РАЗВИТИЕ ИНТЕГРАЦИИ ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКИХ ТЕОРИЙ

М. Ю. КОЛПАКОВА

Приводится краткий обзор современного состояния интегративного движения в зарубежной психотерапии. Различия в метаоснованиях психотерапевтических подходов традиционно рассматриваются в качестве факторов, препятствующих интеграции; анализ этих различий позволяет выделить некоторое общее содержание в метаоснованиях, которое, однако, не способствует интеграции.

Ключевы е слова: Психотерапевтическая интеграция, эклектизм, теоретическая интеграция, общие факторы психотерапии, метаоснования психотерапии.

Тема интеграции психотерапии довольно актуальна в настоящее время, поскольку данная область разрастается с неимоверной быстротой, представляя собой конгломерат различных школ, направлений, подходов и методов. Ее общее состояние характеризуется разобщенностью и раздробленностью (в 1975 г. было зафиксировано 125 различных подходов, в 1980-е гг. — 200, а в 1986 г. уже более 400 [24]).

Первые работы, посвященные интеграции психотерапии, появились уже в 1930-е гг., однако в течение последующих 40 лет развитие психотерапии характеризовалось тенденцией к обособлению возникающих психотерапевтических школ. Отношение к интеграции было скорее негативным, поскольку каждое вновь появлявшееся направление отстаивало свою оригинальность. В 1970-е гг. наблюдалось возрастание интереса к интеграции; чрезвычайно быстро интегративное движение развивалось в 1980-е гг. В 1981 г. было основано общество психотерапевтической интеграции (Society for Exploration of Psychotherapy Integration — SEPI). В 1991 г. начал издаваться соответствующий журнал (Journal of Psychotherapy Integration). Существует Интернациональная академия эклектических психотерапевтов, издающая с 1992 г. свой журнал. В 1992 г. вышли два сборника по психотерапевтической интеграции ([41], [54]), а в юбилейный сборник по психотерапии, изданный в честь столетия Американской психологической ассоциации, вошла статья Х. Арковица по интеграции. В настоящее время по-прежнему наблюдается интерес к интегративному движению в психотерапии: в 2006 г. вышел новый справочник по психотерапевтической интеграции.

Х. Арковиц выделяет три направления интегративного движения: «теоретическая интеграция», «поиск общих психотерапевтических факторов» и «технический эклектизм» [3].

ТЕХНИЧЕСКИЙ ЭКЛЕКТИЗМ

Представители этого направления стремятся ответить на вопрос о наиболее эффективном лечении конкретного человека с конкретными проблемами и в конкретных обстоятельствах на основании эмпирических свидетельств эффективности техник в лечении похожих людей с похожими проблемами. До 1980-х гг. эклектизм был случайным набором техник,

147

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

2


Что привело к резкой оценке эклектизма как мешанине теорий, беспорядочных процедур и методов [14]. В 1980-е гг. появились работы, предлагающие некоторую систематическую базу эклектизма; две наиболее представительные из них — «Мультимодальная терапия» А. Лазаруса [33] и «Систематическая эклектическая психотерапия» Л. Бейтлера [8]. Концепцию технического эклектизма, в которой подчеркивалась необходимость вовлечения в терапию различных модальностей: поведения, аффекта, ощущения, образа, когнитивной сферы, межличностных отношений и биологии человека, А. Лазарус предложил в 1967 г. Он обосновывал возможность использования техник из различных терапевтических систем без принятия теоретической базы таких систем. Однако в более поздних работах А. Лазарус признал, что каждый практик использует в работе некоторую теорию, определяющую выбор тех или иных техник. Мультимодальная терапия, по словам А. Лазаруса, основана на социальной теории научения, теории систем и коммуникативной теории [34].

Подход, разрабатываемый Л. Бейтлером, направлен на согласование характеристик пациента, терапевта и их взаимодействия. Именно характеристики участников психотерапевтического процесса оказывают большое влияние на результат терапии, а не специфические техники. Л. Бейтлер обратил внимание на существование бесконечного числа возможных сочетаний различных характеристик, обусловливающих необходимость разработки функциональной теории, основанной на статистических эмпирических свидетельствах эффективности определенных сочетаний. Л. Бейтлер отметил, что его подход основан на социально-психологических теориях убеждения и влияния [9]. Поскольку и А. Лазарус, и Л. Бейтлер признали наличие теоретической основы в их системах, Дж. Стрикер предложил отнести эти подходы не к техническому эклектизму, а к ассимилятивной интeграции [53].

Действительный атеоретичный эклектизм, по словам Дж. Стрикера, является стихийным освоением набора техник, используемых почти случайным образом в зависимости от настроения терапевта. Критика эклектизма содержится и в работах Х. Арковица; он отмечает неоправданность статистического подхода, который является основанием современного эклектизма, предсказывающего эффективность техники в новых ситуациях на основании использования данных об эффективности применения этой техники в подобных ситуациях. Поиск статистических корреляций между переменными является, по его мнению, ахиллесовой пятой эклектизма, поскольку значительное число переменных может коррелировать с огромным числом результатов. Д. Орлински и К. Ховард рассмотрели около 1100 проведенных за 35 лет исследований, измеряющих связь между характеристиками терапии и ее результатом: было выделено очень большое число специфических переменных, но значимость множества корреляций разочаровывающе мала [43]. По мнению Х. Арковица, без теории, руководящей поиском переменных терапии, можно провести еще столько же корреляционных исследований с ничтожным результатом. Кроме того, при таком подходе не учитывается существование взаимосвязи между различными переменными терапии. С. Гарфилд и А. Бергин отмечают, что эклектизм оценивается многими авторами как направление скорее препятствующее, чем способствующее интеграции [23].

ТЕОРЕТИЧЕСКАЯ ИНТЕГРАЦИЯ

Теоретическая интеграция — другое направление интегративного движения, имеющее целью объединение компонентов различных подходов в единый подход. Теоретическая

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

3


Интеграция в основном представляет собой историю попыток соединения психоаналитического и бихевиористского подходов. В 1930—1940 гг. сторонники теоретической интеграции стремились

148

Показать, что концепты психоанализа могут быть переведены на язык теории научения [30], [50], [51]. Работа Дж. Долларда и Н. Миллера выделяется как одна из наиболее значительных [11]. Однако поскольку в то время еще не сложилась собственная практика бихевиористской терапии, авторы интегрировали теорию научения с психоаналитической теорией и практикой. Бихевиористская терапия в начале своего развития, подобно другим психотерапевтическим направлениям, стремилась подчеркнуть свое отличие и отмежеваться от других подходов, в том числе и от психоаналитической теории и практики. Отношение к интеграции среди бихевиористов было скорее негативным [3].

В 1970-е гг. интерес к интеграции вырос. Работа П. Вахтеля [56] признается одной их наиболее значительных в данной области. Автор отметил необходимость глубокого анализа различий между бихевиористским и психоаналитическим подходами для выявления возможных компонентов синтеза и указал, что одни течения в рамках обоих подходов более совместимы, чем другие. По мнению автора, классический психоанализ З. Фрейда и оперантная бихевиоральная терапия несовместимы, в то время как интеграция бихевиористской терапии, направленной на редукцию тревоги, и подходов Э. Эриксона, К. Хорни и Г. Салливана, подчеркивающих межличностный контекст терапии и предполагающих бoльшую активность клиента, возможна. П. Вахтель не стремился к созданию еще одного вида терапии или новой теории, но поставил задачу выявления основы, рамок для объединения элементов обоих подходов. М. Гилл также различал психодинамическую теорию и психоанализ и обосновывал возможность интеграции психодинамической и бихевиористской терапии, выражая сомнения в возможности интеграции психоанализа и бихевиористских подходов, поскольку техники и методы, необходимые для анализа возникающих в психотерапевтическом альянсе отношений переноса, противоположны активным техникам бихевиористской терапии [24].

Другие исследователи скорее негативно оценивали возможности интеграции двух подходов вследствие глубоких различий в метатеоретических основаниях. С. Фрэнкс полагал возможной интеграцию на клиническом уровне и невозможной — интеграцию на теоретическом уровне вследствие глубоких различий в видении психотерапевтического процесса, цели и оценки результатов [21]. Однако С. Мессер, М. Винокур [39] выявили, что различия в онтологических основаниях, во взглядах на природу человека в обоих подходах проявляются не только на теоретическом, но и на клиническом уровне, что делает интеграцию проблематичной. В. Овертон, Х. Горовиц обратили внимание на различные эпистемологические основания двух подходов, затрудняющие интеграцию [44].

В 1970-е гг. появились работы по теоретической интеграции гуманистического и бихевиористского подходов [55], а также системной семейной терапии с другими направлениями [15], [28].

Понятие теоретической интеграции, предложенное Х. Арковицем в 1992 г., предполагало объединение различных элементов, используемых разными школами, в котором ни один подход не доминировал бы. Однако такое равновесие наблюдается крайне редко, и Х. Арковиц отмечает, что даже вариант интегративной терапии П. Вахтеля [56], наиболее близкий к нему, все же базируется на интерперсональном межличностном

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

4


Подходе и ассимилирует идеи и стратегии других подходов (когнитивно-бихевиористского и системного). Учитывая реалии интегративного движения, С. Мессер ввел понятие Ассимилятивной интеграции, Характеризующейся приверженностью к какой-либо определенной системе терапии, взятой за основу, и стремлением включить в нее перспективные элементы теории или практики других школ [38]. Понятие ассимилятивной интеграции, по мнению Х. Арковица, действительно лучше отражает

149

Практику интеграции, чем предложенное им ранее понятие теоретической интеграции [4]. С. Мессер подчеркнул влияние базовой терапевтической системы на ассимилируемые элементы, обратив внимание на приобретение ими нового значения, зависящего от терапевтического подхода, от контекста, в котором они используются. Х. Арковиц отметил наличие и обратного влияния: терапевтический подход также меняется под влиянием привносимого из других подходов материала. Такое воздействие может быть минимальным — в случае ассимиляции изолированной техники, а может быть более глубоким, вплоть до изменения новыми элементами смысла базового подхода [4].

Таким образом, развитие направления теоретической интеграции выявило значение глубинных оснований подходов. Метатеоретические различия в подходах — эпистемологические основания и представления о природе человека, обусловливающие цель, методы и оценку результатов терапии, — затрудняют интеграцию. Отмечая несовместимость теоретических оснований различных подходов, одни исследователи отдают предпочтение интеграции на уровне клинических стратегий [21], другие ([38], [39]) делают выводы о невозможности интеграции не только на теоретическом, но и на клиническом уровне вследствие различий в метатеоретических основаниях подходов и влиянии глубинных оснований подходов на клинический уровень стратегий и техник.

В 1990 г., подводя итоги интегративного движения, Х. Арковиц писал о некоторой противоречивости теоретической интеграции. Теоретическая интеграция не столь интегративна, по его мнению, поскольку подход, определяемый как интегративный, нередко стремится оформиться в самостоятельную школу. По его мнению, интегративное движение не должно стремиться к созданию института интегративной терапии и сертификации интегративных терапевтов, поскольку это было бы шагом назад, к тому, от чего началось интегративное движение. Х. Арковиц поддержал идею П. Вахтеля о необходимости выявления некоего нового развивающегося общего основания для интеграции, включающего когнитивные, аффективные, бихевиоральные и межличностные аспекты человеческого существования [4].

ПОИСК ОБЩИХ ФАКТОРОВ

Следующее направление в области психотерапевтической интеграции — поиск общих факторов — идентифицирует базовые составляющие различных психотерапевтических направлений, продуцирующие психологические изменения. В рассмотренном выше направлении теоретической интеграции наличие общности среди различных подходов также признается (без общего основания, по замечанию Х. Арковица, теоретическая интеграция была бы невозможна), но акцентируется объединение компонентов из различных подходов в единые концептуальные рамки. Другими словами, в «теоретической интеграции» подчеркивается необходимость теоретического синтеза различий, а подход «общие факторы» стремится выявить общее сквозь различия

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

5


Психотерапевтических подходов. Предполагаемый результат — не унифицированная теория, но выявление различных элементов практики, влияющих на фундаментальные базовые процессы. Первые работы в этом направлении появились также в 1930-е гг. С 1970-х гг. и по настоящее время наблюдается значительный рост числа публикаций, посвященных этой проблеме.

С. Розенцвейг выделил в качестве общих следующие факторы: способность терапевта инициировать надежду и обеспечивать альтернативное и более правдоподобное видение себя и мира [49]. В 1940-е гг. Ф. Александер и Т. Френч предложили рассматривать коррекцию эмоциональных переживаний как процесс, общий для всех видов терапии [2]. В 1950 г. Ф. Фидлером были проведены два исследования, которые внесли значительный вклад в развитие интегративного

150

Движения в русле идеи общих факторов [16], [17]. В ходе исследования терапевты различных ориентаций описали характеристики отношений в успешной терапии. Результаты показали, что между опытными терапевтами различных ориентаций наблюдалось больше согласия, чем между опытными терапевтами и новичками из одной школы. В другом исследовании было выявлено, что терапевтические отношения, устанавливаемые опытными терапевтами одной ориентации, ближе к отношениям, устанавливаемым опытными терапевтами другой ориентации, чем к отношениям, характерным для новичков из их собственной терапевтической школы.

В 1960-е гг. в работе Дж. Фрэнка были выделены следующие общие составляющие различных подходов: пробуждение надежды; поддержка активности пациента, изменяющей его психологию, поддержка нового способа действий между сессиями; обеспечение и поддержание новых способов понимания себя и своих проблем посредством интерпретации и коррекции эмоциональных переживаний [18]. Развивая свою модель интеграции, Дж. Фрэнк выделил укрепление моральных оснований личности в качестве общего фактора терапии. Он предположил, что все виды терапии адресуются к общей проблеме — деморализации, связанной с потерей самопринятия, субъективным чувством некомпетентности, отвержения, безнадежности и беспомощности [18]. Продолжая свои ранние разработки в этой области, он описал следующие общие для всех видов терапии факторы: эмоциональные конфиденциальные отношения с помогающим человеком, целительное окружение, рациональная концептуальная схема или миф, объясняющий симптомы, и, наконец, ритуал, помогающий исчезновению симптомов [20].

Подход «общие факторы» косвенным образом был поддержан К. Роджерсом, утверждавшим, что эффективность терапии связана не с техниками и их специфичностью, но с установлением человеческих отношений особого типа, в которых изменения, являющиеся целью терапии, могут произойти [48]. В. Рейми доказывал, что любые формы терапии направлены на изменение ошибочных представлений о себе, и целью терапии является предоставление человеку свидетельств, изменяющих неверное самовосприятие. Виды терапии различны преимущественно в методах предоставления таких свидетельств [46].

В 1980-е гг. появилось множество исследований эффективности терапии. Поскольку значительных различий в эффективности психотерапевтических направлений не было выявлено, усилился интерес к исследованию общих факторов терапии. Действительно, наличие огромного числа специфических составляющих психотерапевтических подходов, не приводящих к различиям в результатах, наводит на мысль о существовании общих

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

6


Эффективных элементов терапий, часто непризнанных, а также некоторых внутренних ресурсов клиента, мобилизующихся в терапии независимо от специфики той или иной школы. Возможно, что все виды терапии достигают примерно равного результата, поскольку существует некоторая общая сердцевина психотерапевтического процесса. Наличие общих факторов в различных терапевтических направлениях, по замечанию М. Ламберт, не отрицает роли уникальных переменных в той или иной форме терапии, однако эффект таких уникальных переменных не настолько значителен, как полагают ортодоксальные сторонники того или иного подхода [31].

В 1980-е гг. исследования общих факторов терапии Дж. Брейди с соавт. [10] и М. Голдфрида [25] подтвердили значимость общих факторов терапии. В исследовании Дж. Брейди ведущим терапевтам разных ориентаций было предложено ответить на серию вопросов об эффективных составляющих терапии. В качестве центрального в различных видах терапии был выявлен такой фактор, как обеспечение клиента новыми переживаниями как во время, так и вне терапии. Между терапевтами разных ориентаций были выявлены

151

Различия в способах инициирования таких переживаний, а также в признаваемой ими степени значимости новых переживаний, но все терапевты, принимавшие участие в исследовании, согласились, что новые переживания клиента — центральный фактор терапии, поскольку именно они фасилитируют процесс изменения способов размышления о себе.

Вопрос о наиболее целесообразном уровне теоретической абстракции для выявления общих факторов поставлен М. Голдфридом [25]. С его точки зрения, наиболее целесообразен уровень клинических стратегий. Он выделил две стратегии, значимые для всех видов терапии, — вовлечение пациента в новые переживания и обеспечение обратной связи, которая помогает клиентам в процессе осознания своих мыслей, чувств и действий.

Л. Гренкаведж, Дж. Норкросс рассмотрели то, что объединяет общие факторы, предложенные различными терапевтами. Они сгруппировали общие факторы, выделенные специалистами, следующим образом: характеристики клиента, качества терапевта, процессы изменений, структура взаимодействия, отношения в процессе терапии, и описали общие факторы, наиболее часто встречающиеся в каждой из категорий. В категории «характеристика клиента» это позитивные ожидания, надежда, вера; в категории «качества терапевта» — культивирование надежды, позитивные ожидания, положительное принятие, теплота, эмпатическое понимание; в категории «процессы изменений» — катарсис, приобретение и поддержание нового образа действий, эмоциональное или межличностное научение, рациональные объяснения, побуждающие осознание. В категорию «структура взаимодействия» входят использование техник и ритуалов, акцент на эмоциональных составляющих терапии, связность теории, а в категорию «отношения» — развитие альянса. Авторы обратили внимание на взаимосвязь всех групп факторов [27].

Б. Уамполд предоставил научные свидетельства в пользу общих факторов терапии [59]. Он подверг критике медицинскую модель психотерапии, подчеркивающую специфичность лечения. Медицинская модель психотерапии, по мнению Б. Уамполда, включает в себя специфические теоретические объяснения нарушений; фокусирование терапевта на специфических составляющих лечения и приписывание результата психотерапии именно им. Медицинская модель психотерапии отлична от общей медицинской модели в том, что нарушения, проблемы, жалобы рассматриваются с

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

7


Психологической точки зрения, а не с физико-химической, и специфические составляющие лечения — психотерапевтические. Б. Уамполд отмечает, что традиционные психотерапевтические подходы осуществляют медицинскую модель терапии, поскольку предполагают специфическое воздействие на клиента после установления некоей специфической причины нарушения.

Наиболее распространенная в настоящее время медицинская модель психотерапии расширяет свое влияние. Большую популярность приобрели разрабатываемые в рамках этой модели руководства по психотерапевтическому лечению. Быстрое распространение таких руководств Л. Люборски и Р. Де Рубейс назвали маленькой революцией [36]. Типичными компонентами такого руководства является описание мишени — психологического нарушения, проблемы или жалоб; теоретическая база для объяснения генезиса нарушения, проблем или жалоб и механизма их устранения; спецификация терапевтических действий, согласующихся с теорией, и убеждение в том, что именно специфические воздействия ведут к эффективности. Очевидно, что такая система идентична медицинской модели. Медицинская модель, по замечанию Б. Уамполда, доминирует, и практики чувствуют огромное давление, поскольку предъявляемые им профессиональные требования формулируются в терминах медицинской модели. По мнению данного автора, гуманистический подход также во многом относится к медицинской модели.

152

Подводя итоги развитию интеграционного направления поиска общих факторов, Х. Арковиц отмечает, что в большей части работ не учитывается взаимосвязь между факторами и изменения общих факторов в процессе терапии. Традиционная модель поиска общих факторов предполагает выделение некоторого общего набора, в котором каждый фактор вносит свой относительно независимый вклад в результат терапии [3]. Одной из центральных тем в интегративном направлении «общие факторы» является тема отношения. Однако, по мнению Х. Арковица, недостаточно сказать о терапевтических отношениях как общем факторе; необходимо определить, какие специфические аспекты важны в создании терапевтических отношений. Поскольку мы до сих пор не способны уверенно идентифицировать реальные могущественные факторы, считает Х. Арковиц, общая сердцевина психотерапевтического процесса остается невыявленной [4].

ИТОГИ РАЗВИТИЯ ПСИХОТЕРАПЕВТИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ

Подводя итоги развития интеграции, исследователи отмечают, что интегративное движение способствовало преодолению обособления и размежевания психотерапевтических школ, но интеграции не произошло [3], [4], [23]. Интегративное движение является скорее катализатором поиска новых путей понимания терапии. Наблюдается рост числа различных моделей интеграции, и можно уже говорить об интеграции различных моделей и способов интеграции. Рост интегративных моделей различно оценивается специалистами — одними позитивно [4], другими — негативно [35]. Появляются новые предложения, новые модели интеграции [42], [45]. Идентификация психотерапевтом себя как интеграционного терапевта содержательно не означает ничего, различия между интеграционистами могут даже превосходить различия между наиболее жесткими адептами различных школ [35]. Х. Арковиц обращает внимание на то, что категории интегративного движения, выделенные им ранее, продолжают сохранять некую

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

8


Ценность, однако теоретическая интеграция видится уже не столь интегративной, общий фактор — не столь общим, а эклектизм — не столь эклектичным [4].

Возникает вопрос: почему не удалось достигнуть согласия, несмотря на достаточно большой интерес к интеграции психотерапии и немалые усилия? Были выделены следующие препятствия в процессе интеграции: различия в онтологических основаниях, эпистемологические различия, разные языки, социальные факторы [43].

Существующие социальные, языковые барьеры интеграции имеют глубокие корни в философских предпосылках каждого подхода. По замечанию С. Мессера, различные словари представляют собой различное видение реальности и диктуют определенные способы мышления [38], [39].

Направления психотерапии имеют различные эпистемологические основания. Психодинамические, бихевиористские и экзистенциально-гуманистические школы терапии различны в том, что они считают знанием: умозаключение, наблюдение или субъективное понимание. Они различны и в том, что они принимают как разумный способ приобретения такого знания: интерпретацию, феноменологическое объяснение или экспериментальный метод [26].

Как отмечает Дж. Келли, за различными подходами стоит различное видение и понимание реальности; терапевт принимает определенную перспективу реальности, которая со временем «застывает», «цементируется». Такое «отвердевание категорий», в рамках которых терапевт начинает воспринимать другого человека, не способствует интеграции [29].

Однако в традиционных подходах наблюдаются не только различия. Б. Уамполд рассматривает медицинскую модель

153

Терапии как общую базу традиционных терапевтических подходов. В традиционных терапевтических школах терапевты идентифицируют клиентов по диагностическим категориям, используют определенные интервенции в отношении той или иной категории клиентов. Предполагается, что научный диагноз, редуцирующий клиента к нескольким параграфам, обеспечивает достаточно информации для определения направления вмешательства [59].

Другой характерной особенностью традиционных видов терапии является подход к человеку как к существу, лишенному духовности. Игнорирование духовно-нравственных ценностей приводит к акценту на наличном Я [1] и на понимании интеграции, содействие которой в той или иной мере является задачей любой терапии, как объединения и принятия всего, что есть в человеке, — хорошего и плохого.

В результате развития психотерапевтической культуры в ХХ в. появился и был описан особый тип человека (П. Рифф, [47]) — человек «психологический» или «психотерапевтический», ослепленный блеском множества мнений, для которого не существует абсолютных моральных требований. Социальная критика психотерапии подчеркивает инструментальность и аморальность терапевтического взгляда [32], [47], [58]. А. Макинтайр [37] и Р. Белла [5] отмечают, что психотерапия — тип технической рациональности, фокусирующийся на приемах, способах и их эффективности. А. Макинтайр полагает, что образ терапевта-технолога производен от некоторого базового типичного характера современности — менеджера. Менеджер считает себя морально нейтральным, лишь обладающим навыками изобретения наиболее эффективных способов достижения предлагаемых целей. Терапевты, по мнению А. Макинтайра, переносят

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

9


Менеджерские установки в область частной жизни, где они применяются в отношении таких целей, как счастье или психологическое благополучие. Р. Белла связывает современную терапевтическую установку с развитием экстремального варианта этики американского индивидуализма. Р. Мэй, долгое время отстаивавший ценности гуманистической терапии, в 1992 г. в предисловии к сборнику, выпущенному в честь столетия Американской психологической ассоциации, писал: «Мы в Америке стали обществом, посвященным индивидуальному Я» [22; ХХV]. Он указывал на опасность того, что психотерапия стала Я-озабоченной, создавшей новый тип клиента — нарциссическую личность. Р. Мэй поддержал Р. Белла, признав, что терапия стала новым культом, методом, и терапевт нанимается (или кто-то нанимает его), чтобы вести к успеху и процветанию. Редко кто говорит об обязанностях, почти каждый вступает в терапию, чтобы достичь цели индивидуалистического процветания, и психотерапевт нанимается, чтобы ассистировать в этом предприятии.

Духовный аспект бытия человека игнорируется в традиционных подходах, личность сводится к «self» («наличному Я» [1]), и развитие личности, которому содействует терапевт, понимается как приспособление человека к миру, социальная адаптация. Понимание процесса развития как натуралистического, как процесса приспособления к миру характерно для фрейдизма, бихевиоризма, когнитивной терапии, и соответствующие психотерапевтические направления стремятся содействовать процессу адаптации. В стремлении быть ценностно нейтральными терапевтические подходы не принимают во внимание наличие духовно-нравственных ценностей, присущих человеку. У традиционных терапевтических подходов оказывается немало общего: медицинская модель терапии в рамках субьект-объектных отношений, понимание развития как адаптации и цели терапии как содействия адаптации, акцент на «наличном Я» и игнорирование духовности человека; однако эта общность, как показывает развитие интеграционного движения, не способствует интеграции.

154

1. Флоренская Т. А. Диалог в практической психологии. М.: ИПАНСССР, 1991.

2. Al exander F., French T. M. Psychoanalytic therapy: Principles and application. N. Y.: Ronald Press,

1946.

3. Arkowitz H. Integrative theories of therapy // Freedheim D. K. (ed.). History of psychotherapy — a

Century of change. Washington, DC: APA, 1992. P. 261—305.

4. Arkowitz H. Integrative theories of therapy // Wachtel P. L., Messer S. B. (eds). Theories of

Psychotherapy: Origins and evolution. Washington, DC : APA, 1997. P. 227—288.

5. Bellah R. N. Et al. Habits of the heart. Berkeley: University of California Press, 1985.

6. Ben N. A. Jr. Nothing’s uglier than sin // Ben N. A. (ed.). Counselling and psychotherapy: Classics on

Theories and issues. California, Inc. Palo Alto: Science and Behavior Books, 1975. P. 451—460.

7. Benner D. G. Toward a psychology of spiritually: Implications for personality and psychotherapy // J.

Psychol. and Christianity. 1989. V. 8 (1). P. 19—30.

8. Beutler L. E. Eclectic psychotherapy: A systematic approach. N. Y.: Pergamon Press, 1983.

9. Beutl er L. E., Clarkin J. Differential treatment selection: Toward targeted therapeutic interventions.

N. Y.: Bruner/Mazel, 1990.

10. Brady J. P. Et al. Some views on effective principles of psychotherapy // Cognit. Therapy and Res.

1980. V. 4. P. 269—306.

11. Dolard J., Miller N. E. Personality and psychotherapy: An analysis in terms of leaning, thinking and

Culture. N. Y.: McGraw-Hill, 1950.

12. Dryden W. Reflections on counselling. L.: Whurr Publishers, 1993.

13. Ellis A. Sin and psychotherapy // Ben N. A. (ed.). Counselling and psychotherapy: Classics on

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

10


Theories and issues. Palo Alto, CA: Science and Behavior Books, Inc., 1975. P. 395—408.

14. Eysenck H. J. A mish-mash of theories // Intern. J. Psychiatry. 1970. V. 9. P. 140—146.

15. Feldman L. B., Pinsof W. M. Problem maintenance in family systems: An integrative model // J.

Marriage and Family Therapy. 1982. V. 8. P. 259— 308.

16. Fiedler F. E. A comparison of therapeutic relationships in psychoanalytic, nondirective, and Adlerian

Therapy // J. Consulting Psychol. 1950. V. 14. P. 436—445.

17. Fiedler F. E. The concept of the ideal therapeutic relationship // J. Consulting Psychol. 1950. V. 14. P.

239—245.

18. Frank J. D. Persuasion and healing. Baltimore: Johns Hopkins Press, 1961.

19. Frank J. D. Psychotherapy: The restoration of morale // Am. J. Psychiatry. 1974. V. 131. P. 271—

274.

20. Frank J. D. Therapeutic components shared by all psychotherapies // Harvey J. H., Parks M. M. (eds).

The master lecture series. V. 1. Psychotherapy research and behavior change. Washington, D. C.: APA, 1982. P. 73—122.

21. Franks C. M. On conceptual and technical integrity in psychoanalysis and behavior therapy: Two

Fundamentally incompatible systems // Arkowitz H., Messer S. B. (eds). Psychoanalytic therapy and behavior therapy: Is integration possible? N. Y.: Plenum, 1984. P. 223—248.

22. Freedheim D. K. (ed.). History of psychotherapy — a century of change. Washington, DC: APA,

1992.

23. Garfiel d S. C., Bergin A. E. Introduction and historical overview // Bergin A. E., Garfield S. L. (eds).

Handbook of psychotherapy and behavioral change. N. Y.: John Wiley & Sons, 1994. P. 3—19.

24. Gill M. M. Psychoanalytic, psychodynamic, cognitive-behavior and behavior therapies compared //

Arkowitz H., Messer S. B. (eds). Psychoanalytic therapy and behavior therapy: Is integration possible? N. Y.: Plenum, 1984. P. 179—188.

25. Goldfried M. R. Toward the delineation of therapeutic change principles // Am. Psychologist. 1980.

V. 35. P. 991—999.

26. Goldfried M. R., Castonguay L. D., Safran J. D. Core issues and future directions in psychotherapy

Integration // Norcross J. C., Goldfried M. R. (eds). Handbook of psychotherapy integration. N. Y.: Basic Books, 1992. P. 593—616.

27. Grencavage L. M., Norcross J. C. Where are the commonalities among the therapeutic common factors? // Professional Psychol.: Research and Practice. 1990. V. 21. P. 372—378.

28. Gurman A. S. Integrative marital therapy: Toward the development of an integrative approach //

Budman S. (ed.). Forms of brief therapy. N. Y.: Guilford Press, 1981. P. 415—457.

29. Kelly G. A. The role of classification in personality theory // Katz M., Cole J. O., Barton W. E. (eds).

The role and methodology of classification in psychiatry and psychopathology. Chevy Chase, MD: The Guilford Press, 1965. P. 155—162.

30. Kubie L. S. Relation of the conditioned reflex to psychoanalytic technique // Archives of Neurology

And Psychiatry. 1934. V. 32. P. 1137— 1142.

155

31. L ambert M. J. Psychotherapy outcome research: Implications for integrative and eclectic therapists //

Norcross J. C., Goldfried M. R. (eds). Handbook of psychotherapy integration. N. Y.: Basic Books, 1992. P. 94—129.

32. Lasch C. The culture of narcissism. N. Y.: Warner Books, 1979.

33. Lazarus A. A. The practice of multimodal therapy. N. Y.: McGraw-Hill, 1981.

34. Lazarus A. A. Multimodal Therapy // Norcross J. C. (ed.). Handbook of eclectic psychotherapy. N. Y.:

Bruner/Mazel, 1986. P. 65—93.

35. Lazarus A. A., Messer S. B. Does chaos prevail? An exchange on technical eclecticism and assimilative

Integration // J. Psychotherapy Integration. 1991. V. 1. P. 143—158.

36. Luborsky L., DeRubeis R. J., The use of psychotherapy treatment manuals: A small revolution in

Psychotherapy research style // Clin. Psychol. Rev. 1984. V. 4. P. 5—14.

37. McIntyre A. After virtue. Notre Dame, IN: University of Notre Dame Press, 1981.

29.09.2012


ТЕОРЕТИЧЕСКИЕ ИССЛЕДОВАНИЯ

11


38. Messer S. B. A critical examination of belief structures in integrative and eclectic psychotherapy //

Norcross J. C., Goldfried M. R. (eds). Handbook of psychotherapy integration. N. Y.: Basic Books,

1992. P. 130—168. 39.Messer S. B.,Winokur M. Ways of knowing and visions of reality in psychoanalytic therapy and

Behavior therapy // Arkowitz H., Messer S. B. (eds). Psychoanalytic therapy and behavior therapy: Is

Integration possible? N. Y.: Plenum, 1984. P. 63—100.

40. Mowrer O. H. Some constructive features of the concept of sin // Ben N. A. (ed.). Counselling and

Psychotherapy: Classics on theories and issues. Palo Alto, CA: Science and Behavior Books, Inc., 1975. P. 387— 394.

41. Norcross J. C., Goldfried M. R. (eds). Handbook of psychotherapy integration. N. Y.: Basic Books,

1992.

42. Orlinsky D. E., Howard K. I. A generic model of psychotherapy // J. integration and Eclectic Psychotherapy. 1987. V. 6. P. 6—27.

43. Orlinsky D. E., Howard K. I. Process and outcome in psychotherapy // Garfield S. L., Bergin A. E.

(eds). Handbook of psychotherapy and behavior change. N. Y.: Wiley, 1986. P. 311—381.

44. Overton W. F., Horowitz H. A. Developmental psychopathology: Integrations and differentiations //

Rochester Symposium on Developmental Psychopathology. V. 3. Cicchetti D., Toth S. L. (eds). Models and integration. Rochester, N. Y.: University of Rochester Press, 1991. P. 1—42.

45. Prochaska J. O., DiClemente C. C. The transtheoretical approach // Norcross J. C., Goldfried M. R.

(eds). Handbook of psychotherapy integration. N. Y.: Basic Books, 1992. P. 300—333.

46. Raimy V. Misunderstandings of the self. San-Francisco: Jossey-Bass, 1975.

47. Rieff P. The triumph of the therapeutic. N. Y.: Harper & Row, 1966.

48. Rogers C. R. Some new challenges // Am. Psychologist. 1973. V. 28. P. 379—387.

49. Rosenzweig S. Some implicit common factors in diverse methods in psychotherapy // Am. J. Ortopsychiatry. 1936. V. 6. P. 412—415.

50. Sears R. R. Experimental analysis of psychoanalytic phenomena // Hunt J. McV. (ed.). Personality and

The behavior disorders. N. Y.: Ronald Press, 1944. P. 297—323.

51. Shoben E. J. Psychotherapy as a problem in leaning theory // Psychol. Bull. 1949. V. 46. P. 366—392.

52. Smith C. Introduction: Comparing traditional therapies with narrative approaches // Smith C.,
Nylund D. (eds). Narrative therapies with children and adolescents. N. Y.: The Guilford Press, 1997.

53. Stricker G. Reflections on psychotherapy integration // Clin. Psychol.: Research and Practice. 1994.

V. 1. P. 3—12.

54. Stricker G., Gold J. R. Comprehensive handbook of psychotherapy integration. N. Y.: Plenum, 1993.

55. Thoresen C. E. Behavioral humanism // Thoresen C. E. (ed.). Behavior modification in education.

Chicago: University of Chicago Press, 1973. P. 98—122.

56. Wachtel P. L. On theory, practice, and the nature of integration // Arkowitz H., Messer S. B. (eds).

Psychoanalytic therapy and behavioral therapy: Is integration possible? N. Y.: Plenum, 1984. P. 31—52.

57. Wachtel P. L. Psychoanalytic and behavior therapy: Toward an integration. N. Y.: Basic Books, 1977.

58. Wallach M. A., Wall ach L. Psychology’s sanction for selfishness: The error of egoism in theory and

Therapy. San Francisco: Freeman, 1983.

59. Wampold B. E. The great psychotherapy debate: Models, methods and findings. Mahwah: Lawrence

Erlbaum Assoc., Inc. Publishers, 2001.

Поступила В Редакцию 4.V 2007 Г.

29.09.2012


90

1


90