ных с процессом расщепления. Эта техника – попытка выразить эти со-держания вербально в форме диалога между частями своей личности. Одним из наиболее важных Перлз считал разделение личности на две части, так называемые top-dog и under-dog, что соответствует психоаналитиче-ским понятиям cуперэго и ид. Подобные диалоги могут проводиться меж-ду другими «полярностями», такими как любовь/ненависть, жесто-кость/нежность, автономия/зависимость, авантюра/безопасность, мужест-венность/женственность и т. д. В аналитико-катартической терапии эта техника успешно используется для прояснения конфликтных отношений.

2. При другом варианте «встреча» происходит с воображаемым зна-чимым лицом, при этом используется пустой стул как местоположение во-ображаемого другого. Разновидностью этого варианта является психоло-гический опыт, выходящий за границы физической реальности: протаго-нист вступает в отношения с людьми, которые ушли из жизни, детьми, ко-торые не были рождены, религиозными персонажами и т. д. «Встречи» с этими психологическими фигурами так же важны в психодинамике паци-ента, как и отношения с действительными людьми.

3. Ядром монодрамы в аналитико-катартическая терапии является техника «дублирования», или «двойника». В этой технике психотерапевт («вспомогательный герой») играет роль внутреннего Я протагониста, по-могая выразить и прояснить его чувства и невысказанные мысли. Отре-шившись от своих собственных чувств и психологических представлений, дублер предается вчувствованию в протагониста и в его ситуацию, выска-зывая вытесненные им переживания, желания и представления. Любое за-мечание дублера, соответствующее миру переживаний протагониста, вос-принимается последним как собственный внутренний голос; ошибочные замечания воспринимаются как «чужеродное тело» в собственном мире переживаний и «рефлекторно» устраняются. Важным является тот факт, что протагонист, как правило, не оказывает сопротивления верным выска-зываниям дублера, но принимает их и развивает в собственном монологе [11]. В роли «двойника» психотерапевт может играть поддерживающую роль для протагониста, однако, как только между ними развился альянс, терапевт включает мягкую провокацию или конфронтацию для ускорения процесса кларификации.

4. В качестве разминки применяется имагинативная техника с выяв-лением проекций. Она отчасти носит и диагностический характер и выяв-ляет потенциал креативности, спонтанности и искренности, способности пациента к риску. Пациенту предлагается идентифицировать себя с каким-либо объектом и описать себя в характеристиках этого объекта. Описывая объект, вместо «он» следует говорит «я». Например, женщина, которая идентифицируя себя с потолочной балкой, описала ее следующим обра-зом: «Я очень старомодная и бессмысленно украшенная… Я несу на себе огромную нагрузку» (Enright, 1977).

5. Большое внимание уделяется разыгрыванию сновидений по мето-ду гештальт-терапии. Пациент заново переживает сон, как если бы он про-исходил сейчас. Вместо того чтобы пересказывать сон как какую-то исто-рию из прошлого, пациент проигрывает его в настоящий момент, иденти-фицируясь с ним, так чтобы он становился частью его, чтобы он в нем по-настоящему участвовал.

Формы проведения АКТА. 1. Индивидуальная психотерапия. Это биографически ориентированные сеансы с использованием приема «флешбэк». По ходу «беседы-дискуссии» пациенту предлагается перене-сти из прошлого неотреагированные комплексы и конфликты в настоящее, с тем чтобы «здесь и сейчас» в процессе непосредственного переживания с помощью терапевта разрешить их. Это технический прием, который по-зволяет пациенту заново пережить неразрешенные в прошлом проблемы и полученные травмы. Это все та же работа по завершению незаконченных ситуаций, но в аналитико-катартической терапии тех ситуаций, которые выявляются в процессе психогенетического анализа невроза.

2. Проблемно ориентированные сеансы. Эта форма применяется в психологическом консультировании, обучающих семинарах, мастер-классах и т. п. Разыгрывается проблемная ситуация, которая затем подвер-гается психогенетическому анализу. В психологическом консультирова-нии это сеансы как индивидуальной, так и групповой терапии; в осталь-ных случаях - работа «пациент – терапевт» на фоне группы, члены кото-рой принимают участие в отражении чувств протагониста, обсуждении проблемы.

3. Пациент рассказывает наиболее драматичные страницы своей жизни или наиболее важные, с его точки зрения, эпизоды, имеющие отно-шение к его проблематике, которые затем проигрываются и подвергаются анализу.

Заключение

Аналитико-катартическая терапия – это второе после личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии Карвасарского, Ису-риной, Ташлыкова новое самостоятельное направление психотерапии, воз-никшее в результате дальнейшего развития метода патогенетической пси-хотерапии В. Н. Мясищева. Она формировалась на пути интеграции отечественной психотерапии в западную психологию и психотерапию из прак-тики использования методов «здесь и сейчас» (приемов психодрамы и гештальт-терапии) в процессе психотерапии больных неврозами, а также многолетней практики семинаров, мастер-классов и групп, условно назы-ваемых группами «личностного роста», проводимых со студентами, пси-хологами и врачами.

Теоретическим фундаментом аналитико-катартической терапии, так же как и личностно-ориентированной (реконструктивной) психотерапии Карвасарского, Исуриной, Ташлыкова, является психология отношений В. Н. Мясищева и разработанная на ее основе концепция невроза. Сам же метод патогенетической психотерапии В. Н. Мясищева следует рассматри-вать в историческом контексте как первоначальную версию психотерапии, основанной на психологии отношений.

Ассимиляция в патогенетическую психотерапию принципов и мето-дов психодрамы, гештальт-терапии и недирективной терапии Роджерса преобразует ее аналитический метод в аналитико-катартический, что при-дает ему новое качество. Основу всех этих подходов составляет катарсис - метод, который при соблюдении ряда условий коротким путем ведет к осознанию. Катарсис приводит в движение несколько неразрывно связан-ных между собой лечебных механизмов - абреакцию, кларификацию, «ага-переживание», которые в свою очередь вызывают личностные изменения.

Основными техническими процедурами метода аналитико-катартической терапии, помимо беседы-дискуссии – основного метода па-тогенетической психотерапии, в процессе которого осуществляется анализ жизни, личности, патогенной ситуации пациента, являются приемы моно-драмы с использованием «пустого стула» («встреча», «двойник», имагина-тивные техники, разыгрывание сновидений и др.), а также некоторые прин-ципы и техники гештальт-терапии и недирективной терапии Роджерса.

Литература

1. Александров А. А. Интеграция принципов и методов гештальт-терапии в систему личностно-ориентированной (реконструктивной) психо-терапии / А. А. Александров // Интегративные аспекты современной психо-терапии / Психоневрол. ин-т им. В. М. Бехтерева. – СПб., 1992. – С. 39–46.

2. Александров А. А. Интегративная модель патогенетической психо-терапии // Современная психотерапия / А. А. Александров. – СПб. : Акад. проект, 1997. – С. 268–282.

3. Александров А. А. Современная модель патогенетической психоте-
рапии / А. А. Александров // Вестн. С.-Петерб. мед. акад. последиплом. об-
разования (СПбМАПО). – 2010. – Т. 2, № 2. – С. 70–79.

4. Бибринг Э. Психоанализ и динамическая психотерапия /
Э. Бибринг. – Психоаналит. вестн. – 1999. – № 2 (8). – С. 117–133.

5. Вольперт И. Е. Психотерапия / И. Е. Вольперт. – Л. : Медицина, 1972. – 232 с.

6. Гринсон Р. Практика и техника психоанализа / Р. Гринсон. – Ново-черкасск, 1994. – 175 с.

7. Мясищев В. Н. Личность и неврозы / В. Н. Мясищев. – Л., 1960. – 384 с.

8. Психотерапевтическая энциклопедия / под ред. Б. Д. Карвасарско-го. – СПб., 2000. – 1019 с.

9. Райкрофт Ч. Критический словарь психоанализа / Ч. Райкрофт. – СПб, 1995. – 288 с.

10. Яковлева Е. К. Патогенез и терапия невроза навязчивых состояний и психастении / Е. К. Яковлева. – Л., 1958. – 143 с.

11. Blatner A. The dynamics of catharsis / A. Blatner // J. of Group Psy­chotherapy, Psychodrama and Sociometry. – 1985. – Vol. 37, N 4. – P. 157– 166.

12. Rogers C. R. Counseling and Psychotherapy / C. R. Rogers. – Boston : Houghton Mifflin,1942. – 450 p.

13. Watkins M. Invisible guests: the development of imaginal dialogue / M. Watkins. – Hillsdaqle ; N. Y. : L. Erlbaum Assoc., 1986. – 207 p.