А. Р. ЛУРИЯ И ПСИХОАНАЛИЗ

С. А. БОГДАНЧИКОВ

На основе изучения работ А. Р. Лурия 20–30-х гг. в статье дается оценка роли, места и значения психоаналитических идей в его творческой биографии. Выделяются три периода, различающиеся по взглядам А. Р. Лурия на психоанализ:

1) первая половина 20-х гг., 2) с середины 20-х до конца 30-х гг., 3) после 1940 г. Делается вывод о большом значении основных психоаналитических идей (целостный, динамический подход к личности, учет физиологических и социальных детерминант развития личности и т. д.) в процессе формирования А. Р. Лурия как ученого и в системе его общепсихологических воззрений.

Ключевые слова: А. Р. Лурия, психоанализ, рефлексология, общая психология, марксизм, история советской психологии.

Деятельность Александра Романовича Лурия как теоретика общей психологии и одного из творцов советской психологии все еще остается малоизученной. Данная статья посвящена начальному («донейропсихологическому») периоду творческой биографии А. Р. Лурия, когда происходило формирование его общепсихологических воззрений. Наряду с гештальтпсихологией, бихевиоризмом, рефлексологией и другими теориями, школами и направлениями, а также марксизмом (не говоря уже о сотрудничестве с Л. С. Выготским и А. Н. Леонтьевым в рамках разработки культурно-исторической теории) одним из важных факторов и источников развития общепсихологических

85

Взглядов А. Р. Лурия на протяжении 1920–1930-х гг. был психоанализ. Цель статьи состоит в том, чтобы на основе изучения работ А. Р. Лурия 20–30-х гг. XX в. оценить роль, место и значение психоанализа в научной биографии А. Р. Лурия. Наш выбор темы в значительной мере был обусловлен тем, что свои первые шаги в психологии А. Р. Лурия делал именно в области психоанализа.

*

В 1925 г. у Л. С. Выготского и А. Р. Лурия были все основания констатировать: «У нас в России фрейдизм пользуется исключительным вниманием не только в научных кругах, но и у широкого читателя. В последнее время почти все работы Фрейда переведены на русский язык и выпущены в свет. На наших глазах в России начинает складываться новое и оригинальное течение в психоанализе, которое пытается осуществить синтез фрейдизма и марксизма при помощи учения об условных рефлексах и развернуть систему “рефлексологического фрейдизма” в духе диалектического материализма. Этот перевод Фрейда на язык Павлова, попытка объективно расшифровать темную “глубинную психологию” представляет собой живое свидетельство величайшей жизненности этого учения и его неисчерпаемых научных возможностей» [2; 29].

Действительно, будучи официально признанным и одобренным на самом высоком государственном уровне, психоанализ в нашей стране в первые годы советской власти получил бурное развитие, что нашло свое выражение в открытии в Москве

09.10.2012


84

Государственного психоаналитического института, в многочисленных переводах работ З. Фрейда, появлении фрейдомарксистских идей, попыток объединения рефлексологии и фрейдизма и т. д. Но уже к началу 30-х гг. XX в. (в отличие от истории педологии и психотехники в СССР, точную границу здесь указать невозможно) психоанализ в СССР фактически перестал существовать.

Научная биография А. Р. Лурия в 20–30-е гг. была органической и достаточно весомой частью недолгой истории советского психоанализа. И хотя тему «А. Р. Лурия и психоанализ» в настоящее время нельзя отнести к разряду запрещенных или забытых страниц истории психологии, все же в нашей литературе ей уделяется очень мало внимания. Так, в сборнике статей «А. Р. Лурия и современная психология» [17] и в материалах Первой международной конференции памяти А. Р. Лурия [19], [20] период 20–30-х гг. в биографии ученого рассматривается как подготовительная ступень для последующего, нейропсихологического этапа или в контексте вопросов о соотношении школ Л. С. Выготского и С. Л. Рубинштейна. Показательно, что в работах по истории отечественной психологии [3], [21], [22], [24] в лучшем случае упоминается только одна (!) статья А. Р. Лурия — [5]. В настоящее время основными источниками конкретных сведений и общих оценок в вопросе о психоаналитических взглядах А. Р. Лурия являются, помимо автобиографии [16], его научная биография, написанная Е. Д. Хомской [25], работа Л. С. Выготского [1], а также ряд насыщенных историческими подробностями работ по истории отечественного психоанализа [18], [23], [24], [26], [27].

О каких же работах А. Р. Лурия может и должна идти речь? Из его трудов, опубликованных в период с 1921 по 1940 г. [25; 166–212], психоаналитическую тематику непосредственно содержат пять его работ: «Психоанализ в свете основных тенденций современной психологии» [4], «Психоанализ как система монистической психологии» [5], предисловие к книге З. Фрейда «По ту сторону принципа удовольствия» [6] и две статьи в Большой Советской Энциклопедии — «Влечение» [13] и «Психоанализ» [15]. Наряду с этим мы выделили еще ряд статей [7][14], не имеющих прямой психоаналитической направленности, но достаточно значимых для получения представлений об эволюции взглядов А. Р. Лурия в этот период. Кроме того, в 1922–1926 гг. А. Р. Лурия опубликовал за рубежом семь небольших заметок (отчетов),

86

Посвященных работе казанского психоаналитического кружка [28], [29], Русского психоаналитического общества (РПСАО) [30], [32], [34] и общему положению психоанализа в СССР [31], [33].

Что же представляли собой взгляды А. Р. Лурия на психоанализ и как они изменялись от его первой статьи о психоанализе [4] к последней [15]? Об этом и пойдет речь ниже.

«ПСИХОАНАЛИЗ В СВЕТЕ ОСНОВНЫХ ТЕНДЕНЦИЙ СОВРЕМЕННОЙ ПСИХОЛОГИИ»

Первой работой А. Р. Лурия по психоанализу стала его брошюра «Психоанализ в свете основных тенденций современной психологии» [4], изданная в 1923 г. Данная работа несет на себе отпечаток того времени, когда она писалась, — в Советской России тогда можно было создавать психоаналитические кружки, переписываться с самим З. Фрейдом, пробовать заниматься психоаналитической практикой, публиковать переводы

09.10.2012


84

Работ З. Фрейда, не скрывать своих высоких оценок психоанализа и обходиться при этом без ссылок на марксизм.

Уже в этой работе А. Р. Лурия формулирует один из своих принципиальных тезисов: традиционная психология находится в кризисе, и причиной тому является ее «мозаичность», т. е. изучение лишь отдельных элементов душевной жизни. Как следствие, психология не отвечает потребностям практики и прикладных дисциплин — психотехники, психотерапии, педагогики. Одним из конкретных путей преодоления этого кризиса является психоанализ, который за последние годы «из гонимой психологической школы стал классическим психологическим учением» [4; 7]. В новой, современной психологии (у И. П. Павлова, В. М. Бехтерева, К. Н. Корнилова, А. Ф. Лазурского, в бихевиоризме) и в психоанализе (в учениях З. Фрейда, А. Адлера, К. Г. Юнга) можно обнаружить общие принципы — «целостной, биологической психологии, динамического изучения и понимания человеческого поведения» [4; 10]. Таким образом, передовые направления в психологии и психоанализе «заговорили общим языком и встретились на родственных принципиальных предпосылках» [4; 9].

А. Р. Лурия отмечает в работе два порока традиционной психологии мышления — «мозаичность» и «логистичность», так как изучению подвергаются элементы мышления, не связанные с личностью в целом, ее стремлениями и эмоциями, что не дает единого, целостного потока мысли [4; 19]. В противовес этому для «новой психоаналитической теории мышления» характерны: «1) ее личностный характер, 2) изучение содержания мышления и заложенных глубоко в бессознательности его мотивов, и 3) динамическое объяснение развития тех или других интеллектуальных систем с точки зрения их индивидуальной жизненной ценности» [4; 20–21].

Для А. Р. Лурия важно подчеркнуть, что психоанализ «весьма близок» к учению об условных рефлексах. «Рефлексологическая структура» в психоанализе видна в учении о цензуре, вытеснении и оживлении бессознательных «следов», о «перенесении» как основном механизме неврозов, в определении влечения как «ощущения раздражения, исходящего изнутри организма»; удовлетворение влечения можно рассматривать как рефлекс, направленный на то, чтобы реагировать на влечение «повторением уже ранее бывшего состояния»; невроз протекает по механизму рефлекса и т. п. [4; 31–32].

В этой работе уже можно увидеть черты, присущие А. Р. Лурия как ученому: эрудиция, выражающаяся в знании и умелом использовании первоисточников, наличии обширного списка иностранных авторов (как будто не было революции и гражданской войны, разрыва нормальных научных связей и т. п.); тяга ко всему новому; стремление к синтезу разнообразных направлений в психологии; поиск физиологических механизмов и детерминант психической деятельности; использование психологии в интересах практики, для решения жизненно важных задач; стремление иметь дело с личностью в целом, с ее мышлением, эмоциями и мотивами. В частности,

87

Изображенная в обзоре идиллическая картина всеобщего «братания на всех фронтах» (и внутри психоанализа, и между психологией и психоанализом), не отражала, конечно, всей остроты исторической ситуации — скорее это было отражением страстного желания самого А. Р. Лурия иметь дело с непротиворечивой системой знаний о «цельной человеческой личности».

«ПСИХОАНАЛИЗ КАК СИСТЕМА МОНИСТИЧЕСКОЙ ПСИХОЛОГИИ»

09.10.2012


84

4


Опубликованная в 1925 г. статья А. Р. Лурия «Психоанализ как система монистической психологии» [5] построена на противопоставлении психоанализа и эмпирической психологии и имеет своей целью доказать, что психоанализ гораздо больше соответствует марксизму, чем старая, традиционная психология. В отличие от обзора 1923 г. А. Р. Лурия показывает себя убежденным сторонником марксистской психологии, а психоанализ предстает как соответствующий и даже необходимый марксизму.

Исходя из того, что методология марксизма «теперь может считаться безусловно-обязательной для целого ряда смежных областей знания» [5; 47], А. Р. Лурия формулирует два принципа марксизма, «теперь обязательных для всех позитивных наук» [5; 48]: материалистический монизм и диалектический подход к явлениям. Применительно к психологии это означает, что, во-первых, психология должна изучать не человека вообще, а социального, классового человека; во-вторых, не принимать сложные социально-психологические явления (идеологические надстройки, т. е. мышление, сознание, вообще «психический аппарат») как данное, «не верить им на слово», вскрывать их социально-классовую сущность [5; 50]. Последний принцип А. Р. Лурия называет «аналитическим», тем самым подчеркивая «внутреннее родство» (по методу) между марксизмом и психоанализом [5; 50–51].

Основные принципы классической психологии «не соответствуют предпосылкам, выставляемым методологией диалектического материализма» [5; 54]. В то же время психоанализ «резко отмежевывается от классической школьной психологии» [5; 63]. Психоанализ, по А. Р. Лурия, в гораздо большей степени, чем эмпирическая психология, отвечает марксистским требованиям к психологии: изучение цельной личности, монизм, изучение психики в ее динамике и социальности, аналитический подход [5; 55]. Вместе с тем психоанализ не является «точной философской системой» [5; 60]. Отсутствие ясных формулировок в психоанализе смягчается тем, что психоанализ — это система не «философского, но опытного знания» [5; 66]. Однако и «марксизм в период своего возникновения не имел своей законченной чисто психологической теории личности» (!), хотя вопросы о личности — о мотивах ее поведения, интересах, «толкающих личность на создание той или иной идеологической системы», «были бесконечно близки основателям марксизма» [5; 56].

Для установления полного соответствия требованиям диалектического материализма психоанализу необходимо, обеспечивая целостный подход, ввести организм «в систему социальных влияний»; «только этим последним мы перейдем в учении нервно-психической деятельности от механического материализма к диалектическому» [5; 80]. В общем, несмотря на недостатки, «психоанализ сделал серьезный шаг на пути создания монистической психологии» [5; 66].

Следует отметить, что при изложении идей З. Фрейда А. Р. Лурия широко использует, как и ранее, рефлексологические термины («реакция», «раздражение», «возбуждение») и подчеркивает «принципиальную близость подходов психоанализа и рефлексологии» [5; 79].

ПРЕДИСЛОВИЕ К РАБОТЕ З. ФРЕЙДА «ПО ТУ СТОРОНУ ПРИНЦИПА УДОВОЛЬСТВИЯ»

В 1925 г. вышел в свет русский перевод работы З. Фрейда «По ту сторону принципа удовольствия». Предисловие к ней, написанное А. Р. Лурия совместно с Л. С. Выготским

09.10.2012


84

5


88

[2], [6], начинается с высоких оценок З. Фрейда: он — один из «самых бесстрашных умов нашего века», революционер в науке, переживший «годы глухого отъединения», но ныне получивший «мировое признание» [2; 29]. Большая заслуга З. Фрейда заключается в его обращении к тому, что происходит «по ту сторону принципа удовольствия», и формулировке тезиса о влечении к смерти как «основном, первоначальном и всеобщем принципе органической жизни» [2; 31].

А. Р. Лурия и Л. С. Выготский подчеркивают сложность встающих при этом вопросов, гипотетичность многих фрейдовских построений (что, впрочем, признавалось и самим З. Фрейдом), но общая оценка новой идеи З. Фрейда остается высокой: «открытия Галилея точно так же уводят нас по ту сторону очевидности, как и открытия психоанализа» [2; 33]; «открытие новой Америки — страны по ту сторону принципа удовольствия — составляет Колумбову заслугу Фрейда, хотя бы ему и не удалось составить точную географическую карту новой земли и колонизовать ее» [2; 34].

Авторы предисловия отмечают, что еще до выхода русского перевода книги З. Фрейда «в русских научных кругах началась оживленная дискуссия по задетым в ней вопросам», причем высказывалось мнение, что З. Фрейд вступил на путь, «далеко не совпадающий с путем современного материализма» [2; 34]. Л. С. Выготский и А. Р. Лурия выступают против этого мнения. Доказательство того, что психоанализ соответствует марксизму, осуществлено в предисловии более тонко и убедительно, чем в предыдущей статье [5]. Хотя в предисловии утверждается, что тезис З. Фрейда о влечении к смерти (и фрейдизм вообще) соответствует «современному материализму», раскрывает «диалектику организма» и т. д., эти суждения все же не главные. Более важными здесь являются два утверждения, присущие, как показывается в предисловии, и психоанализу, и марксистской идеологии в целом.

Первое утверждение состоит в признании того, что и З. Фрейд, и наша наука (И. П. Павлов, В. М. Бехтерев, марксизм, идеология в целом) стремятся быть Монистическими И потому ищут биологические, физиологические и даже химические детерминанты психики. Поэтому З. Фрейд нам близок, интересен и нужен, поэтому его книга — это шаг вперед, а не назад на пути к построению «цельной монистической системы» [2; 36]. Второе утверждение состоит в том, что идея З. Фрейда о консервативной биологии организма, которую можно и надо Переделывать Извне, также полностью совпадает с присущей марксистской идеологии идеей о переделке человека путем изменения внешних (культурных, социальных) условий. Пожалуй, это предисловие является одной из вершин позитивного отношения к психоанализу в Советской России.

ТЕМА ПСИХОАНАЛИЗА В РАБОТАХ А. Р. ЛУРИЯ 1926–1940 гг.

Статья А. Р. Лурия и А. Н. Леонтьева «Исследование объективных симптомов аффективных реакций» [7], несмотря на реактологический язык, фактически посвящена экспериментальному изучению психоаналитических проблем, связанных с образованием и функционированием аффективных комплексов. Аффект в статье определяется как «результат адекватно неотреагированной реакции» [7; 97], причем «отреагирование» — это то же самое, что «катарсис» у И. Брейера и З. Фрейда [7; 97–98]. В статье утверждается, что полученные данные экспериментально подтверждают то, что «всегда делалось психоаналитической терапией, которая ставила себе целью, вскрыв основные

09.10.2012


84

Аффективные травмы, заставить больного в тех или иных формах отреагировать их, растормозить заторможенную реакцию, чтобы сделать его здоровым» [7; 98]. Так наглядно перед нами предстает мысль о синтезе рефлексологических и реактологических идей с психоаналитической проблематикой.

Статья А. Р. Лурия [8] содержит уже знакомую нам критику традиционной «школьной» психологии как отжившей свое и

89

Неактуальной [8; 129]. Предметом новой психологии, ориентирующейся на практические потребности жизни, является «поведение человека, живущего в вполне определенных условиях общества» [8; 129]. Этот же тезис виден и в словах о том, что «современные психологи в общем и целом все согласны с тем, что психология изучает поведение человека и его отношение к среде» [8; 130]. Но причислять А. Р. Лурия к бихевиористам из-за выдвижения им на первый план понятия «поведение» было бы неправильно, потому что он трактовал поведение (как и другие советские психологи в то время) предельно широко, включая в эту трактовку, помимо бихевиористской и рефлексологической составляющих, также положения из области психоанализа, гештальтпсихологии, марксизма и т. д. Столь же отчетливо это обнаруживается и в статье «О системе психологии поведения» [9], где А. Р. Лурия, констатируя «господствующий кризис» в современной психологии, формулирует задачу построения системы психологии — для того, чтобы «понять отдельные виды поведения человека с точки зрения определенного единого принципа» [9; 53]. Отсутствие такого принципа при изучении сложных психических процессов (мышления, эмоционального поведения) ведет — в частности, в рефлексологии (!) — к возврату к «мозаичной» психологии. Столь явное изменение отношения А. Р. Лурия к рефлексологии можно объяснить не только «началом конца рефлексологии», но и разработкой (вместе с Л. С. Выготским и А. Н. Леонтьевым) основ культурно-исторического подхода в психологии.

Описывая разработанную им сопряженную моторную методику, предназначенную для исследования аффективных реакций, А. Р. Лурия, что характерно, не забывает, как и раньше, критиковать метод самонаблюдения [10; 53, 66]. В качестве одного из центральных и связующих рабочих понятий в этом труде выступает понятие «конфликт». Так, А. Р. Лурия пишет о «конфликте возбуждающих и тормозящих импульсов» [10; 79], о «нормальном и нарушенном человеческом поведении» [10; 99] и т. д. Но даже при самой объективной трактовке понятие «конфликт» в системе научных взглядов А. Р. Лурия в значительной мере сохраняет, как нам представляется, исходный психоаналитический смысл. Следует отметить также и то, что в этой работе А. Р. Лурия по-прежнему утверждает, что расстояние между психоанализом и рефлексологией очень невелико: у И. П. Павлова речь идет о «срывах» и «сшибке», что в психоанализе характеризуется как амбивалентность [10; 73] и т. п.

Не менее показательна и работа А. Р. Лурия о развитии детского мышления [11], в которой при трактовке игры в марксистской «оболочке» представлена одна из основных психоаналитических идей. Именно его рассуждения о том, что «игра в большей степени устраняет из обихода ребенка категорию необходимости», что игра ребенка находится «по ту сторону категории необходимости» и т. п. [11; 119], являются наглядным примером того, как А. Р. Лурия пытается найти «общий язык» у используемых им концепций: очевидно, то, что в психоанализе называется «принципом реальности», у А. Р. Лурия как психолога-марксиста обозначается более подходящим выражением — «категория

09.10.2012


84

Необходимости».

В статье, где ставятся вопросы об экспериментальном исследовании условий возникновения и механизмов дезорганизации поведения человека, обращает на себя внимание уже знакомый нам тезис о том, что «все (! — С. Б.) излагаемые опыты находят свою мощную поддержку в физиологических исследованиях академика И. П. Павлова, посвященных «сшибкам», столкновениям рефлексов и наблюдению тех специфических нарушенных состояний нервной системы, которые из этого возникают» [12; 100]. Все это вроде бы достаточно далеко не только от марксизма, но и от психоанализа. Однако далее А. Р. Лурия пишет: «При разыгрывающемся конфликте установок мы можем наблюдать появление в той или иной степени тех признаков нарушения правильного течения ассоциативных процессов, которые в классических работах принято считать симптомами

90

“комплексов”» [12; 122]. Какие же «классические работы» здесь имеются в виду и о каких комплексах идет речь? Кажется, и здесь А. Р. Лурия не удается скрыть изначально психоаналитическую проблематику рассматриваемых проблем.

Стоит ли удивляться, что и в статье «Влечение» [13] основное внимание уделено трактовке влечения в психоанализе. Это видно и по содержанию статьи, и по приводимой в ней литературе. При изложении и оценке психоаналитических идей А. Р. Лурия формулирует общие тезисы, нам уже известные из рассмотренных выше работ. В частности, если в субъективной психологии изучение влечения носило метафизический характер, так как не связывалось с лежащими в его основе «материальными физиологическими процессами», то совершенно по-иному дело обстоит в «новейших работах в области психологии», в «новой психологии» [13; 611]. Но фрейдистские классификации влечений А. Р. Лурия оценивает уже как «абстрактно-биологические» [13; 613]. Тем не менее, касаясь вопроса о динамике влечений, А. Р. Лурия пишет о том, что «лучше других изучена динамика примитивных влечений в психоанализе» [13; 614]. Таким образом, при всем своем критическом отношении к психоанализу А. Р. Лурия вынужден практически по всем аспектам вопроса о влечении (определение, виды, генезис, динамика) опираться на теорию З. Фрейда.

В большой статье с типичным для своего времени названием «Кризис буржуазной психологии» [14] А. Р. Лурия исходит из представления о двух психологиях — советской и буржуазной, принципиально противоположных друг другу. Однако, несмотря на критический запал, А. Р. Лурия далек от полного и однозначного отрицания «с порога» всей буржуазной психологии. Советскую психологию он упрекает не только «в некритическом усвоении ряда буржуазных психологических теорий» [14; 63], но и в том, что некритическое отношение к ним «препятствовало тому, чтобы, преодолевая их, брать из них то истинное, проходить мимо чего было бы непростительным легкомыслием» [14; 64].

Построения, содержащиеся в «метапсихологии» З. Фрейда, определяются А. Р. Лурия в целом как «антиисторические» [14; 71–72]. Таким образом, упрек в абстрактности, в неконкретном подходе к человеческой индивидуальности, ранее бросаемый в адрес традиционной психологии, он теперь относит и к психоанализу. Вместе с тем А. Р. Лурия, как и ранее, считает, что «физиологический фундамент фрейдовской системы» построен на таких понятиях, как «возбуждение и его распространение, напряжение и его отток» [14; 72].

Подвергая свои прежние взгляды на психоанализ резкой критике и переоценке, А. Р.

09.10.2012


84

8


Лурия пишет: «В частности, и автор этих строк в своих ранних работах разделял ту мысль, что психоанализ является монистической системой, позволяющей проследить в элементарных влечениях реальные истоки и закономерности психики. Эта мысль, по существу несовместимая с построением марксистской психологии, руководила целым рядом работ автора, и нужен был ряд лет, чтобы враждебная марксизму сущность этих биологизаторских тенденций психоанализа была им полностью осознана» [14; 72].

Знаменательно, однако, здесь следующее обстоятельство: утверждая, что труды ведущих буржуазных психологов, разделяющих идею З. Фрейда о «чисто биологическом анализе личности» [14; 73], сомкнулись с теорией З. Фрейда «методологически», А. Р. Лурия тем самым фактически делает теорию З. Фрейда ключевой, используя ее как своеобразную меру (раньше — позитивную, теперь — негативную) для оценочной характеристики всей буржуазной психологии. В этом смысле А. Р. Лурия, несмотря ни на какие саморазоблачения, можно по-прежнему считать приверженцем психоанализа — если не буквы, то, по крайней мере, духа его.

Статью «Психоанализ» [15] можно считать в некотором роде подводящей итог двадцатилетнего «романа» А. Р. Лурия с психоанализом. В ней, как и в своих самых первых статьях, А. Р. Лурия исходит из того, что «в противоположность современной

91

Ему психологии, формально изучавшей отдельные “психические функции”, психоанализ всегда пытается исследовать конкретную личность, изучив ее движущие мотивы и конкретное содержание ее психической жизни» [15; 508]. Изложив основные положения психоаналитической теории З. Фрейда (о происхождении неврозов, влечениях, аффективных комплексах, эдиповом комплексе и т. п.), А. Р. Лурия в последних абзацах статьи переходит к критике психоанализа. Научное значение психоанализа «сводится к введению метода исследования бессознательных, вытесненных влечений человека и их роли в построении психической жизни» [15; 510]. Теория, построенная на данных, которые получены с помощью этого метода, является «ложной» и «биологизирующей» сознание человека, так как в психоанализе психика человека и его потребности не являются «продуктом общественно-исторического развития»; к тому же отношение к действительности рассматривается в психоанализе не как «отражение реальности», а как «изживание влечений, независимых от общественных факторов» [15; 509]; общество трактуется в психоанализе «не как созидающее новые формы психической жизни, а как отрицательная сила, подавляющая основные влечения человека» [15; 509]. Вследствие этого система психоанализа, «несмотря на внесенный ею в психологию и психопатологию фактический материал, по существу смыкается с наиболее враждебными марксизму мистическими течениями, уходящими от научного анализа объективной действительности» [15; 509].

А. Р. Лурия также высказывает критические замечания в адрес метода психоанализа: «Как лечебный метод, помогающий человеку осознать и “отреагировать” вытесненные аффективные комплексы, психоанализ, бесспорно, имеет серьезное значение в терапии психоневрозов; однако, будучи чрезвычайно длительным по времени и фиксируя внимание больного на интимных переживаниях, он несет на себе все отрицательные стороны всей теории Фрейда» [15; 509–510]. В целом же содержащаяся в статье критика, несмотря на грозный марксистский язык, носит не столько идеологический, сколько содержательный, научный характер.

09.10.2012


84

ВЫВОДЫ

1. В научной биографии А. Р. Лурия можно выделить три периода, во многом отражающие общие особенности истории отечественного психоанализа. В первый период (на протяжении первой половины 20-х гг. XX в.) А. Р. Лурия оценивает психоанализ как новое, современное направление, позволяющее преодолеть кризис в психологии. В его работах этого периода высокие оценки психоанализа сочетаются с принципиальной, но в целом компетентной и взвешенной критикой.

2. Второй период (вторая половина 20-х — 30-е гг.) характеризуется резкой критикой А. Р. Лурия психоанализа с общепсихологических и марксистских позиций. В этот период психоанализ в оценочном плане для А. Р. Лурия постепенно оказывается по ту сторону стены, разделяющей старую (идеалистическую, буржуазную) и новую (материалистическую, марксистскую, советскую) психологию. Но в содержательном плане ключевые психоаналитические принципы и проблемы (целостный подход, изучение эмоциональной и мотивационной сфер личности, поиск детерминант развития личности, соотношение внешнего и внутреннего, биологического и социального, сознательного и бессознательного в личности и т. д.) по-прежнему остаются для А. Р. Лурия в числе приоритетных, работающих и актуальных. Влияние марксизма прослеживается главным образом в выборе А. Р. Лурия формы изложения и используемого терминологическом аппарата, но не в принципиальных вопросах, касающихся научного обоснования и понимания сущности рассматриваемых проблем. По большому счету А. Р. Лурия остался верен своим выработанным еще в юные годы научным приоритетам и принципам. Уже тот факт, что в 1940 г. он стал (отважился стать) автором статьи «Психоанализ» в «Большой Советской Энциклопедии», говорит о многом.

92

3. В третий период (после 1940 г.) отмечается отсутствие работ А. Р. Лурия,
посвященных вопросам психоанализа (только в автобиографии, написанной уже на
склоне лет, А. Р. Лурия непосредственно вспоминает о своих психоаналитических
увлечениях 1920-х гг.). Но фактически те принципы, постулаты и проблемы, которые А. Р.
Лурия впервые сформулировал для себя или «отшлифовал» в ходе знакомства с
психоаналитическими идеями и которые касались общего понимания предмета, методов
и задач психологии, продолжали работать на всем протяжении его научного творчества.
Думается, что без влияния психоанализа все последующие общепсихологические и
нейропсихологические построения А. Р. Лурия не были бы столь тщательно
продуманными и убедительными — как для самого А. Р. Лурия, так и для всего научного
сообщества.

1. Выготский Л. С. Исторический смысл психологического кризиса: Методологическое исследование // Выготский Л. С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 1. М.: Педагогика, 1982. С. 291–436.

2. Выготский Л. С., Лурия А. Р. Предисловие к русскому переводу работы «По ту сторону принципа удовольствия» // Фрейд З. Психология бессознательного. М.: Просвещение, 1989. С. 29–36.

3. Ждан А. Н. История психологии: от античности к современности: Учебник. 2-е изд., перераб. М.: Роспедагентство, 1997.

4. Лурия А. Р. Психоанализ в свете основных тенденций современной психологии: Обзор. Казань: Б. и., 1923.

09.10.2012


84

10


5. Лурия А. Р. Психоанализ как система монистической психологии // Психология и марксизм / Под ред. К. Н. Корнилова. Л.: Б. и., 1925. С. 47–80.

6. Лурия А. Р. Предисловие // Фрейд З. По ту сторону принципа удовольствия. М.: Совр. проблемы, 1925. С. 3–16. (Совместно с Л. С. Выготским).

7. Лурия А. Р., Леонтьев А. Н. Исследование объективных симптомов аффективных реакций (Опыт реактологического исследования массового аффекта) // Проблемы современной психологии / Под ред. К. Н. Корнилова. Л.: Госиздат, 1926. С. 47–100.

8. Лурия А. Р. Принципиальные вопросы современной психологии // Под знаменем марксизма. 1926. № 4–5. С. 129–139.

9. Лурия А. Р. О системе психологии поведения (принципы ее построения) // Психология.
1928. Т. 1. Вып. 1. С. 53–65.

10. Лурия А. Р. Сопряженная моторная методика и ее применение в исследовании
аффективных реакций // Ученые записки. Т. III / Под ред. К. Н. Корнилова. М.: Крестьянская
газета, 1928. С. 45–99.

11. Лурия А. Р. Пути развития детского мышления // Естествознание и марксизм. 1929. № 2. С. 97–130.

12. Лурия А. Р. Экспериментальные конфликты у человека // Проблемы современной психологии. Т. VI / Под ред. К. Н. Корнилова. М.: Госиздат, 1930. С. 97–137.

13. Лурия А. Р., Сапир И. Д. Влечение // Большая Сов. Энциклопедия. Т. 11. М.: Сов. Энциклопедия, 1930. С. 610–615.

14. Лурия А. Р. Кризис буржуазной психологии // Психология. 1932. № 1–2. С. 63–88.

15. Лурия А. Р. Психоанализ // Большая Сов. Энциклопедия. М.: Сов. Энциклопедия, 1940. Т. 47. С. 507–510.

16. Лурия А. Р. Этапы пройденного пути: Научная автобиография / Под ред. Е. Д. Хомской. М.: Изд-во МГУ, 1982.

17. А. Р. Лурия и современная психология: Сб. статей памяти А. Р. Лурия / Под ред. Е. Д. Хомской, Л. С. Цветковой, Б. В. Зейгарник. М.: Изд-во МГУ, 1982.

18. Овчаренко В. И. Психоаналитический глоссарий. Минск: Вышэйшая школа, 1994.

19. I Международная конференция памяти А. Р. Лурия: Тезисы докладов. М.: Изд-во РПО, 1997.

20. I Международная конференция памяти А. Р. Лурия: Сб. докладов. М.: Изд-во РПО, 1998.

21. Петровский А. В. Вопросы истории и теории психологии: Избр. тр. М.: Педагогика, 1984.

22. Петровский А. В., Ярошевский М. Г. История и теория психологии: В 2 т. Ростов-н/Д.: Феникс, 1996.

23. Пружинина А. А., Пружинин Б. И. Из истории отечественного психоанализа
(Историко-методологический очерк) // Вопр. философ. 1991. № 7. С. 87–108.

24. Психологическая наука в России XX столетия: проблемы теории и истории / Под ред. А. В. Брушлинского. М.: Изд-во «Ин-т психологии РАН», 1997.

25. Хомская Е. Д. Александр Романович Лурия. Научная биография. М.: Воениздат, 1992.

26. Эткинд А. М. Расцвет и крах педологического движения (от психоанализа к «новому массовому человеку») // Философ. исслед. 1993. № 3. С. 224–251.

27. Эткинд А. М. Эрос невозможного. История психоанализа в России. СПб.: Медуза, 1993.

28. Luria A. R. Kasaner Psychoanalytische Vereinigung // Inter. Ztschr. Psychoanal. 1922. N 8. S. 523–525.

29. Luria A. R. Kasaner Psychoanalytische Vereinigung // Inter. Ztschr. Psychoanal. 1923. N 9. S. 114–117.

93

30. Luria A. R. Russische Psychoanalytische Vereinigung // Inter. Ztschr. Psychoanal. 1924. N 10.

09.10.2012


84

11


S. 113–115.

31. Luria A. R. Die Psychoanalyse in Russland // Inter. Ztschr. Psychoanal. 1925. N 11. S. 395–398.

32. Luria A. R. Russische Psychoanalytische Vereinigung // Inter. Ztschr. Psychoanal. 1925. N 11. S. 136–137.

33. Luria A. R. Die moderne russische Psychologie und die Psychoanalyse // Inter. Ztschr.
Psychoanal. 1926. N 12. S. 40–53.

34. Luria A. R. Russische Psychoanalytische Vereinigung // Inter. Ztschr. Psychoanal. 1926. N 12.
S. 125–126, 266–267.

Поступила в редакцию 27.XII 2000 г.

09.10.2012


89

1


89 ИСТОРИЯ ПСИХОЛОГИИ