Книги по психологии

БОРЬБА С ПОМЫСЛАМИ КАК ЦЕНТРАЛЬНЫЙ ЭЛЕМЕНТ ДУХОВНО ОРИЕНТИРОВАННОЙ ПСИХОТЕРАПИИ ПАТОЛОГИЧЕСКИХ ЗАВИСИМОСТЕЙ
Периодика - Вестник психотерапии

В. Н. Цыганков, Г. И. Григорьев, Р. Мизерене

Православная школа психологии и медицины, Санкт-Петербург; Санкт-Петербургская медицинская академия последипломного образования; Психотерапевтический кабинет г. Паланги (Литва)

В предыдущих публикациях в журнале авторы показали, что патоло-гические зависимости следует рассматривать прежде всего как заболева-ния, имеющие духовную обусловленность, а психосоматические и функ-циональные расстройства зачастую являются следствиями духовного по-ражения личности [23, 24]. Этиология и патогенез патологических зависи-мостей, рассматриваемых как страсти, наиболее полно раскрыты в концеп-ции духовно ориентированной (православной) психотерапии. Низкая изле-чимость болезненных влечений современными медицинскими методами (зачастую достижение лишь кратковременной ремиссии) обусловлена главным образом тем, что основная цель современной наркологии – пре-одоление физической и психической зависимостей от психоактивных ве-ществ. Духовная же зависимость до настоящего времени в медицинскую модель не включается, врачами психиатрами-наркологами в расчет не принимается и потому остается неисцеленной. Отсюда же и мифы о неиз-лечимости зависимостей, на которых вырастают и воспитываются практи-чески все без исключения современные наркологи [23, 24].

В духовно ориентированной психотерапии патологических зависи-мостей центральное место занимает лечение души страждущего человека. Митрополит Иерофей (Влахос) указывает: «Под лечением души понимает-ся в первую очередь лечение и освобождение ума. Человеческое естество “заболело” с момента отпадения от Бога, и эта болезнь заключается глав-ным образом в пленении и падении ума. Праотеческий грех – это удаление человека от Бога, утрата Божественной благодати, ведущая к ослеплению, помрачению ума <…>. Следовательно, возникает потребность в лечении ума, которое отцы называют его оживлением или очищением» [9].

Преодоление внутренней немощи, болезненных состояний ума не может происходить вне сознательной, упорной, целеустремленной и сми-ренной работы самой личности человека. Согласно православной аскетике, внутренняя работа по изменению, преображению души (очищению ее от страстей) начинается с отсечения злых, вредных помыслов и принятия по-мыслов добрых, полезных, поскольку действие страсти на душу человека происходит именно через помыслы.

«Когда святые отцы говорят о помыслах, они имеют в виду не про-сто мысли, но образы и представления, за которыми каждый раз следуют соответствующие им мысли. Образы в сочетании с мыслями называются помыслами <…> Помыслы суть художники, рисующие в разумной части души различные образы» [9].

Вот как излагает преподобный Силуан Афонский процесс развития страстного помысла, который фактически является процессом формирова-ния порочного поведения: «Первый момент – приближающееся к человеку извне некое духовное влияние, которое сначала может быть совсем неяс-ным, неоформленным. Первичная стадия оформления – появление в поле внутреннего зрения человека некоего образа <...>. Образы в иных случаях носят характер по преимуществу видоподобный, в иных же – по преиму-ществу мысленный, но более часто – смешанный. Так как и видоподобные образы влекут за собою ту или иную мысль, то всякие образы у подвижни-ков именуются помыслами.

У бесстрастного человека “владычественный” ум может остановить-ся на пришедшем помысле как познающая бытие сила, оставаясь при этом вполне свободным от власти его. Но если в человеке есть “место”, есть со-ответствующая почва как расположение к тому духу, который заключен в помысле, тогда энергия этого последнего стремится захватить психический мир, то есть сердце, душу человека; достигают же этого тем, что в пред-расположенной к пороку душе вызывают некоторое чувство услаждения, свойственное той или иной страсти. В этом услаждении и заключено ис-кушение. Но и этот момент услаждения хотя и свидетельствует о несовер-шенстве человека, однако не вменяется еще в грех: это только “предложе-ние” греха.

Дальнейшее развитие греховного помысла грубо схематически мо-жет быть изображено так: предлагаемое страстью услаждение привлекает к себе внимание ума, что является чрезвычайно важным и ответственным моментом, потому что соединение ума с помыслом составляет благопри-ятное условие для развития этого последнего. Если внутренним волевым актом ум не отвлечется от предложенного услаждения, но продлит свое пребывание в нем вниманием, тогда появляется расположение к нему, приятная беседа с ним, затем “сложение”, которое может перейти в полное и активное “согласие”; далее – продолжающее возрастать страстное усла-ждение может уже овладеть умом и волею человека, что называется пле-нением. После этого все силы плененного страстью направляются к более или менее решительному осуществлению греха делом, если к тому нет внешних препятствий, или же, при наличии препятствий, к исканию воз-можности такого осуществления.

Подобное пленение может остаться единичным и никогда больше не возобновиться, если оно было следствием лишь неопытности человека, пребывающего в подвиге и борьбе. Но если пленения повторяются, то они приводят к “навыку” страсти и тогда все естественные силы человека на-чинают служить ей.

От первичного появления услаждающего действия страсти, что на-звано выше “предложением” греха, должна начинаться борьба, которая может происходить на всех ступенях развития греховного помысла; и на каждой из них он может быть преодолен и, таким образом, не завершиться делом, но все же с момента колебания воли элемент греха уже есть, и должно принести покаяние, чтобы не потерять благодать.

Неопытный духовно человек обычно встречается с греховным по-мыслом уже после того, как он пройдет незамеченным первые стадии сво-его развития, то есть когда он приобретет уже некоторую силу и даже больше: когда приблизится опасность совершения греха делом» [19].

Совершение греха делом, исходя из вышесказанного, происходит в следующей последовательности:

1) прилог;

2) внимание;

3) сочетание;

4) сосложение;

5) пленение;

6) борьба;

7) решение;

8) греховный поступок.

Прилог (или иначе: идея, помысел, мечта) возникает в уме человека. Иоанн Лествичник, Филофей Синаит, Нил Сорский и другие святые отцы прилогом называли всякий простой помысел, воображение какого-либо предмета в уме человека, или проще – это какая-либо мысль, пришедшая человеку на ум. Некоторые помыслы имеют источником Бога, другие – са-мого человека, третьи внушены людьми, а четвертые навеваются падшими духами (бесами).

Особенно опасен помысел, привносимый в мысленную сферу пад-шими духами. Святитель Игнатий (Брянчанинов) отмечает: «Духи злобы с такой хитростью ведут брань против человека, что приносимые ими по-мыслы и мечтания душе представляются как бы рождающиеся в ней са-мой, а не от чуждого ей злого духа, старающегося укрыться» [8]. В этом смысле помыслы, по выражению Григория Синаита, суть «слова бесов и предтечи страстей» [14]. «Хотя прилог сам по себе не делает человека от-ветственным за него, однако он является поводом к обнаружению той или другой настроенности нашей воли. В добровольном склонении нашем в пользу того или другого мотива или повода, появившегося в нашем созна-нии, и проявляется собственно свобода человеческого выбора. Человек во-лен выразить свое сочувствие или ненависть тому или другому вторгше-муся в его душу прилогу» [14].

Если разум не отвергает греховный помысел, а удостаивает его Вни-манием, «беседует» с ним, то он входит в состав мыслей человека и начи-нает воздействовать на волю. Если человек волевым усилием не станет противиться помыслу ума, то произойдет Сочетание Помысла с волевой сферой души и его проникновение в сферу чувств. «Итак, этот второй мо-мент является преступным в той мере, в какой <…> свободное принятие помысла обнаруживает склонение воли в сторону последнего. В этот мо-мент воля вступает в свое действие, хотя последнее не носит еще опреде-ленного содержания и характера. Она спускается как бы в тайники челове-ческой души на внутренний совет с помыслом» [14].

От колебания воли один шаг до отклика сферы чувств человека на греховный прилог. Чувства могут не воспротивиться греховному искуше-нию. Этот момент у святых отцов называется Сосложением И определяется преподобным Иоанном Лествичником как «согласие души с представив-шимся помыслом, соединенное с услаждением» [12].

Следующий этап – Пленение. Иоанн Лествичник указывает: «плене-ние есть насильственное и невольное увлечение сердца» [12]. При перехо-де от этого этапа к воплощению греха в намерении отцы-аскеты подметили особое состояние души, называемое Борьбой. Оно характеризуется как взаимное сопротивление помысла и воли, клонящееся или к истреблению страсти в помысле, или к соизволению на страстный помысел. Если проис-ходит соизволение на страстный помысел, то есть проявление согласия че-ловека своей воли на греховное дело, то человеку остается лишь приду-мать конкретные средства для реализации греховного поступка. Это про-исходит на следующем этапе, который называется Решением. В этом случае «все силы плененного страстью направляются к более или менее реши-тельному осуществлению греха делом», совершению Греховного поступка.

Как подчеркивают К. Л. и С. В. Литвиненко, «Бог, создавая человека по Своему образу и подобию, наделил его свободной волей. Поэтому ни-кто не может нас заставить делать то, чего мы не хотим. Нас можно запу-гивать наказаниями, даже смертью, но последнее решение всегда остается за нами. Как же тогда бесам удается нами повелевать? Бесы не отнимают у нас свободной воли, они подсказывают нам различные варианты для выбо-ра, предлагают несколько зол, из которых мы выбираем наименьшее (или наибольшее).

Прежде чем сделать выбор, обычно мы обдумываем ситуацию, про-считываем возможные варианты, представляем, к каким последствиям приведет то или иное наше решение. Человеческий разум можно предста-вить в виде компьютера, который скрупулезно обрабатывает всю доступ-ную информацию. В качестве звеньев, из которых наш разум строит длин-ные логические цепочки, используются идеи, ранее принятые решения, убеждения. То есть к рассмотрению принимаются лишь те идеи, истин-ность которых неоднократно была проверена на практике или основывает-ся на мнении непререкаемых авторитетов (коими, кстати, для ребенка яв-ляются его родители).

Бесы могут влиять двояко на процесс принятия решений. Во-первых, они напоминают нам о ложных идеях, которые мы по ошибке приняли за истинные. Во-вторых, они предлагают нам связать между собой идеи, ко-торые по законам логики не имеют ничего общего друг с другом <…> На-ходясь под таким двояким влиянием, наш разум очерчивает для себя ряд ошибочных решений, свободной воле ничего не остается, как выбрать од-но из них. Мы превращаемся в осликов, перед носом которых держат хо-рошо пахнущий макет зрелой морковки. И мы по своей свободной воле стараемся схватить эту наживку и бежим по жизни, не разбирая дороги. “Все бесы покушаются сначала помрачить наш ум, а потом уже внушают то, что хотят; ибо если ум не смежит очей своих, то сокровище наше не будет похищено” (Лествица).

Получая контроль над нашим разумом, бесы обретают контроль и над нашей волей. Поэтому так важно изучить себя, пересмотреть убежде-ния, которые мы восприняли с детства, разрушить ложные идеи о самом себе, других людях, внешнем мире. Очень важно научиться различать, от-куда приходят к нам мысли, чтобы ложь по ошибке не принять за правду и не оказаться в бесовских сетях» [13].

Попавшие в зависимость от алкоголя и наркотиков больные люди, являются пусть даже невольными, но противниками веры Христовой, а ве-рующий врач является рабом Божиим. По словам апостола Павла, « рабу же Господа не должно ссориться, но быть приветливым ко всем, учитель-ным, незлобивым, с кротостью наставлять противников, не даст ли им Бог покаяния к познанию истины, чтобы они освободились от сети диавола, которой уловил их в свою волю» (2 Тим. 2: 24–26).

В своем «Обращении ко всем работающим в госпиталях для нервно-больных» архимандрит Виталий (Устинов), впоследствии Первоиерарх Русской Православной Церкви за границей, говорил: «По учению архиепи-скопа Иннокентия Херсонского, в человеческом теле в некоей тончайшей сети, сотканной из нервов, восседает душа. Эта сеть является пределом те-лесности в теле и в то же время способом для души выражаться в нем. Нервы – это последние конечности материальности в человеке, которые ее ограждают от другой плоскости духовного мира и в то же время служат материальным посредником для тела ощущать этот потусторонний мир. Таким образом, когда мы своими ли переживаниями, непокорностью воле Божией в горе, беспутной жизнью или излишествами всякого рода повре-ждаем свою нервную систему, то в этой тонкой, хрупкой сети образуются некие скважины, в которые врываются темные силы, обитающие в области земли, месте изгнания сатаны и всего воинства его. Не Божья же сила, ни Дух Святой будет обитать в этом человеке, растлившем самопроизвольно храм своей души – свое тело.

Другой род душевного заболевания бывает при полном здоровье нервной системы, что в собственном смысле называется одержимостью, но, в сущности, Церковь не делает разницы и оба случая называет одержи-мостью. Священное Писание помогает нам понять причины этих страш-ных заболеваний: одни попущением Божиим захватываются темной силой, потому что Господь видит, что разум свой они будут использовать себе на гибель. Других Господь попускает впасть в эту немощь, чтобы отвратить от какого-нибудь страшного греха по слову апостола Павла: “Предать са-тане во измождение плоти, чтоб дух был спасен в день Господа нашего Иисуса Христа” (1 Кор. 5:5).

Но даже в этом страшном состоянии душа человеческая, созданная по образу и по подобию Божию, не может быть полностью захвачена тем-ной силой. Сатана укрывается, как вор, в некоем промежуточном месте между разумом, отдающим приказание, и всеми членами, которые испол-няют их. Дьявол перехватывает эти приказы и заставляет члены наши исполнять то, чего сама душа не хочет. От этого постоянного противоречия самой себе, от этого насилия душа одержимая невероятно страдает. Вспомните их дикие крики, вопли, их нечеловеческие стоны, – это кричит душа, которую насилуют темные силы. В таких страшных муках находит-ся душа одержимого человека, и многое она искупляет в этих страданиях. Преподобный Серафим Саровский, святой Иоанн Кронштадтский и многие другие подвижники отказывали в исцелении тому или другому одержимо-му, ибо провидели своим духовным оком, что одержимость для них более спасительна, чем возвращение им разума» [20].

«Нам надо быть внимательными, чтобы не принимать лукавых теле-грамм диавола, – предупреждает старец Паисий Святогорец. – Принимая их, мы оскверним “Храм Духа Святаго”, от нас удалится Благодать Божия, в результате чего мы (духовно) ослепнем. Увидев наше сердце непороч-ным, чистым, Святый Дух приходит и обитает в нем. Ведь Святый Дух любит непорочную чистоту. Поэтому Он и явился (на Иордане – Авт.) в виде голубя.

Для того чтобы кто-то пришел к свету Христову, он должен захотеть выйти из греховной тьмы. Давайте возьмем в пример человека, который оказался в темном погребе и по оплошности захлопнул за собой дверь. Увидев, как через какую-нибудь дырочку в погреб пробивается луч света, он идет на этот свет, потихоньку расширяет отверстие, находит дверь и выходит наружу. Так же и человек, находящийся во тьме греха: с того момента, как он почувствует добро необходимостью и в него войдет доб-рая обеспокоенность, он будет прилагать усилия, чтобы выйти из этого мрака. Сказав: “То, что я делаю, – неправильно, я сбился с пути”, человек смиряется, к нему приходит благодать Божия, и в дальнейшем он живет правильно.

Для того чтобы прекратить впадать в грех, человек должен стараться избегать всего того, что провоцирует его на этот грех. К примеру, если пьяница хочет получить помощь и бросить пить, то он не должен прохо-дить даже близко от пивной. <...> Если он падает при том, хотя и прилагает необходимые старания к исправлению, то у него есть некоторые смягчаю-щие вину обстоятельства. Вначале изменить свою жизнь нелегко. Однако, действительно поняв, насколько тяжелы грехи, которые он совершил, че-ловек перестает в них впадать. <...> Таким людям нужно быть очень вни-мательными. И когда у них появляются различные образы или помыслы из их прежней жизни, им надо изгонять их как помыслы хульные. Такое изгнание будет доказательством того, что они уже не принимают эти помыс-лы, что их (духовный) организм реагирует на них (отрицательно).

Если человек держит [в себе] пусть даже и “немного левый”, то есть злой, помысел о ком-то, то какой бы подвиг он ни совершал – посты, бде-ние или что-то еще, – все пойдет насмарку. Чем поможет ему аскеза, если он не борется против злых помыслов, но принимает их? Почему он не хо-чет сначала очистить сосуд от грязного масляного отстоя, пригодного лишь на мыло, а только потом влить в него чистое масло? Зачем он сме-шивает чистое с нечистым и делает чистое ни на что не годным?

Один чистый, добрый помысел обладает силой большей, чем любой аскетический подвиг» [16].

Вот что говорил по этому же поводу святой праведный Иоанн Крон-штадтский: «Иди с миром и постарайся не грешить, не допускай, прежде всего, мыслей греховных: после мыслей придут дела худые, тогда труднее бороться. Если почувствуешь тяжесть борьбы и увидишь, что тебе не справиться со злом самому, беги к духовному отцу и проси приобщить те-бя Святых Тайн. Это великое и всесильное оружие в борьбе с пьянством. Не стыдись перед священником назвать свои грехи настоящим именем и не скрывай сего в душе своей. Иначе нельзя получить прощения и силы в борьбе» [11].

Духовно ориентированная психотерапия патологических зависимо-стей имеет опытно сформировавшуюся и строго продуманную последова-тельную структуру: он сочетает этапы групповой и индивидуальной ду-ховно ориентированной психотерапии на православной основе. В рамках этих организационных форм выделяются этапы доврачебной (непосредст-венно при обращении), врачебной и церковной помощи, что дает наивыс-ший терапевтический эффект [5].

Результаты лечения и реабилитации больных наркоманиями, алкого-лизмом, табакокурением, игроманией и другими болезненными влечения-ми зависят не только от метода психотерапевтического воздействия, но и от реабилитационного потенциала, включающего в себя стаж заболевания, сопутствующие социальные условия, преморбид и установку на лечение. По аналитическим данным центра информации Международного институ-та резервных возможностей человека (МИРВЧ) на позитивный долговре-менный результат в равной мере влияют как лечебное психотерапевтиче-ское воздействие, так и реабилитационный потенциал. Таким образом, с научно-медицинской точки зрения, конечный результат лечения зависит от встречи прогностически благоприятного пациента с высокопрофессио-нальным и любящим больного врачом.

Интересен опыт использования духовно ориентированной психоте-рапии в форме целебного зарока (ДОП ЦЗ), полученный под руководством д-ра мед. наук проф. засл. врача Российской Федерации диакона Г. И. Гри-горьева при духовном окормлении секретаря Епархиального cовета, благо-чинного Центрального округа Санкт-Петербургской епархии настоятеля прихода Князь-Владимирского собора профессора протоиерея Владимира Сорокина и председателя Издательского отдела Санкт-Петербургской епархии, настоятеля прихода собора Феодоровской иконы Божией Матери, кандидата богословия протоиерея Александра Сорокина. Вся организаци-онная структура лечения патологических зависимостей по методу ДОП ЦЗ осуществляется врачами совместно со священниками и выглядит следую-щим образом:

1) предварительный индивидуальный врачебный прием и медицин-ская подготовка больных к лечению, в том числе и в специализированной наркологической клинике (по показаниям);

2) огласительная беседа врача-психотерапевта: как научно-медицин-ски обоснованная, так и духовно полезная, с предложением преодолеть бо-лезненные влечения путем смирения, покаяния и обращения к Богу за по-мощью;

3) совместная молитва врачей и больных и добровольное принятие общего медицинского (лечебного) зарока;

4) индивидуальный прием пациентов – прием врачами индивидуаль-ного медицинского (лечебного) зарока;

5) участие в Божественной Литургии в соборе Феодоровской иконы Божией Матери всех пациентов, пожелавших принять церковный (целеб-ный) зарок;

6) чин исповеди и проповедь перед Божественной Литургией;

7) индивидуальная исповедь и принятие индивидуального церковно-го (целебного) зарока перед Крестом и Евангелием;

8) врачебная проповедь перед таинством Причастия с произнесением текста общего церковного (целебного) зарока с амвона врачом, повторяе-мого больными;

9) причащение на Божественной Литургии пациентов, готовившихся к этому Таинству;

10) молебен Александро-Невского братства трезвости;

11) дальнейшее воцерковление и регулярные (не реже одного раза в месяц) посещения пациентами православных храмов для участия в Боже-ственной Литургии;

12) последующее врачебное психотерапевтическое реабилитацион-ное сопровождение, включающее, при необходимости, и направление в реабилитационные центры. Индивидуальный прием психотерапевтом про-водится по мере необходимости: при первичном обращении, после беседы-сеанса и в дальнейшем при появлении любых жалоб пациента на здоровье [4].

Собственно к врачебному сеансу относятся первые четыре этапа, а также последующие врачебные приемы и реабилитация, которые являются психотерапевтически самодостаточными для первичной эффективной спе-циализированной наркологической помощи (преодоление физической, психической и частично духовной зависимостей). Кроме того, эти этапы подготавливают пациентов к получению целительной помощи Церкви. Противники метода могут возразить, что он эффективен лишь для верую-щих, а у неверующих и представителей других конфессий может вызвать протестную реакцию. Но жизненная практика это опровергает [5].

Таинство Крещения оглашенных больных, пожелавших принести церковный (целебный) зарок, проводится во время вечерней службы или утром накануне Божественной Литургии. Иногда скептики заявляют, что подобный порыв человека прийти в храм после лечения у врача, по сути, часто бывает единственным и не приводит к последующему воцерковле-нию, так как атеистическая почва, на которой сеется слово Божие, зачас-тую неблагоприятна.

Отвечая на подобный вопрос одному подвижнику, преподобный Се-рафим Саровский сказал: «Сей, отец Тимон, сей, всюду сей данную тебе пшеницу. Сей на благой земле, сей и на песке, сей на камени, сей при пути, сей и в тернии: все где-нибудь и прозябнет, и возрастет, и плод принесет, хотя и не скоро» [17].

Как же страждущих людей, далеких от Церкви, привести в храм на исповедь и Причастие? Как не потерять их на дорогах жизни? По-нашему мнению, для пациентов (даже если они и не находятся на стационарном лечении), в особых случаях, по усмотрению священника подготовка к со-вершению церковных Таинств должна предельно упрощаться. Ведь многие из этих несчастных людей не знают даже «Отче наш», так их воспитали в атеистическое время. И пусть люди эти впервые придут в храм, по про-мыслу Божию, возможно, и однократно.

Вот что говорил по тому же поводу «случайно» приходящих в храм приснопамятный архимандрит Свято-Успенского Псково-Печерского мужского монастыря Иоанн (Крестьянкин): «Духом Святым оживляется всякая душа, даже самая-самая грязная и смрадная от грехов и пороков. <…> Но если она потянется к Богу, если она захочет очиститься, – Святой Дух, ниспосланный Христом Спасителем от Отца в помощь нам, совершит это чудо! Он очистит грешную душу и, очищенную, возвысит до степени святости. Только бы пожелал этого сам человек. У некоторых “встреча” со Христом происходит неожиданно и почти мгновенно. Зайдет человек по Промыслу Божию как будто случайно в храм Божий посторонним наблю-дателем, и вдруг какой-то момент службы, песнопение или слова произне-сенной молитвы внезапно так пронзят его душу, так глубоко западут в сердце, что человек становится верующим. И вера его обычно очень креп-ка, так как поверил он не с чужих слов, не с подсказки, а сам познал, по-чувствовал присутствие в своей душе благодати Святого Духа» [10].

Начинается ДОП ЦЗ на православной основе с первичного приема. Первичный прием – не формальность, не статистическое анкетирование, он является важнейшим подготовительным этапом к лечению. Рассказ о внутренней картине болезни и переживаниях, связанных с состоянием па-циента, становится для него своего рода формой исповедования перед вра-чом конкретного укоренившегося в душе и теле греха.

У большинства людей наблюдается анозогнозия – они не считают свою патологическую зависимость болезнью, не признают себя больными. То, что при такой самооценке они все-таки обратились за помощью к вра-чу, является знаменательным событием, свидетельством того, что не столько по разуму, сколько по совести они чувствуют себя грешниками, настроенными на преодоление мучающего их недуга. От психотерапевта требуется поставить наряду с развернутым клиническим диагнозом общий духовный диагноз по святоотеческой шкале страстей, определить этиоло-гию страсти чревоугодия, выявить мотивы формирования установки на ис-целение, оценить реабилитационный потенциал и сделать прогноз резуль-татов лечения. Завершается эта стадия необходимыми духовно-нравствен-ными и врачебными советами, а также рекомендациями по прохождению психотерапевтического и церковного этапов лечения. Особый акцент дела-ется на том, что лечит врач, а исцеляет Господь [5].

Огласительная беседа врача-психотерапевта строится в традициях рациональной психотерапии. Опыт духовно полезной беседы и церковного красноречия предлагает правила бережного соблюдения свободы челове-ческой воли и учит не только доказывать верность оценок тех или иных явлений, но и изъяснять их. Изъяснять – значит выявлять те идеи и побуж-дения воли, которые созвучны душам слушателей.

Беседа-проповедь как метод воздействия представляет собой духов-но полезное разъяснение и убеждение, то есть воздействие на сознание личности через обращение к ее собственному критическому суждению. В результате слушатель путем сравнения и логического упорядочения ин-формации приходит к новым для себя выводам путем свободного воле-изъявления. Беседа состоит из двух взаимопроникающих частей. В одной освещаются медицинские аспекты проблемы зависимостей, в другой – духовные.

Медицинская часть беседы содержит объяснение механизмов лечеб-ного действия метода ДОП ЦЗ на православной основе, то есть понятие о резервных возможностях человека и включении их в момент психологиче-ского и нейрофизиологического стресса, что приводит к значительному усилению обмена веществ, функций опиатной и других нейро-медиатор-ных эндокринных систем головного мозга, снижению и даже исчезнове-нию проявлений физической и психической зависимостей от алкоголя, наркотиков, курения, азартных игр и др. По каждой конкретной нозологи-ческой форме заболевания (виды плотоугодия или чревоугодия по церков-ной терминологии) даются ясные и четкие разъяснения о нейро-физиологических механизмах его развития [5].

Духовная часть беседы затрагивает вопросы, связанные с духовной зависимостью от наркотиков, приводящей к нарушению незримых связей между духом, душой и телом, – исцеление человека трактуется при этом как восстановление нарушенного триединства. Также в этой части беседы разъясняется святоотеческое учение о восстановлении отношений с любя-щим Отцом – Богом, о борьбе со «злыми помыслами», о страстях, их бо-лезнетворной и губительной активности, исцеляющем (преображающем) значении покаяния и исповеди, о молитвенной помощи в исцелении, о бла-годатных таинствах Православной Церкви и, особенно, о смирении чело-века пред Богом. Этот этап является самым продолжительным в лечении и длится не менее 2–3 ч.

Вероисповедного ценза для пациентов не существует. Церковную же часть лечения проходят только считающие себя православными христиа-нами и лишь по собственному желанию. Верующие других конфессий, а также атеисты и агностики, благодаря обыденному языку беседы психоте-рапевта, проявляют толерантность к церковно-религиозной интерпретации своего состояния и пути личного исцеления через обращение к Божией помощи. Они дают лишь медицинский (лечебный) зарок в первую очередь перед собственной совестью и, наконец, перед лечащим врачом. Опреде-ленную роль в этом играет житейская философия, как, например, у членов широко распространенных в Америке и Европе анонимных сообществ (ал-коголиков, наркоманов, должников, покупателей). Каждый член сообщест-ва, признающий себя зависимым, соотносит свою беспомощность с некоей Высшей Силой, смиряя своеволие и своеумие, а в ответ получает надежду на выздоровление, активизирующую резервные возможности духовного и физического исцеления.

В беседе психотерапевт расставляет необходимые акценты в истории болезни так, что каждый больной осознает траекторию своего грехопаде-ния и ответственность – как личности, созданной по образу и подобию Бо-жию. Содержательность, эмоциональность и сострадательность духовно полезной беседы, как показывает врачебный опыт, сравнима только с опы-том проповедничества, преображает слушающих и услышавших. Можно сказать, что внутренняя картина зависимости у каждого больного приобре-тает новый личностный колорит, меняется не только этика внутреннего восприятия болезненной страсти, но и ее концептуальность.

Простые и проникновенные слова врача предназначены лично для каждого и для всех вместе. Сами же пациенты во время лечебной беседы, стремясь помочь врачу в своем исцелении, эмоционально объединяются в едином порыве избавиться от патологических зависимостей. Формирова-ние доверия к врачу и вера в эффективность метода через объяснения и убеждения часто трактуются как внушение, что в корне неверно, так как в данном случае слово психотерапевта не подавляет волю пациента, а, на-против, пробуждает, укрепляет и активизирует ее. Врач пытается пробу-дить больного. Слушание слова врача – фаза активного состояния, внима-тельного и критического. При этом психотерапевт воспринимается не столько как искушенный и всезнающий целитель, сколько как умудренный большим жизненным опытом высокоавторитетный друг и помощник по выходу из зависимости.

Далее врач произносит заградительную молитву сил старца Афон-ского Пансофия вместе с больными, окропляет их святой водой, читает Святое Евангелие от Матфея (Мф. 11: 28–30). После прочтения Святого Евангелия люди смиренно просят Бога о помощи и совместно приносят медицинский (лечебный) зарок перед Крестом и Евангелием. Заканчивает-ся этот этап совместной молитвой «Отче наш». Повторяя за лечащим врачом слова этой главной для христиан молитвы, данной самим Богом, мно-гие пациенты впервые сознательно с покаянной душой и сокрушенным сердцем обращаются за помощью к Отцу Небесному. Так заканчивается их атеистическое «сиротство».

Подобная огласительная беседа врача не только подвигает больного к покаянию и желанию преодолеть болезнь, но и окончательно формирует это желание. На этом этапе сила желания лечиться и быть исцеленным способна возрасти многократно – до уровня духовно-нравственного пре-ображения личности. Надежда на исцеление, достигнув высшей степени эмоционального накала и потрясения путем физиологического стресса и покаянной перемены ума, включает резервы духовного и физического ис-целения. Формируется доминанта освобождения от пагубной зависимости, условно определяемая как медицинская «материализация зарока». С пози-ций православной психотерапии – это принятие благодатной Божией по-мощи вследствие покаянного осознания своей греховности.

Покаяние мы рассматриваем как активное действо и необходимое условие подготовки к Таинству исповеди. «Сказываю Вам, что так на не-бесах более радости будет об одном грешнике кающемся, нежели о девя-носта девяти праведниках, не имеющих нужды в покаянии» (Лк. 15: 7). Как учит старец Паисий Святогорец, «настоящее покаяние – осознать свои пре-грешения, испытать за них боль, попросить у Бога прощения и после этого поисповедоваться. Таким образом к человеку придет божественное утеше-ние. Поэтому я всегда рекомендую людям покаяние и исповедь. Одну только исповедь я не рекомендую никогда» [16].

«В работе и беседах с пациентами мы, возможно, упускаем один ча-стный, но, представляется, весьма важный момент. А именно, не подчер-киваем то обстоятельство, что покаяние (памятование о зле, которое нам причинили алкоголь и прочие и еще больше могли бы причинить), являет-ся не разовым сиюминутным актом, а должно быть постоянно удержи-вающим, навсегда сохраняющимся в сознании и сердце. Притом постоян-ство чувства покаяния не должно сопровождаться унынием (депресси-ей), а напротив – сочетаться с чувством удовлетворения и радости от то-го, что вы более не совершаете раскаянного греха и впредь его не будете совершать.

Утрата же чувства покаяния обезоруживает, оголяет человека перед лукавым духом. И взамен покаяния неизбежно и все более назойливо в го-лову полезут мысли о том, какое якобы удовольствие вы получали от алко-голя, других наркотиков, табака, игорной страсти. В таком случае лукавый дух всегда одерживает победу, а борющийся человек обрекает себя на тя-желый срыв в адскую бездну зависимостей» [7].

Как же больной должен слушать врача?

Данные клинических, психологических и психофизиологических ис-следований состояния больных до и после сеанса ДОП ЦЗ на православной основе показали своеобразный всплеск сознания и пробуждения личности: значительный рост уровня внимания и сосредоточения, уменьшение рассе-янности и расконцентрированности, что, несомненно, указывает на начало формирования основополагающих качеств для исцеления души человека – бесстрастия, смирения и послушания [3].

В «Церковно-славянском словаре» протоиерея Григория Дъяченко о смирении сказано следующее: «Смирение – примирение, мир. <…> Сми-ренномудрие – обыкновенно берется в писании за смирение, то есть доб-родетель – гордости противную» [6].

В «Собрании писем оптинского старца Макария к монашествую-щим» говорится: «Смирением бо все силы вражии сокрушаются. <…> Мо-литва, пост, хотя и великие оружия, но без смирения они не действуют» [18].

В книге «Начертание христианского учения» сказано: «Возмож-ность, основание, условие всех внутренних побед есть первая победа над собою – в переломе воли и в предании себя Богу, с неприязненным отвер-жением всего греховного. < … > Потому сила, борющаяся со страстьми, есть также ум или дух, в коем сознании свобода, – дух, держимый и укре-пляемый благодатию» [21].

Только через «кротость и смирение сердца» возможно восприятие слова Божия: «Приидите ко Мне, все труждающиеся и обремененные, и Я успокою вас; возьмите иго Мое на себя и научитесь от Меня, ибо Я кроток и смирен сердцем, и найдете покой душам вашим; ибо иго Мое благо, и бремя Мое легко» (Мф. 11: 28–30). «Ключ, коим отверзаются таинствен-ные сокровищницы духовных даров ведения и Божественной любви, есть смирение, самоотвержение и предание себя Богу во всякое время и во вся-ком деле. Этим же ключом заключается и дверь неведения и холодности духовной» [15].

О смирении, или смиренномудрии, пишет святой игумен Синайской горы Иоанн в своем наставлении «Лествица» (лестница восхождения на небо в борьбе со страстями). Слово 25-е (всего их 30) имеет заглавие «Об искоренителе страстей, высочайшем смиренномудрии, бывающем в неви-димом чувстве». Святой говорит о смирении: «Никакое слово не может изъяснить его качество. Одну надпись имеет сие сокровище, – надпись не-постижимую, как свыше происходящую; и те, которые стараются истолко-вать ее словами, принимают на себя труд великого и бесконечного испы-тания. Надпись эта такова: Святое смирение <…> не мог я слухом познать блаженное чувство смирения; и потому, будучи последним из всех, как пес, собрав крупицы, падавшие со стола мудрых и блаженных мужей, т. е. слова их уст, определяя добродетель оную, говорю так: смиренномудрие есть безыменная благодать души, имя которой тем только известно, кои познали ее собственным опытом; оно есть несказанное богатство; Божие именование; ибо Господь говорит: Научитеся Не от Ангела, не от человека, не от книги, но От Мене, Т. е. от Моего в вас вселения и осияния и дейст-вия, Яко Кроток есмь и смирен сердцем И помыслами, и образом мыслей, И обрящете покой душам вашим От браней, и облегчение от искусительных помыслов (Мф. 11: 29)» [12].

Митрополит Антоний (Сурожский) поясняет: «Если бы мы умели видеть, освободившись от самих себя, в той внутренней свободе, которую отцы Церкви называют “бесстрастие”, то есть отсутствие страстности, ко-гда человеком не движет, не управляет ничто внешнее и он в царственной свободе действует изнутри, мы тоже могли бы в окружающей нас плотно-сти различать светоносные глубины людей и предметов. Мы тоже могли бы в этом мире, который нам кажется таким непроницаемым и густым, ви-деть отблеск присутствия Божия, благодати Его действующей везде и во всем.

Но недостаточно видеть, надо еще и слышать. Слышание – акт неос-лабного внимания. Чтобы услышать, надо не только напрячь слух, но за пределом услышанных слов стремиться уловить смысл, направленность того, что было произнесено или осталось невысказанным. Слышать озна-чает смиренно склониться, стать способным принять то, что другой сеет на поле нашего ума, на поле нашего сердца. В этом подлинный смысл латин-ского слова humilitas, смирение: оно происходит от humus, “плодородная земля”. Эту землю мы не замечаем, потому что привыкли, что она всегда тут, под ногами. Это безмолвная, безропотная земля, которая умеет обога-титься всем, что мы выбрасываем в нее, которая способна все превратить в богатство, принять в себя любые семена и дать им плоть, дать им жизнь, позволить им взойти, стать в полноте самими собой, никогда не навязывая семенам своих законов. Наша способность слышать начинается со смире-ния. Мы должны предложить себя Другому, как эта земля, богатая, без-молвная и полная творческих возможностей.

Но смирение означает также и послушание. Латинское слово obau-dire имеет два значения: “прислушиваться” и “повиноваться”. Прислуши-ваться с тем, чтобы услышать, понять и принести плод. Основные условия, чтобы нам предстать перед Богом, – полное внимание, рождающееся из то-го, что мы во что бы то ни стало хотим услышать, и желание, решимость принять услышанное и принести плод, то есть преобразиться, измениться, из того, что мы есть, стать тем, чем мы призваны быть. Это основополож-ное состояние в молитве может быть проиллюстрировано на примере че-ловека, который любит наблюдать птиц. Он встает ранним утром, так как должен успеть в поле, в лес до пробуждения птиц, чтобы его приход ос-тался незамеченным. Он затаивается молча и без движения, он весь – слух, весь – внимание. Все его существо прозрачно и восприимчиво, готовое принять печать каждого звука, каждого движения. Он слушает, смотрит, но услышит и увидит то, что происходит вокруг него, только при условии, что он свободен от предвзятости, готов услышать все, что пошлет ему Бог. Его отношение одновременно пассивное и активное: пассивное в том смысле, что он, как земля, humus, до конца открыт, активное в том, что он напряженно готов отозваться на всякий вызов, любой призыв Божий. Разве не ясно, что в таком случае, если мы хотим, чтобы наша встреча с Богом стала возможной, если хотим видеть и слышать, недостаточно просто иметь уши и глаза? В нас должен быть порыв, желание, мы должны стре-миться услышать и увидеть.

А для этого нужна любовь, хотя бы малая. < … > Потому что мы ви-дим только то, что любим. Нам кажется, будто мы видим то, что нам нена-вистно, на самом деле ненависть нам представляет искаженные образы, уродливые карикатуры. А безразличие, равнодушие – слепы.

Но чтобы достичь глубинного, истинного познания, чтобы видение реальности соответствовало своему предмету, недостаточно видеть, слы-шать или даже любить: надо еще иметь чистое сердце, способное разли-чить Бога за слоями окружающей потемненности, которые Его скрывают. Потому что подобно тому, как око, потерявшее чистоту, ясность, отбрасы-вает на все, что видит, свое потемнение, так сердце, потерявшее цельность, не может ни оценивать, ни улавливать реальность вещей, как ее видит Бог» [1].

Главная задача ДОП ЦЗ на православной основе – через восстанов-ление видения (бесстрастия), слышания (смирения и послушания), любви и смиренной чистоты сердца восстановить благодатную радость восприятия мира у современного человека, попавшего в патологическую зависимость, как непостижимого чуда, созданного Творцом. И тем самым привести к исполнению главнейшей Божией заповеди: «…“Господь Бог наш есть Гос-подь Единый; и возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим, и всею душею твоею, и всем разумением твоим, и всею крепостию твоею”: вот, первая заповедь! Вторая подобная ей: “возлюби ближнего твоего, как са-мого себя”; иной большей сих заповедей нет» (Мф. 12: 29–31).

«Если Бог даст, человек придет в себя и, осмотревшись кругом, вос-чувствует тяжесть своего положения и скажет: да из-за чего же, в самом деле, я работаю этим гадким страстям? Все делаю в угоду им, а покоя не имею <…> Не хочу с этих пор покоряться им, брошу все похоти и начну работать Господу Богу и Спасителю моему. Когда <…> скажет так в серд-це своем грешник и самим делом обратится ко Господу с сердечным со-крушением и исповедью, тогда в Таинствах преподается ему благодать и сила устоять в своем намерении и одолевать привычные страсти, с каким бы ожесточением ни нападали они на него. Пришедшая благодать оживит его дух, который, восприяв права свои, начнет все устремлять к Богу и, встречая на пути преграды со стороны страстей, одолевает, прогоняет и искореняет их. С этого времени начинается борьба насмерть, и чем кто решительнее противится страстям, тем быстрее выходит из области смерти и вступает в область жизни» [22].

Очень важно для духовного исцеления покаяние (по-гречески «мета-нойя», то есть перемена ума), в котором человек осознает свои грехи, очи-щает сознание, противостоит вредным помыслам, приходит к христиан-ским убеждениям. И здесь врач-психотерапевт подобен сеятелю Слова Божия из евангельской притчи, а результат его деятельности зависит от плодородия возделываемой им почвы (смирения человека): «…вышел сея-тель сеять; и когда сеял, случилось, что иное упало при дороге, и налетели птицы и поклевали то; иное упало на каменистое место, где не много было земли, и скоро взошло, потому что земля была не глубока; когда же взош-ло солнце, увяло и, как не имело корня, засохло; иное упало в терние, и терние выросло и заглушило семя, и оно не дало плода; иное упало на доб-рую землю и дало плод, который взошел и вырос, и принесло иное три-дцать, иное шестьдесят и иное сто. И сказал им: кто имеет уши слышать, да слышит!» (Мф. 4: 3–9).

Зарок как действо внутреннего человека дается на любой выбранный больным срок путем свободного волеизъявления отказа от конкретных бо-лезненных влечений. Добровольное желание пациента может свидетельст-воваться как врачом, так и священником, а контролируется собственной совестью. Словосочетание «дать зарок» точно отражает решимость, дос-тигнутую страдающей совестью, смирением, сокрушением и покаянием, когда человек с Божией помощью осознает пагубность своего жизненного пути, чувствует волевое бессилие перед грядущим соблазном или укоре-нившейся греховной страстью и просит о помощи врача, священника и, в конечном счете, – Бога.

Страшную ошибку делает человек, если, пройдя лечение на какой-либо ограниченный срок, в своей душе считает, что по истечении этого срока он может вернуться к употреблению алкоголя, наркотика и при этом сможет соблюдать так называемую меру. Такое представление является крайне опасным, а нередко просто роковым. Это дьявольское изощрение, дьявольская уловка, дьявольская гордыня. Сколько людей пострадали от этого! Таким образом, зарок – это глубоко эшелонированная оборона, за-щищающая человека от физической, психической и духовной зависимо-стей. За многие годы работы мы не встречали человека, который снял бы зарок, полагаясь на самого себя, или не продлил его, а впоследствии не пожалел об этом [7].

Мы подошли к одному весьма важному моменту, который объясняет непонятно как случившийся (на первый взгляд) срыв ремиссии. К срыву приводит принятый разумом злой помысел, толкающий по скользкому склону в пропасть страстей человека, невнимательного к своему внутрен-нему состоянию. Анализируя срывы, все наши подопечные неизменно вспоминали, что толчком к употреблению алкоголя, наркотиков, возобнов-лению азартных игр были помыслы, вкрадчиво убеждающие о допустимо-сти возврата к предмету своей страсти. Поэтому, по слову святителя Васи-лия Великого, выздоравливающему следует непрестанно учиться «всеми мерами удерживать помысел, установив над ним трезвенный надзор ума, чтобы не дозволить душе предаваться необдуманным стремлениям» [2].

В заключение лечения врач накладывает руки на голову больного, читая молитвы о его исцелении: «Царю Небесный…», 90-й псалом, «Да воскреснет Бог…», Спасителю, Божией Матери, Ангелу-Хранителю и др., после чего крестообразно помазует страждущего освященным в церкви елеем (голову, глаза, уши, гортань, руки) и крестообразно окропляет его святой водой. При этом врач произносит слова: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа Раб Божий имярек помазуется святым елеем с Гроба Гос-подня во исцеление болезней души и тела – пьянства, наркомании, табако-курения, азартных игр и др.».

Это помазание пяти органов чувств, словно омовение «окон души», совершается по благословению священноначалия, оно не является подме-ной обряда церковного елеопомазания и тем более Таинства елеосвящения. В данном случае врач помазует святым елеем больных, как любящий отец – своих детей. Благодатная сила крестного знамения, молитвы, освященного елея и святой воды не подлежит терапевтическому описанию, но дейст-венность соприкосновения и принятия сакрального средства сравнима с живительным действием возбуждающей Божией благодати – Слова Божия, которое, по словам апостола Павла, «проникает до разделения души и ду-ха, составов и мозгов, и судит помышления и намерения сердечные» (Евр. 4: 12).

В конце индивидуального приема врач предупреждает пациента, что, согласно «Начертанию христианского нравоучения», человек как «благо-разумный воин должен:

1) перестроить все свое внешнее поведение, всему в нем дать новый вид, новые побуждения, новое время и прочее по духу новой жизни;

2) распределить время свое так, чтобы не оставалось ни одного часа без должного занятия. Промежутки, свободные от необходимых занятий, должны быть наполняемы не чем-нибудь, но занятиями, способствующи-ми умерщвлению греха и укреплению духа. Сколько в этом отношении полезны некоторые телесные подвиги, противоположные замеченным на-клонностям, это может испытать всякий;

3) связать свои чувства, особенно глаза, слух и язык легчайшие про-водники греха из сердца вовне и извне в сердце;

4) всему вообще, с чем необходимо встречаться, – вещам, лицам, случаям, – дать духовное знаменование и, особенно, место постоянного своего пребывания исполнить вещами поразительнейшими для души, что-бы, таким образом, живя во внешнем, человек жил как бы в некоем Боже-ственном училище» [21].

Пациент сам сообщает врачу о завершении психотерапии на данном этапе или о решении принести церковный (целебный) зарок в храме. Врач, при необходимости (тяжелая форма зависимости, недостаточная готов-ность к лечению), предлагает больному прийти на повторный сеанс или же на «закрепление» медицинского зарока.

Почему же необходимы «закрепления лечения» и повторные прие-мы? Ведущая задача ДОП ЦЗ – формирование стойкого трезвеннического мировоззрения и православной духовной ориентации, которые должны обеспечивать устойчивость к любым, как внешним, так и внутренним, стрессовым событиям, а также разнообразным личностно значимым пере-живаниям самого больного.

Для этого, в идеале, требуется создать в сознании больного (его цен-тральной нервной системе) «психологический очаг трезвости». А также добиться от человека глубокого понимания разумом и прочувствования сердцем (эмоциями) безусловной целесообразности, необходимости, вы-годности и радости ведения трезвой жизни. Такое, вкупе рациональное и эмоциональное понимание и восприятие, будучи устойчиво действующим, и есть – «психологический очаг трезвости».

На сеансе ДОП ЦЗ такой очаг формируется, но в последующем под влиянием жизненных, бытовых и прочих ситуаций, особенно стрессов (по Г. Селье – дистрессов) может размываться, ослабляться и, следовательно, нуждается в периодическом подкреплении. Последнее делается в МИРВЧ согласно принятой методике, когда пациент обращается к врачу для «за-крепления лечения».

Больному всеми средствами рациональной психотерапии целена-правленно разъясняется, как на общем сеансе и на индивидуальном прие-ме, так и при повторных обращениях, мысль об опасности срывов. Срывы положительных результатов лечения возможны в случае стрессов либо при возникновении мыслей о выпивке, а также при появлении полной уверен-ности в том, что пьянство преодолено навсегда.

В этих случаях необходимо максимально сосредоточиться на оче-видных достоинствах и явных преимуществах трезвости, перечеркнув тем самым «приятные» воспоминания, связанные с алкоголем, которые прак-тически пожизненно сохраняются в памяти больного патологическими за-висимостями. В противовес этому следует мысленно вызвать в памяти все головные боли и тяжкие психологические последствия пьянства. Вспом-нить лечебный сеанс и слова врача о том, что запить в любую минуту вновь можно даже после 50 лет трезвости.

При «закреплении» результатов лечения врач апеллирует к чувству достоинства пациента, его пониманию и осознанию своей ответственности перед самыми близкими людьми и Богом. Нам представляется крайне важ-ным научить больного за хаотическими жизненными стрессами видеть не-постижимый Божий промысел. А за вредными помыслами распознавать хитрые, злобные и коварные измышления лукавого врага, желающего гре-хопадения человека и его гибели в адской бездне.

Вся индивидуальная работа врача с больным при этом направлена на то, чтобы в итоге разрушить наплывы внешних помыслов, чтобы внутренние греховные желания о выпивке были подавлены, поглощены и ассими-лированы «психологическим очагом трезвости». «Очаг трезвости» при этом неизбежно упрочается посредством навыка его мобилизации в крити-ческих состояниях самим больным. В этой невидимой прежде брани, ставшей отныне видимой, мобилизуется, укрепляется и закаляется душа исцеляющегося человека.

Литература

1. Антоний Сурожский. Труды / Антоний Сурожский. – М. : Прак-тика, 2002. – 1080 с.

2. Василий Великий. Творения / Василий Великий. – М. : Паломник, 1993. – Т 2. – 262 с.

3. Григорьев Г. И. Концептуальные основы духовно-ориентирован-ной стрессовой психотерапии / Г. И. Григорьев // Вестн. психотерапии. – 2004. – № 12 (17). – С. 134–147.

4. Григорьев Г. И. Духовно-ориентированная психотерапия в форме целебного зарока: теоретические основы, организационная структура и информационно-аналитическое обеспечение / Г. И. Григорьев, Р. В. Мизе-рене, Е. А. Мильчакова. – СПб. : МИРВЧ : ВМедА, 2004. – 150 с.

5. Духовно ориентированная психотерапия патологических зависи-мостей / под ред. Г. И. Григорьева. – СПб. : ВМедА, 2008. – 504 с.

6. Дьяченко Г. Полный церковно-славянский словарь / Г. Дьяченко. – М. : Изд-во Моск. Патриархии, 1993. – 1120 с.

7. Зверев В. Ф. Вступительное слово перед лечением по методу це-лебного зарока / В. Ф. Зверев. – СПб. : МИРВЧ, 2005. – 10 с.

8. Игнатий (Брянчанинов). Творения / Игнатий (Брянчанинов). – М.: Сретенский монастырь, 1997. – Т. 3. – 316 с.

9. Иерофей (Влахос). Православная психотерапия / Иерофей (Вла-хос). – Сергиев Посад : Свято-Троицкая Сергиева Лавра, 2004. – 368 с.

10.Иоанн (Крестьянкин). Опыт построения исповеди / Иоанн Кре-стьянкин. – М. : Сретенский монастырь, 2003. – 186 с.

11.Иоанн Кронштадтский. Моя жизнь во Христе / Иоанн Крон-штадтский. – М. : Паломник, 1999. – 436 с.

12.Иоанн Лествичник. Лествица / Иоанн Лествичник. – СПб. : Нау-ка, 2008. – 545 с.

13.Литвиненко К. Л. Откуда возникают внутренние проблемы и как их преодолеть / К. Л. Литвиненко, С. В. Литвиненко. – Решма : Свет право-славия, 2006. – 363 с.

14.Могилевский Н. Тайна души человеческой. Святоотеческое учение о борьбе со страстями / Н. Могилевский. – М. : Отчий дом, 1999. – 176 с.

15.Никодим Святогорец. Невидимая брань / Никодим Святогорец. – Л. : Тритон, 1991. – 304 с.

16.Паисий Святогорец. Слова / Паисий Святогорец. – М. : Святая Гора, 2003. – Т. III : Духовная борьба. – 344 с.

17.Преподобный Серафим Саровский. – М. : Благовест, 1993. – 512 с.

18.Собрание писем старца Макария Оптинского. Письма к монаше-ствующим. – СПб. : Изд-во Л. С. Яковлевой, 1994. – 928 с.

19.Старец Силуан / авт.-сост. архим. С. Сахаров. – М. : Сретенский монастырь, 2000. – 640 с.

20.Устинов В. Обращение ко всем работающим в госпиталях для душевнобольных / В. Устинов. – Решма : Свет православия, 1996. – 24 с.

21.Феофан Затворник. Начертание христианского нравоучения / Феофан Затворник. – М. : Паломник, 1994. – 260 с.

22.Феофан Затворник. О покаянии / Феофан Затворник. – М. : Па-ломник, 1998. – 186 с.

23.Цыганков В. А. Духовно ориентированная реабилитационная про-грамма «Лествица трезвения» / В. А. Цыганков, Г. И. Григорьев, Р. В. Мизе-рене // Вестн. психотерапии. – 2010. – № 36 (41). – С. 86–97.

24.Цыганков В. А. Концептуальные основы духовно ориентированной психотерапии патологических зависимостей / В. А. Цыганков, Г. И. Григорь-ев, Р. В. Мизерене // Вестн. психотерапии. – 2011. – № 37 (42). – С. 3–41.