А. Р. ЛУРИЯ У ИСТОКОВ СОВЕТСКОЙ ПСИХОЛИНГВИСТИКИ

А. А. ЛЕОНТЬЕВ

Описывается роль А. Р. Лурия в становлении отечественной психолингвистики. Ключевые слова: А. Р. Лурия, психолингвистика.

Когда в 60-х гг. XX в. в нашей стране появились первые публикации по

1 Психолингвистике, они не только развивали идеи деятельностной психологии, но и

Продолжали совершенно определенную традицию, восходящую к работам Л. С.

Выготского [2]. Эту традицию воспринял в середине 1940-х гг. А. Р. Лурия, положивший

«психолингвистические» идеи Л. С. Выготского в основу оригинального подхода к

Исследованию и классификации афазий.

Обычно, говоря о взглядах А. Р. Лурия на речь, обращаются к двум его последним книгам на эту тему — «Основные проблемы нейролингвистики» [5] и «Язык и сознание» [9]. Однако в гораздо более четкой форме его взгляды отразились в небольшой брошюре «Речь и мышление» [7], написанной как учебное пособие для студентов-психологов.

Одна из важнейших идей этой книги — различение «коммуникации события», т. е. сообщения о внешнем факте, доступном наглядно-образному представлению (например, Дом горит; Мальчик ударил собаку) и «коммуникации отношения», — сообщения о логических отношениях между вещами (Собака — животное). Это касается как актуальной предикативности, непосредственно образующей коммуникативное высказывание, так и структуры исходной единицы построения высказывания или предложения, а именно синтагмы (сочетания слов). А. Р. Лурия представлял процесс порождения или, как он говорил, «формулирования» речевого высказывания (отсюда, вероятно, аналогичный термин в работах И. А. Зимней) в виде следующих этапов. В начале процесса находится мотив. «Следующим моментом является возникновение мысли или общей схемы того содержания, которое в дальнейшем должно быть воплощено в высказывании» [7; 61]. Другим термином для обозначения этой схемы А. Р. Лурия является «замысел». Далее в действие вступает «внутренняя речь», имеющая решающее значение для «перешифровки

94

(перекодирования) замысла в развернутую речь и для создания порождающей (генеративной) схемы развернутого речевого высказывания» [7; 62]. Она имеет свернутый, сокращенный характер и в то же время является предикативной.

В более поздних публикациях (указанная брошюра впервые была опубликована небольшим тиражом в 1964 г. под названием «Словесная система выражения отношений» [8]) А. Р. Лурия подробнее развернул некоторые из этих положений. Так, он подчеркнул, что «внутренняя речь является... механизмом, превращающим внутренние субъективные Смыслы В систему внешних развернутых речевых Значений» [5; 10]. А. Р. Лурия стал также опираться на известную порождающую лингвистическую модель «Смысл — Текст» И. А. Мельчука и А. К. Жолковского. (Не думаю, что это был для Александра Романовича оптимальный выбор. Так я и написал в издательской рецензии на «Основные проблемы нейролингвистики», указав и еще на ряд неточностей; это вызвало у А. Р. Лурия

09.10.2012


93

2


Некоторую обиду — он вообще был человек обидчивый, хотя и отходчивый, — и недолгое охлаждение наших отношений.) А. Р. Лурия особо подчернул, «что «каждая речь, являющаяся средством общения, является не столько комплексом лексических единиц (слов), сколько системой Синтагм (целых высказываний) [7; 37]. Четко противопоставив парадигматические и синтагматические соотношения лексических значений, А. Р. Лурия соотнес «коммуникацию отношений» с первыми, а «коммуникацию событий» — со вторыми. В целом путь от мысли к речи «1) начинается с мотива и общего замысла (который с самого начала известен субъекту в самых общих чертах), 2) проходит через стадию внутренней речи, которая, по-видимому, опирается на схемы семантической записи с ее потенциальными связями, 3) приводит к формированию глубинно-синтаксической структуры, а затем 4) развертывается во внешнее речевое высказывание, опирающееся на поверхностно-синтаксическую структуру» [7; 38].

А. Р. ЛУРИЯ У ИСТОКОВ СОВЕТСКОЙ ПСИХОЛИНГВИСТИКИ

А. Р. Лурия (Фото из архива Ю. В. Микадзе)

Легко видеть связь этих идей с тем, что писал в свои последние годы о порождении речи Л. С. Выготский. Столь же очевидна преемственность концепции А. Р. Лурия и той психолингвистической теории, которую развивали в 60–70-е гг. XX в. мы с Т. В. Ахутиной (Рябовой), прямой ученицей А. Р. Лурия (сошлюсь, кроме моей книги «Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания» [2], на известную статью Т. В. Ахутиной [12] и на нашу совместную публикацию [4]).

Когда в 1966 г. у нас возникла идея организовать всесоюзную конференцию по психолингвистике (названную «семинаром»), то в качестве главного докладчика на нее был приглашен А. Р. Лурия (выступивший совместно с Л. С. Цветковой; не могу вспомнить, кто из них реально зачитывал этот доклад, но тезисы были опубликованы под двумя фамилиями [11]). Вообще состав докладчиков этого семинара был очень любопытен: С. Д. Кацнельсон, Г. П. Щедровицкий, С. К. Шаумян, Р. Г. Пиотровский, Л. Р.

09.10.2012


93

Зиндер (в соавторстве с Л. В. Бондарко и Л. А. Вербицкой), конечно, Р. М. Фрумкина, Ю. С. Степанов, Ю. Н. Караулов —

95

Тогда аспирант Ю. С. Степанова, Г. П. Мельников, А. А. Брудный, А. Г. Баиндурашвили, В. М. Павлов и много других интересных людей.

Успех семинара побудил нас выпустить на его основе вполне академическую коллективную монографию, которая и была опубликована издательством «Наука» в 1968 г. под названием «Теория речевой деятельности (проблемы психолингвистики)». И, естественно, первым в эту монографию в качестве автора был приглашен Александр Романович. Он не только представил полный текст своего с Л. С. Цветковой доклада, но и дал для публикации русский вариант своей известной работы «Проблемы и факты нейролингвистики» [6]. Кстати, насколько мне известно, именно тогда этот термин был впервые употреблен А. Р. Лурия на русском языке (английский вариант этой статьи под тем же названием вышел годом раньше [14]; но сам термин появился первый раз в 1964 г. в со-вместной статье группы французских афазиологов [13]).

А. Р. Лурия не присутствовал на второй конференции, которая теперь уже называлась «Второй симпозиум по психолингвистике» (хотя в ее работе приняли участие Л. С. Цветкова и Т. В. Рябова-Ахутина). Не участвовал он и в последующих симпозиумах. Но зато он с большой охотой принял приглашение войти в авторский коллектив сборника «Семантическая структура слова (психолингвистические исследования)», вышедшего в 1971 г. Это был царский подарок сборнику, потому что А. Р. Лурия дал в него свою знаменитую работу, написанную совместно с О. С. Виноградовой, — «Объективное исследование динамики семантических систем» [10], до этого известную только в английском варианте [15].

...В предисловии к «Теории речевой деятельности» я писал: «Можно видеть, что за исключением проф. А. Р. Лурия... подавляющее большинство ее [книги. — А. Л.] авторов можно смело отнести к научной молодежи» [1; 13]. Многих из этих авторов уже нет в живых (А. Н. Журинский, Г. П. Мельников, О. Н. Селиверстова, Г. П. Щедровицкий), а мы, те, кто еще живет и работает, уже сами в том возрасте, в каком был тогда Александр Романович. И если мы, молодые тогда психолингвисты, сумели за свою жизнь сделать в этой области что-то существенное, то в значительной мере благодаря тому, что у истоков нашей научной работы стоял и всячески поддерживал нас такой гигант, как Александр Романович Лурия.

1. Леонтьев А. А. Введение // Теория речевой деятельности (проблемы психолингвистики) / Под ред. А. А. Леонтьева. М.: Наука, 1968.

2. Леонтьев А. А. Психолингвистические единицы и порождение речевого высказывания. М.: Наука, 1969.

3. Леонтьев А. А. Лев Семенович Выготский как первый психолингвист // Известия Академии пед. и соц. наук. М., 1996.

4. Леонтьев А. А., Рябова Т. В. Фазовая структура речевого акта и природа Планов // Планы и модели будущего в речи: Материалы к обсуждению. Тбилиси, 1970.

5. Лурия А. Р. Основные проблемы нейролингвистики. М.: Изд-во МГУ, 1975.

6. Лурия А. Р. Проблемы и факты нейролингвистики // Теория речевой деятельности (проблемы психолингвистики). М.: Наука, 1968.

7. Лурия А. Р. Речь и мышление: Материалы к курсу лекций по общей психологии. Вып. IV. М.: Изд-во МГУ, 1975.

8. Лурия А. Р. Словесная система выражения отношений. М.: Изд-во МГУ, 1964.

09.10.2012


93 4

9. Лурия А. Р. Язык и сознание. М.: Изд-во МГУ, 1979.

10. Лурия А. Р., Виноградова О. С. Объективное исследование динамики семантических систем // Семантическая структура слова (психолингвистические исследования) / Под ред. А. А. Леонтьева. М.: Наука, 1971.

11. Лурия А. Р., Цветкова Л. С. О некоторых нейропсихологических механизмах речевого высказывания // Семинар по психолингвистике (30 мая — 1 июня 1966 г.): Тезисы докладов и сообщений. М.: Б. и., 1966.

12. Рябова Т. В. Механизм порождения речи по данным афазиологии // Вопросы
порождения речи и обучения языку / Под ред. А. А. Леонтьева. М.: Изд-во МГУ, 1967.

13. Dubois J. et al. Etude neurolinguistique de l’aphasie de conduction // Neuropsychologia. 1964. V. 2.

14. Luria A. R. Problems and facts in neurolinguistics // Intern. Soc. Sci. J. 1967. V. 19.

15. Luria A. R., Vinogradova O. S. An objective investigation of the dynamics of semantic
systems // Brit. J. Psychol. 1959. V. 50. P. 2.

Поступила в редакцию 25.III 2002 г.

1 Чтобы теоретически и методологически противопоставить отечественное направление исследований американской психолингвистике первого и второго поколений, связанной соответственно с именами Ч. Осгуда и Дж. Миллера, мы до середины 1970-х гг. говорили о «теории речевой деятельности».

09.10.2012


96

96