Книги по психологии

1.1 Предыстория концептуализации феномена ПТСР
Т - Трансформация личности

Вся феноменология психологических по­следствий экстремальных событий явно или неявно центрируется вокруг понятий "психоло­гическая травма" или "травматический невроз", история формирования которых уходит своими корнями в представления древних, примером чему является теория истерии Платона. Не­смотря на свою долгую предысторию, система­тическое изучение данного феномена началось лишь в 80-х годах прошлого века. Значитель­ную роль здесь сыграло данное английским неврологом Дж. Эрикшейном описание функцио­нального расстройства нервной системы (railway-spine – железнодорожного спинного мозга) у лиц, перенесших железнодорожную катастрофу (Erichsen, 1882). Отстаивая "орга­ническое" понимание психологической травмы, болезненные проявления потерпевших он объяс­нял возникшими в результате механической трав­мы повреждениями спинного мозга. Несмотря на органическую трактовку railway-spine, Дж. Эрикшейн указал на значение нервного шока в его этиологии и дал тщательное описание симптомологии. Подход, заложенный им, приобрел широкую популярность в Англии, Германии, Америке.

Несколько позже, в соответствии со скла­дывавшимся в то время учением о психогениях, была сформулирована и противоположная точ­ка зрения – о психогенной природе психической патологии. Попеременный акцент то на органи­ческое, то на психогенное понимание психоло­гической травмы еще долго оставался характер­ным для всех более поздних идей, предложен­ных в рассматриваемой области. Положение дел кардинально не изменилось даже после введения Г. Оппенгеймом специальной нозологи­ческой единицы – травматического невроза, ко­торый в качестве термина постепенно завоевал широкую популярность (Oppenheim, 1889). Не­вротическое расстройство, вызванное травмой, он приписывал молекулярным изменениям в не­рвной системе, происходящим вследствие физи­ческого и психического "сотрясения нервов". Другие, например, Ж. Шарко, соглашаясь с тем, что подобного рода расстройства носят функ­циональный характер, тем не менее, отрицали нозологическую самостоятельность травматичес­кого невроза, аргументируя это тем, что подоб­ные реакции имеют типично истерический ха­рактер и должны рассматриваться как истерия (Шарко, 1885). Среди отечественных авторов схожую трактовку дал А. И. Озерецковский, изу­чавший травматизацию солдат во время вой­ны; свою докторскую диссертацию он даже озаглавил "Истерия в войсках" (Озерецковский, 1891). В целом, решающее значение в происхождении травматического невроза при­давалось либо механическим повреждениям (контузиям, коммоциям), либо психогенным факторам, например испугу, как это делалось Э. Крепелином (Крепелин, 1898). Кроме того, параллельно предпринимались попытки пони­мания психологической травмы в рамках невро­зов и психозов, обычно экзогенной формы, т. е. реактивных состояний.

Впервые собственно психологическую трактовку травматического невроза дал З. Фрейд, разрабатывавший ее наиболее интенсивно в тот период своей научной деятельности, когда он пытался раскрыть природу деструктивного вле­чения, а также определить психологические механизмы кошмарных сновидений у солдат и лиц, уцелевших во время железнодорожных аварий (Freud, 1955). Справедливости ради нуж­но отметить, что травматическая теория невро­зов была сформулирована З. Фрейдом гораздо раньше, еще в период его совместной работы с Ж. Брейером, для объяснения этиологии исте­рии (Breuer, Freud, 1955)[2]. В целом, учение З. Фрейда оказало самое непосредственное вли­яние на становление современных подходов к изучению психологической травмы. Так, идея о фиксации на травме, которую также изучали его ученики Ш. Ференци и Г. Зиммель, стала ключе­вым моментом современной трактовки пост­травматического стрессового расстройства (ПТСР). Однако, несмотря на достигнутые ус­пехи, линия психоаналитических исследований психологической травмы велась особняком, па­раллельно представлениям, складывавшимся в неврологии и психиатрии, без оказания на них до поры до времени какого-либо заметного влияния.

Во время Первой Мировой войны невро­тические расстройства, связанные с психологи­ческой травмой, все еще пытались определить, привлекая такие представления, как "воздушная контузия", "снарядный шок" и др., продолжа­лись дискуссии о травматическом неврозе. Различные клинические классификации, пред­лагавшиеся в то время, носили еще чисто описательный, умозрительный характер.

В период Второй Мировой войны появился новый аспект в понимании клиники и этиоло­гии психотравмы: исследователи стали связы­вать ее с нервно-психическим истощением уцелевших солдат и ввели в научный обиход клиническую форму "фронтовой усталости", или "фронтового истощения". Так, Р. Гринкер и П. Шпигель (Grinker, Spiegel, 1945) выделили 19 симптомов, встречавшихся у фронтовиков, кото­рые были сведены ими в синдром "операцион­ной усталости": 1) беспокойство, 2) раздражи­тельность или агрессия, 3) разбитость при про­буждении, летаргия, 4) нарушения сна, 5) тре­вога, 6) постоянное утомление, 7) реакции ис­пуга, 8) чувство напряжения (например, рвота, диарея), 9) депрессия, 10) изменения личности и потеря памяти, 11) тремор, 12) трудности с концентрацией, спутанность, 13) алкоголизм, 14) охваченность войной, 15) сниженный аппе­тит, 16) ночные кошмары, 17) психосоматичес­кие симптомы, 18) иррациональные страхи (фо­бии), 19) подозрительность.

Описанная ими картина подтвердилась так­же в работе Фэйрбэрна и других авторов (Fairbairn, 1952). Что касается отсроченного характера проявления психических последствий воздействия войны на личность человека, то убедительные данные были представлены Г. Ар­чибальдом и Р. Таденхэмом (Archibald, Tuddenham, 1965) на примере ветеранов Вто­рой Мировой войны.

Наиболее важным шагом в изучении пси­хологических последствий воздействия травма­тических событий на человека явилось выделе­ние уже указанной нами выше нозологической формы PTSD – посттравматического стрессово­го расстройства (ПТСР), критерии которого были определены при обследовании вьетнамс­ких ветеранов и лиц, уцелевших от различных бедствий (Diagnostic..., 1980). Были проведены многочисленные исследования, в которых рас­сматривались проблемы отсроченных послед­ствий воздействия травматических событий войны (Damelli, 1988; Egendorf et al., 1981; Enkson, 1974; Figley, 1985; Lifton, 1973, 1986; Niederland, 1964), вопросы этиологии (Horowitz, 1976; Lifton, 1986; Wilson, Krauss, 1985; Wilson, Zigelbaum, 1986), диагностики (Horowitz et al., 1980; Malloy, Fairbank, Keane, 1983; Wilson, Krauss, 1985), терапии (Damelli, 1988; Horowitz et al., 1984; Parson, 1984; Shatan, 1974; Smith, 1986). Позже, в DSM-III-R, уточнились критерии PTSD: изменилось определение стрессора, были добавлены характеристики, касающиеся кошмарных сновидений, а также конкретизи­рованы проявления расстройства у детей (Diagnostic...,1987). Наконец, в DSM-IV введе­но еще одно новшество: помимо категории PTSD, в него включена категория острого стрессового расстройства, которое очень схо­же по своим проявлениям с PTSD, но имеет существенные отличия по ряду признаков, в том числе по времени возникновения события и продолжительности его воздействия (Diagnostic..., 1994). Новая диагностическая категория ПТСР, в целом, заменила ранее ис­пользовавшийся термин "травматический не­вроз", хотя некоторые авторы продолжают применять его до сих пор.