ДВИГАТЕЛЬНАЯ ПАМЯТЬ И ПАМЯТЬ НА ДВИЖЕНИЯ — СИНОНИМЫ?
Общая психология - Высшие психические функции

ДВИГАТЕЛЬНАЯ ПАМЯТЬ И ПАМЯТЬ НА ДВИЖЕНИЯ — СИНОНИМЫ?

Е. П. ИЛЬИН

Изучению так называемой двигательной памяти, называемой иногда моторной, в психологии уделяется значительно меньше внимания, чем другим видам памяти [10], [17], [18], [20]. Ни в одном из психологических словарей, выпущенных за последние годы в нашей стране, даже в наиболее полном [13], не раскрывается, что такое двигательная память. В одном из томов «Руководства по физиологии», посвященном памяти [11], о двигательной памяти говорится вскользь, буквально в двух фразах. В то же время в учебной литературе по психологии имеется большой разнобой в используемой терминологии. В одних учебниках [1], [12], [14] говорится о двигательной памяти, в других [16] — о памяти на движения, причем выступают они как синонимы («двигательная память — память на движения» [15; 64]).

В раскрытии сущности двигательной памяти также обнаруживаются существенные расхождения. В большинстве учебников двигательная память выступает как специфический вид памяти, рядоположный образной, эмоциональной и словесно-логической памяти. Однако в [12] двигательная память рассматривается как один из видов образной памяти наряду со зрительной, слуховой и др.

Происходит это потому, что авторы по-разному смотрят на сущность двигательной памяти.

В одном случае, когда авторы классифицируют виды памяти по характеру запоминаемого материала, дается первый тип классификации, поскольку к двигательной памяти авторы относят мнемическую деятельность, связанную с запоминанием движений в целом. Такое понимание двигательной памяти встречается в большинстве учебников.

В другом случае классификация видов памяти осуществляется по анализаторам. Отсюда авторы, считающие, что содержанием двигательной памяти являются мышечно-двигательные образы заучиваемых движений (их темп, ритм, амплитуда, скорость, напряжение) или запоминание двигательных ощущений [8], относят этот вид памяти к наглядно-образной памяти, что следует признать логичным.

Однако сводить запоминание движений, образующих трудовые или спортивные навыки, только к запоминанию двигательных ощущений (т. е. сигналов, идущих с проприорецепторов, вестибулярного аппарата) нельзя. В процессе освоения двигательных действий формируются зрительные, тактильные, слуховые образы, формируются понятия о разучиваемых движениях. А это значит, что двигательные действия запоминаются полимодально, за счет зрительной, слуховой, вербальной и других видов памяти. Следовательно, если говорить о двигательной памяти как о запоминании движений, двигательных действий, физических упражнений в целом, надо иметь в виду эту полимодальность мнемической деятельности.

Однако объединение под одним названием «двигательная память» этой полимодальной памяти и памяти, связанной с двигательными ощущениями, как видно из вышеизложенного, некорректно. Название «двигательная память» более подходит к памяти, фиксирующей двигательные (проприорецептивные) ощущения посредством двигательного анализатора, так же как зрительная память связана с работой зрительного анализатора, слуховая — слухового анализатора и т. д. Следовательно, двигательная память должна считаться разновидностью образной памяти.

Память же, связанную с полимодальным запоминанием целостных двигательных актов (трудовых действий, физических упражнений, бытовых навыков), целесообразно называть памятью на движения, аналогично тому, как по характеру запоминаемого материала говорят о памяти на цифры, буквы, фигуры, цвет, музыку и т. д.

Разведение этих двух понятий облегчит понимание студентами учебного материала, связанного с закономерностями формирования двигательных навыков, устранит вольные или невольные перекосы в объяснении механизмов формирования этих навыков или избегания этих объяснений. Например, сказать, что причиной забывания усвоенных движений является недостаточная прочность двигательной памяти,— при существующем двояком понимании этой памяти, значит ничего не сказать, а заявлять, что успешность запоминания движений зависит от успешности запоминания основных параметров движений,— значит сказать только половину правды [9]. Конечно, двигательная память влияет на уровень проявления памяти на движения, являясь составной частью последней. Но первая несводима к последней и рассчитывать на успешное освоение новых движений только за счет использования двигательной памяти, особенно на начальных этапах обучения, нельзя. Во-первых, освоение действий связано с формированием зрительного и вербального образов движений, а во-вторых, двигательные ощущения начинают играть ведущую роль во вторую очередь, когда обучающийся научится распознавать и оценивать свои ощущения с проприорецепторов.

Так, в [4] выявлено, что овладение несложными гимнастическими упражнениями (на уровне III спортивного разряда) зависело от зрительной кратковременной памяти на схему движения и геометрические фигуры, но не зависело от двигательной памяти на усилия и протяженность движения (как, кстати, и от зрительной памяти на абстрактные фигуры, цифры и буквы).

Рассмотрение данного вопроса имеет не только теоретический (в плане уточнения терминологии), но и практический интерес, связанный с диагностикой уровня развития двигательной памяти.

Нередко у исследователей, занимающихся изучением запоминания физических упражнений, проявляется стремление по быстроте формирования двигательных навыков судить о двигательной памяти. Даже если принять, что исследователи имеют в виду память на движения, такой подход неправомерен: ведь быстрота формирования навыка зависит и от быстроты формирования адекватного представления (образа) двигательного действия, а последнее определяется не только памятью, но и объемом, быстротой и точностью зрительного восприятия [19].

О двигательной памяти судят и по точности воспроизведения параметров движений (а с другой стороны, выносят суждение о точности воспроизведения амплитуд при многократных попытках, делаемых для повышения надежности испытания, не учитывая влияния на фиксируемые показатели двигательной памяти). В результате допускаются ошибочные суждения и в том, и в другом случае. Рассмотрим это на следующем примере.

Для изучения точности воспроизведения движений по их амплитуде обычно используют кинематометр Жуковского. Испытуемый с закрытыми глазами совершает сгибательные движения в локтевом суставе до ограничителя (от двух до пяти раз), запоминая заданную амплитуду, а затем, не открывая глаз, пять раз ее воспроизводит. Допустим, что при воспроизведении амплитуды в 20 угловых градусов испытуемый А сделал движения, равные 21, 22, 24, 25 и 27 угловым градусам. Испытуемый Б ту же пробу выполнил с движениями, равными 24, 23, 25, 24 и 23 угловым градусам. Средняя для пяти попыток ошибка воспроизведения у того и другого оказалась одинаковой — 3,8 угловых градуса. Однако динамика показателей воспроизведения у того и другого существенно расходится. У испытуемого А ошибка воспроизведения в первой попытке незначительная (1 угловой градус), однако с каждой попыткой она становилась все больше и больше. У испытуемого Б ошибка воспроизведения была большой уже при первом воспроизведении, но увеличения ее к пятой попытке не наблюдается. Первое воспроизведение показывает, во что превратился объективный эталон, или заданная амплитуда, в оценке испытуемого, т. е. показывает величину субъективного эталона. Изменение же этого эталона в последующих попытках (в сторону как увеличения, так и уменьшения, что зависит от величины объективного эталона и от преобладания возбуждения или торможения по «внешнему» балансу у испытуемых — рис.) свидетельствует о забывании субъективного эталона, т. е. является показателем кратковременной двигательной памяти на протяженность движений. Естественно, что у испытуемого А кратковременная двигательная память хуже, чем у испытуемого Б (так как у последнего не выявлено забывание субъективного эталона). Правда, можно предположить, что у испытуемого Б забывание эталона произошло очень быстро, поэтому уже в первом воспроизведении он сделал такую большую ошибку. Однако этому противоречит ряд фактов. Во-первых, имеются, по нашим данным, случаи, когда ошибка воспроизведения в первой попытке незначительная, а ее увеличения к пятой попытке не наблюдается. Следовательно, большая ошибка в первом воспроизведении свидетельствует не о быстром забывании субъективного эталона, а скорее о неадекватном восприятии величины объективного эталона (заданной амплитуды). Во-вторых, увеличение ошибки воспроизведения к пятой попытке в большей мере соответствует классической кривой забывания (чем более отставлено по времени воспроизведение, тем в большей степени стирается из памяти информация). В-третьих, и это главное, степень изменения величины субъективного эталона от первой попытки к пятой значительно больше у лиц с подвижностью возбуждения и торможения, чем у лиц с инертностью этих процессов, т. е. чем у тех, у кого следовые процессы исчезают медленнее (табл. 1). А то, что хорошая память связана с инертностью нервных процессов, показано в [2], [20].

Рис. Увеличение ошибок воспроизведения амплитуд движений (от первой до пятой попытки) у лиц с преобладанием одного из нервных процессов.

Рис. Увеличение ошибок воспроизведения амплитуд движений (от первой до пятой попытки) у лиц с преобладанием одного из нервных процессов. По вертикали — величина ошибки (угловые градусы) по сравнению с ошибкой при первом воспроизведении, принятой за ноль. Кривые вверх от нулевой линии — для лиц с преобладанием возбуждения (воспроизведенные амплитуды возрастают), вниз от нулевой линии — для лиц с преобладанием торможения (воспроизведенные амплитуды уменьшаются). По горизонтали — порядковые номера попыток. Сплошная линия — ошибки воспроизведения малой амплитуды, пунктирная линия — ошибки воспроизведения большой амплитуды.

Из представленных в таблице данных видно, что величина субъективного эталона тоже связана с подвижностью возбуждения и торможения, но противоположным образом: в большей мере объективный эталон извращается у инертных. Поэтому если говорить о быстроте забывания, то пришлось бы признать, что она больше у инертных, что противоречит и литературным данным, и физиологической интерпретации свойства подвижности, определяемой с помощью кинематометрической методики (см.: Методические указания к практикуму по психофизиологии / Экспресс-методы изучения свойств нервной системы. Л., 1981).

Еще одно доказательство, что не субъективный эталон отражает кратковременную память, а нарастание величины ошибки связано с этим видом памяти, получено В. И. Гончаровым [3], изучавшим влияние количества

Таблица 1
Ошибка воспроизведения амплитуд (в угловых градусах) в первой и последней попытках у лиц с разной подвижностью нервных процессов

Ошибка воспроизведения амплитуд (в угловых градусах) в первой и последней попытках у лиц с разной подвижностью нервных процессов

Таблица 2
Зависимость запоминания амплитуд движений от количества попыток (средние значения для 25 испытуемых)

Зависимость запоминания амплитуд движений от количества попыток (средние значения для 25 испытуемых)

попыток запоминания амплитуды движения на изменение величины субъективного эталона от первых попыток воспроизведения к последним (табл. 2).

Как видно из данных табл. 2, показатель памяти (величина изменения субъективного эталона) при увеличении числа попыток запоминания амплитуд неуклонно улучшается, кроме серии из 20 попыток (очевидно, такое количество повторений является избыточным, притупляющим внимание испытуемых). В то же время в отношении субъективного эталона такая динамика не проявилась: его величина изменяется хаотично.

Двигательная память, как и память на движения, тоже неоднородна, поскольку запоминание различных характеристик движений опирается на сигналы, поступающие с различных проприорецепторов. Так, о напряжении мышц человек узнает с помощью импульсации, идущей с телец Гольджи, о сгибаниях и разгибаниях в суставах — с помощью суставных рецепторов, о растяжении мышц — с помощью мышечных веретен. Поэтому, как показано в [9], разные параметры движений запоминаются по-разному. Отсюда можно полагать, что роль этих видов двигательной памяти на усилия, на амплитуду, на темп и ритм в овладении двигательными навыками будет различной.

Вернемся снова к памяти на движения. Помимо того, что в сложных двигательных действиях, состоящих из ряда движений, запоминается состав этих действий (т. е. все входящие в них движения), нужно запомнить и их последовательность. Как показано [5], запоминание состава двигательного действия и последовательности движений — разные мнемические функции. Так, не было корреляции между объемом запоминания состава движений, входящих в комплекс физических упражнений, и объемом запоминания их последовательности, что свидетельствует о том, что можно быстро схватывать появляющиеся в поле зрения объекты, но плохо запоминать последовательность их появления. Нетождественность этих видов памяти на движения подтверждается и тем, что запоминание схем движений осуществляется лучше у лиц с преобладанием первой сигнальной системы (по И.П. Павлову), а запоминание последовательности движений лучше осуществляется лицами с преобладанием второй сигнальной системы [5].

В ряде работ, особенно физиологического уклона, двигательная память непременно связывается с памятью на последовательность движений, причем предполагается, что это память непроизвольная, а ее физиологическим механизмом является формирование динамического стереотипа. Отсюда и представления о памяти как привычке, как двигательном механизме, позволяющем пианисту исполнять музыкальные произведения в темноте, женщинам вязать без зрительного контроля и т.д. За счет динамического стереотипа образуется «кинетическая мелодия», когда «ноги или руки как бы сами вспоминают, какие движения необходимо выполнить» [1; 180]: ведь согласно представлениям о динамическом стереотипе конец одного движения служит сигналом для начала следующего.

Такую память тоже относят к двигательной памяти, поскольку она основана на проприорецептивных сигналах.

Однако последовательность движений запоминается у человека произвольно и прежде всего с участием зрительной и словесно-логической памяти, т.е. это память на движения. Двигательный же динамический стереотип образуется позже, после многократного повторения двигательного действия. В этом состоит отличие памяти на последовательность движений у человека по сравнению с таковой у животных; у последних динамический стереотип является основным механизмом формирования локомоторных актов, а связанная с ним память непроизвольна.

Итак, подведем итоги. Во избежание различного толкования целесообразно развести два понятия: двигательная память и память на движения. Под первым следует понимать память на кинестетические (проприорецептивные) ощущения, которая относится к образным видам памяти. Под вторым следует понимать полимодальное запоминание движений с участием зрительной, слуховой, тактильной, вестибулярной и двигательной памяти. В практических целях важно изучать выраженность каждого компонента памяти на движения, чтобы знать сильные и слабые звенья в мнемической деятельности, связанной с формированием двигательных навыков. Весьма вероятно, что неравномерность быстроты формирования двигательных навыков у разных людей на разных этапах обучения связана с тем, какой вид памяти у данного человека развит хуже, а какой лучше. Субъекты с хорошей зрительной памятью будут иметь преимущество на первой стадии формирования навыка, когда формируется зрительное представление о разучиваемом двигательном действии. Когда же формирование навыка будет зависеть уже от быстроты и точности формирования двигательного образа («кинетической мелодии»), преимущество могут получить те субъекты, у кого лучше двигательная память.

Быстрота формирования двигательного навыка зависит также от памяти на последовательность движений, которая связана с развитием и превалированием второй сигнальной системы.

Можно обладать большим объемом образной памяти на состав движений и малым объемом памяти на последовательность движений, поэтому последняя нуждается в том, чтобы на нее обращали специальное внимание.

Двигательная память многообразна. Это и запоминание усилий, амплитуд, быстроты движений, это и запоминание темпа, ритма движений, их последовательности. Запоминание разных характеристик движений происходит с разной успешностью, что тоже следует учитывать при формировании двигательных навыков.

Процесс забывания заданных эталонов движений следует учитывать при многократном повторении движений в процессе тренировки: ведь при плохой двигательной памяти («стирании» эталона) обучающийся, повторяя движения, не закрепляет правильное движение, а, ориентируясь каждый раз на все более искажающийся субъективный эталон, закрепляет неправильные движения.



1. Венгер Л. А., Мухина В. С. Психология. М., 1988.

2. Голубева Э. А. Индивидуальные особенности памяти человека. М., 1980.

3. Гончаров В. И. Запоминание и воспроизведение амплитуд движений в зависимости от количества и условий предъявления движений // Психофизиологическое изучение учебной и спортивной деятельности. Л., 1981.

4. Гончаров В. И. Влияние различных видов двигательной и зрительной памяти на успешность овладения физическими упражнениями // Психофизиологическое изучение учебной и спортивной деятельности. Л., 1981.

5. Гончаров В. И. Формирование двигательных умений (мнемические аспекты): Автореф. дис. ... канд. пед. наук. Л., 1983.

6. Ильин Е. П. Двигательная память, точность воспроизведения амплитуды движений и свойства нервной системы // Психомоторика. Л., 1976.

7. Ильин Е. П. Особенности забывания пространственных эталонов движения в связи с балансом нервных процессов // Психофизиология / Под ред. Е.П. Ильина. Л., 1979.

8. Крутецкий В. А. Психология. М., 1980.

9. Мейксон Г. Б. Психологические особенности заучивания школьниками отдельных параметров движений // Психологические вопросы физического воспитания в школе / Под ред. П.А. Рудика, А.Ц. Пуни, Н.А. Худадова. М., 1966.

10. Менхин А. В. Исследование двигательной памяти и определение рационального режима обучения новым гимнастическим движениям: Автореф. канд. дис. М., 1981.

11. Механизмы памяти. М., 1987.

12. Общая психология: Учебник для пед. ин-тов. М., 1981.

13. Психологический словарь / Под ред. В.В. Давыдова и др. М., 1983.

14. Психология: Учебник для институтов физ. культ. / Под ред. В.М. Мельникова. M., 1987.

15. Психология: Учебник для техникумов физ. культ. / Под ред А.Ц. Пуни. М., 1984.

16. Психология физического воспитания и спорта: Учебное пособие для институтов физ. культ. / Под ред. Т.Г. Джамгарова и А.Ц. Пуни. М., 1979.

17. Пуни А. Ц. Двигательная память и спортивная деятельность // Труды научно-методического совета союза спортивных обществ и организаций Латвийской ССР. Рига, 1968. Вып. 3.

18. Скобенников К. А. Память на движения у школьниц // Физическая культура в школе. 1960. № 9.

19. Умнов В. П. Психологические особенности формирования представлений о двигательных действиях как условие реализации метода наглядности в обучении: Автореф. канд. дис. Л., 1980,

20. Юсим Е. Д. Индивидуальные различия в моторной памяти и свойства нервной системы: Автореф. канд. дис. М., 1975.