СТРОЕНИЕ ОБРАЗА МИРА ЧЕЛОВЕКА И СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «ЗНАК» — «СИМВОЛ» И «ЗНАЧЕНИЕ» — «СМЫСЛ»

А. В. НАРЫШКИН

Обосновывается деление образа мира (в трактовке А. Н. Леонтьева, С. Д. Смирнова) на семь блоков: пять модальных — зрительный, слуховой, обонятельный, вкусовой и осязательный блоки образа внешнего мира — и два амодальных — амодальный блок образа внешнего мира и амодальный блок образа Я. Причины и движущие силы этой дифференцировки заключаются в качественных различиях функционирования блоков. В каждом амодальном блоке образа мира выделяются две составляющие: область пространственных «ядерных» структур и область непространственных структур, называемых значениями. Символ трактуется как объект внешнего мира, которому при восприятии его человеком соответствует в амодальном блоке образа мира и пространственная структура и значение (при различных вариантах соотношения важности пространственной и непространственной составляющих). Знак — это символ, для которого важность пространственной составляющей снижена настолько, что становится пренебрежимо малой. Смыслы трактуются не как отдельные объекты каких-либо конкретных структур психики (каковы значения), а как связи между элементарными структурными единицами разных блоков образа мира, эмоциональной, мотивационной и прочих сфер.

Ключевы е слова: восприятие, образ, образ мира, знак, символ, значение, смысл, смысловая связь, развитие психики, сознание.

А. Н. Леонтьев рассматривал Образ Мира как «отражение мира в сознании человека, непосредственно включенное во взаимодействие человека и мира»; такое отражение амодально, и главными образующими его являются значения и личностные смыслы (понимаемые как «значения-для-меня»). «Основная мысль многочисленных публикаций на эту тему С. Д. Смирнова — это идея первичности образа мира по отношению к отдельным чувственным восприятиям» [14; 266]. «В восприятии целое предшествует своей части» [28; 23], и «Не мир образов, а образ мира Регулирует и направляет деятельность человека» [28; 17]. «Один образ (предмета, явления) сам по себе не может ориентировать ни одного движения или действия. Ориентирует не образ, а вклад этого образа в картину мира». «Отдельные толчки внешней реальности не формируют наше представление о мире, а лишь подтверждают, дополняют или исправляют его» [28; 25].

В развитие положений А. Н. Леонтьева [15] и С. Д. Смирнова [28] я рассматриваю образ мира не как идею, удобное понятие, категорию или конструкт, а как Реальную Сложноорганизованную Структуру, и попытаюсь обосновать, что эта фундаментальная структура психики, возникая в онтогенезе как единое целое, начинает в первые же месяцы постнатального развития разделяться на ряд блоков. Причины и движущие силы дифференцировки блоков заключаются в качественных различиях их функционирования. Однако формирующиеся блоки остаются тесно связанными между собой и работающими параллельно и синхронно. В результате помимо преимущественно описываемой С. Д. Смирновым амодальной структуры, управляющей процессом восприятия

89

И являющейся Центральным блоком образа мира, образ мира содержит еще ряд модальных блоков, как-то: Зрительный, слуховой, обонятельный, вкусовой и

05.10.2012


88 2

1 Осязательный . Кроме того, в тесной связи с перечисленными блоками находится еще

Один амодальный блок, который естественнее всего назвать Амодальным блоком образа

Я. Он тесно связан с явлениями, отражаемыми в понятиях «Я-концепция», «схема тела»,

«внутренняя картина болезни». Наличие триады — системы модальных блоков и двух

Амодальных блоков (центрального и блока образа Я) С. Д. Смирнов [29] пытался выразить

Словами о трех уровнях функционирования образа мира: сенсорно-перцептивном,

Интеллектуальном и личностном.

СТРОЕНИЕ ОБРАЗА МИРА ЧЕЛОВЕКА И СООТНОШЕНИЕ ПОНЯТИЙ «ЗНАК» — «СИМВОЛ» И «ЗНАЧЕНИЕ» — «СМЫСЛ»

Образ мира (т. е. многоблоковая система Образ внешнего мираОбраз Я) (рис.) — это ни в коем случае не статическое образование, а многоуровневая, иерархическая, чрезвычайно динамичная система, имеющая несколько типов динамики, включая сложнейшие формы текущего функционирования. Причем важнейший и первичный вид ее динамики — это развитие системы образа мира в ходе онтогенеза: первоначально строясь в детском возрасте параллельно с формированием организма, эта система потом дорабатывается, достраивается и перестраивается на протяжении всей жизни. И только рассмотрение процесса развития может объяснить строение и функционирование системы образа мира у взрослого человека.

В раннем детстве наиболее важным в функционировании амодальных блоков образа мира является, конечно, обеспечение овладением пространственной кинематикой как собственного тела (для амодального блока образа Я), так и окружающего предметного мира (для амодального блока образа внешнего мира). Из модальных блоков, судя по всему, первым, еще в эмбриональном периоде, начинается выделение слухового блока образа внешнего мира, под влиянием постоянной звуковой афферентации (включая звуки сердцебиения и дыхания матери и ее речи), которую, параллельно

90

05.10.2012


88

3


С оценкой эмоционального состояния матери и ее движениями, плоду приходится анализировать.

Формирование упомянутых семи основных блоков образа мира, по-видимому, наследственно обусловлено и в полной мере начинается уже после рождения. К моменту рождения у ребенка достаточно высоко развиты кожная, вкусовая и обонятельная чувствительность. Позднее всего начинается выделение зрительного блока образа внешнего мира. Хотя уже в первые дни жизни ребенок начинает реагировать на свет двигательными реакциями, но движения глаз новорожденного не согласованы: один глаз может смотреть в одну сторону, другой в другую или вообще может быть закрытым. По мнению Б. М. Теплова, признаки предметного восприятия у ребенка проявляются лишь в возрасте 2–4 мес, когда начинают формироваться действия с предметами. Ребенок, перебирая в руках какой-то предмет, предпринимает попытки зафиксировать на нем свой взгляд. Это дает основание предполагать начало развития у него зрительного восприятия [24], т. е. выделение зрительного блока образа внешнего мира.

Выделение амодального блока образа Я начинается не ранее 3 мес: «До 3 месяцев младенец, по-видимому, не воспринимает себя как “субъекта”, который хочет и может исследовать окружающий его мир и оценивать его значимость для себя. В трехмесячном возрасте ребенок начинает проявлять значительный интерес к детальному исследованию пространства собственного “Я”. Наиболее выраженным и значимым проявлением этого является изучение и освоение ребенком своего физического тела. Младенец с большим интересом открывает для себя собственные руки и пальчики на них, исследует и познает их возможности, совершая различные движения, понятные только ему» [24; 85]. «Ребенок сначала познает себя как некоторый внешний предмет, а когда приходит к целостному представлению о себе, начинает, следуя за взрослыми, называть себя, как и другие предметы, своим именем. Лишь к концу 2-го года жизни он полностью заменяет собственное имя местоимением “я”» [5; 207]. Следовательно, в норме не позднее конца второго года жизни амодальный блок образа Я оказывается уже полностью выделенным из центрального блока.

Существование у человека описанной еще Аристотелем [2; кн. 3, гл. 1] системы пяти (и только пяти) органов чувств вызвано совсем не наличием пяти преобладающих модальностей получаемой информации, поскольку есть и другие богатейшие источники (внешние и внутренние) — вестибулярной, проприоцептивной, болевой, температурной, идущей от внутренних органов и пр. информации. Система пяти органов чувств отражает наличие у человека системы из пяти Формирующихся с рождения Основных модальных блоков образа внешнего мира (не ограниченных каждый единственным типом модальности), которые вместе с двумя амодальными блоками в значительной мере обусловливают формирование всей психики человека. Конечно, у взрослого человека в норме зрительный блок образа внешнего мира развит несравненно сильнее, к примеру, вкусового блока. Но это у взрослого, а у новорожденного развитие вкусового блока для формирования психики имеет не меньшее значение, чем зрительного; вспомним, что грудничку все необходимо попробовать на вкус.

Естественно, у разных людей степень развития отдельных блоков образа мира и отдельных типов связей между этими блоками может очень сильно отличаться, вплоть до значительной редукции некоторых из основных модальных блоков, например, у слепых или глухих с рождения. Полностью отсутствовать ни один из основных модальных блоков не может, поскольку развитие их всех наследственно обусловлено. При отсутствии

05.10.2012


88

4


91

Какого-нибудь рецептивного потока (врожденные слепота, глухота) развитие

Соответствующих блоков (конечно, в редуцированном виде) идет за счет иных,

2 Замещающих рецептивных потоков, и мы мало знаем о том, что в результате получается.

Но редукция любого из семи основных блоков образа мира — это уже фактически

Инвалидность.

В онтогенезе дополнительно к семи основным блокам образа мира могут строиться и

Факультативные блоки. Например, помимо амодального блока образа Я могут

Факультативно строиться и модальные блоки образа Я. В частности, у людей

Истероидного типа (как конституционального, так и приобретенного) развивается

Зрительный блок образа Я, связанный с постоянным отслеживанием того, «как я

3 Выгляжу» . Но отметим, что в онтогенезе формирование дополнительных блоков

Начинается позже, чем формирование основных блоков, и они оказываются развиты, а

Главное, включены в систему образа мира значительно слабее, чем основные блоки.

ЗНАЧЕНИЯ, ЗНАКИ, СИМВОЛЫ

Человек во внешнем мире сталкивается не только с пространственными объектами, но и с объектами, которые не меняются или мало меняются в зависимости от своего пространственного положения. Эти объекты называются знаками. Ребенок должен обучаться не только управлению собственным телом и окружающими предметами, но и ориентации в мире знаков. В совершенстве такой ориентации и состоит то, что обычно именуется собственно умственной деятельностью. Для современного человека мир знаков обычно является много более сложным, чем мир пространственных явлений.

Нас будут интересовать не знаки сами по себе как объекты и явления окружающего мира, а их восприятие человеком. Как же преломляются знаки в рассматриваемой нами системе образа мира, и, главное, как, в какой форме входят знаки во внутренний мир младенца, у которого уже началось формирование многоблоковой системы образа мира, нацеленной на отслеживание пространственной кинематики?

По-видимому, первоначально знаки воспринимаются ребенком как пространственные объекты, которые, помимо их пространственной кинематики, несут что-то, не зависящее от пространственного положения. Подобные пространственные объекты называются символами. Лишь постепенно они переходят в новое полностью непространственное качество, превращаясь в знаки, причем в детстве у многих с большим трудом. Но при всех этих процессах продукты восприятия не меняют свою локализацию в определенных блоках образа мира и соответствующие качественные особенности.

Конечно, разделение объектов внешнего мира на пространственные предметы, символы и знаки в значительной мере условно, поскольку наблюдается непрерывный переход от предметов, воспринимаемых как чисто пространственные, в сторону символов — с увеличением важности знаковой и с уменьшением важности пространственной составляющих — и далее к знакам, для которых важность пространственной составляющей

92

4 Становится близкой к нулю. При достаточном развитии психики человека очень многие

05.10.2012


88

Предметы внешнего мира выступают для него одновременно в качестве и пространственных объектов и знаков, т. е. являются символами (при весьма различных и ситуационно меняющихся вариантах соотношений важности пространственной и знаковой составляющих).

Визуальное восприятие символа порождает в зрительном модальном блоке одновременно и образ символа как пространственного предмета (т. е. собственно образ), и образ символа как знака (т. е. образ знака). В амодальном центральном блоке собственно образу соответствует «амодальная пространственная ядерная структура». Образу знака в этом блоке также соответствует нечто — нечто такое, без чего знак теряет смысл, то, что называется значением. По этому поводу А. Н. Леонтьев выразился так: при переходе от сенсорной модальности к амодальному миру «Предметный мир выступит в значении = Картина мира наполняется значениями» [15; 12]. Нас будут интересовать значения только как объекты в сознании конкретного человека, т. е. во внутренней, психологической их форме, а не во внешней, социализованной форме, связанной с функционированием общества.

Триада «знак — образ знака — значение» в разных ситуациях и областях знания

Может выступать и именоваться по-разному, например, как триада «знак — имя (или

5 Слово) — значение» или как «объект (явление) — термин — понятие ». В семантике эта

Триада именуется «семантическим треугольником»: внешний элемент (соответствующий

В нашей триаде «образу знака») — последовательность звуков или графических знаков

(означающее) — связан в сознании и в системе языка, с одной стороны с предметом

Действительности (вещью, явлением, процессом, признаком), называемым в семантике

Денотатом, референтом, с другой стороны — с понятием или представлением об этом

Элементе, называемым смыслом, сигнификатом, интенсионалом, означаемым [18].

Кстати, амодальная пространственная ядерная структура, соответствующая в амодальном центральном блоке собственно образу, также иногда именуется значением — предметным значением [12], [14]. Но обычно о значении пространственного объекта говорят тогда, когда этот объект является символом; и значением символа называют то нечто, что соответствует объекту в амодальном центральном блоке, помимо его пространственной кинематики. Иногда это называют невербальным значением (W. Penfield, 1975; цит. по [28]).

Отметим, что обычной является ситуация многозначности, когда символ, либо знак (особенно слово) имеет не одно значение, а несколько или много значений. Как правило, происходит конкретизация значения на основе контекста восприятия. Явление текущей конкретизации значений (то, что в норме многозначность не становится для человека проблемой) само по себе говорит о существовании весьма сложных и своеобразных взаимодействий и динамики среди значений. Поскольку знак не имеет

93

Внутрипсихической опоры в своей пространственной структуре, то текущая конкретизация значения знака производится несравненно жестче, чем для символа, и в ситуации текущего восприятия символ оказывается существенно многозначнее знака. В искусстве парой понятий, аналогичной рассмотренной паре «знак — символ», выступает «аллегория — символ»; аллегория — «изображение отвлеченной идеи (понятия) посредством образа. Смысл аллегории... однозначен и отделен от образа»; «В отличие от аллегории смысл символа неотделим от его образной структуры и отличается неисчерпаемой многозначностью своего содержания» [6; 36, 1095].

05.10.2012


88

Таким образом, начиная с какого-то этапа индивидуального развития человека, амодальный центральный блок образа мира состоит из (как минимум) двух функционально разных областей: области пространственных структур и области значений. О значительном разделении этих областей можно говорить уже в конце первого года жизни ребенка, когда, во-первых, возникает различение звуков человеческой речи и, во-вторых, в практической деятельности ребенка появляются первые обобщения: «Мы видим, как ребенок совершает одни и те же действия со сходными между собой предметами» [24; 63, 69] (а в большинстве существующих в настоящее время подходов к периодизации этапов развития мышления принято считать, что начальный этап развития мышления человека связан с обобщениями).

Аналогично этому и основные модальные блоки, по крайней мере у большинства людей, делятся на области собственно образов и образов знаков: для зрительного блока это очевидно, но имеет место и для блоков слухового (понятия звукового сигнала и музыкального образа), осязательного (именно для развития системы тактильных образов так важны материнские ласки), вкусового (есть вкус — кислый, сладкий и пр., а есть вкусовой «букет») и обонятельного (воздействие аромата духов никак не укладывается в понятие обонятельного сигнала).

Сравнивая по важности эти два рода областей в блоках образа мира, можно сказать так: «Имеется особый тип сущностей, открываемых человеку в его перцептивной деятельности, и трудно утверждать, что эти сущности более низкого порядка, чем открываемые нам в мышлении. Они не совпадают друг с другом, а скорее дополняют друг друга в реальной познавательной деятельности, поочередно выступая на первый план и конституируя тем самым классы перцептивных или интеллектуальных процессов» [28; 20]. «Знания, мышление не отделены от процесса формирования чувственного образа мира, а входят в него, прибавляясь к чувствительности» [15; 12]. Однако по сравнению с символом «знак ставит сознание в иное отношение к реальности. Он замещает ее, фиксирует..., делая возможной обособленную, отчужденную от реальности теоретическую деятельность» [13; 35].

Отметим, что и в математике — самой абстрактно-интеллектуальной из наук, — в которой знаки играют исключительную, доминирующую роль, бóльшую часть разделов нельзя даже представить без схем, чертежей и (или) рисунков, т. е. без собственно образов, хотя и не объемных, а плоских. По-видимому, плоские изображения являются для воспринимающего субъекта промежуточной ступенью между пространственными объектами и знаками, поскольку они, воспринимаясь как собственно образы, имеют качественно вырожденную пространственную составляющую. И исторически, и онтогенетически плоские изображения являются первой ступенью к знаку. По-видимому, именно изображения на непрозрачной плоскости (такой, не имеющей объема плоскостью, является и экран) становятся основой выделения из символов знаков, как особого

94

Класса явлений. В этом плане сведéние в гештальтпсихологии изучения восприятия к восприятию плоских изображений было методологически изначально весьма ущербно.

А. Н. Леонтьев настаивал: «Природа значения... — Во всей совокупности человеческой практики, которая в своих идеализированных формах входит в картину мира» [15; 12], т. е. он говорил только о значениях, имеющих общественно-историческую природу. Но ведь существуют и индивидуальные, личные, субъективные значения [11]. Приведем

05.10.2012


88

Яркие примеры из разных областей: для одних людей не является чем-то особенным вид переплетенных корней деревьев, напоминающих змей, или звук, когда “железом по стеклу”, или предательство, или унижение, а для кого-то это Непереносимо.

Кроме того, и индивидуальные, и надындивидуальные значения можно делить на значения, не касающиеся меня — значения-вне-меня, локализованные в амодальном блоке образа внешнего мира, и на значения, касающиеся меня — значения-для-меня, локализованные в амодальном блоке образа Я, который также делится на две области — пространственных структур и значений. (Когда человек говорит, что объект или явление имеет для него значение, то естественнее всего это понимать так, что этому объекту-явлению соответствует значение в его амодальном блоке образа Я.) Очевидно, что доля индивидуальных значений среди значений-для-меня много больше, чем среди значений-вне-меня. Таким образом, символы и знаки могут быть для человека как «внешними» (им соответствуют значения-вне-меня), так и «внутренними» (им соответствуют значения-для-меня). Хотя очень часто символы и знаки являются для человека одновременно и внешними, и внутренними, т. е. для них имеются значения в обоих амодальных блоках.

СМЫСЛЫ

Есть еще одно понятие, часто смешиваемое со значением, — «смысл». В русском и немецком языках в большинстве случаев эти слова рассматриваются как синонимы; а в английском и французском языках преимущественно используется только одно из слов (английское Meaning, а не sense и французское Sens, а не Signification) [17; 8]. В русскоязычной литературе путаница доходит до того, что некоторые авторы рассматривают смыслы как частный случай значений, в то время как другие — значения как частный случай смыслов [1], [26]. Исторически же «понятие смысла пришло в психологию из донаучных попыток объяснения человеческого поведения, основывавшихся на здравом смысле и представлениях обыденного сознания. Сущность такой формы объяснения, остававшейся единственной на протяжении многих веков, “...заключается в том, что действия и психические феномены наделяются смыслом благодаря установлению их связи с намерением. Выявить связь чего-либо с преследуемой субъектом целью, с содержанием мысли или с намерением — значит раскрыть его смысл, значит обеспечить определенное понимание... наиболее примитивное и наиболее фундаментальное” (J. Nuttin, 1961)» [17; 27]. Отметим, что К. Ясперс различал два подхода к рассмотрению психических связей: «Мы Понимаем Психические взаимосвязи изнутри как нечто значащее, как некоторый смысл; и мы Объясняем Их извне как регуляторные или существенно важные параллелизмы или последовательности» [35; 546]. Нас будет интересовать лишь подход к психическим процессам изнутри.

В соответствии с изложенной исторической традицией под смыслами (как явлениями психики) мы будем понимать не отдельные объекты образа мира (каковыми являются значения) и не отдельные объекты других структур психики.

95

67 В русле представлений Л. С. Выготского, смыслы, или, иначе, Смысловые связи ,

8 Следует понимать как динамические образования, реально связывающие между собой

Конкретные объекты психики (включая элементы психического опыта), такие как образы,

9 Значения, цели, навыки, установки, потребности, желания, чувства, эмоции и другие.

Иными словами, смыслы — это реально функционирующие, достаточно устойчивые

05.10.2012


88

Связи между элементарными структурными единицами, относящимися как к разным

Блокам образа мира, так и к другим блокам эмоциональной, мотивационной и прочих

10 Сфер. Многозначность понятия смысла обусловливается, в частности, наличием

Множества типов таких связей.

Например, к смысловым связям конкретного пространственного объекта внешнего мира относятся, даже если не выходить за рамки структуры образа мира (см. рис.): связи этого объекта с соответствующими ему образами разных модальностей (находящимися в модальных блоках), связи этих образов между собой (если такие связи есть), связи этих образов с соответствующей им пространственной ядерной структурой центрального блока, связи между этой структурой и тем, что ей соответствует в амодальном блоке образа Я; могут быть и прямые связи между образами и амодальным блоком образа Я. Если же рассматриваемый пространственный объект является символом, то тогда дополнительно возникают связи между ним и образами этого символа как знака (в модальных блоках), связи между собой его образов знака разных модальностей, связи этих образов знака с его значением-вне-меня (в центральном блоке образа мира) и с его значением-для-меня (в амодальном блоке образа Я), связь между значением-вне-меня и значением-для-меня, а также связи между образами знака и его значениями, с одной стороны, и собственно образами и пространственными ядерными структурами объекта, с другой стороны.

Приведем некоторые примеры смысловых связей в изложении разных авторов. По З. Фрейду, «смысл симптома кроется в его связи с переживаниями больного» [31; 60]. «В одной из ранних феноменологических работ, посвященных образности, Ж.-П. Сартр говорит об аффективном смысле как о чувстве, возникающем в процессе восприятия некоторого объекта и проецируемом на этот объект, приклеивающемся к нему» [17; 17]; т. е. речь идет о связях объектов образа мира с чувством. М. Мерло-Понти писал: «Говорят, что события обладают смыслом, когда они представляются нам

96

Как реализация или выражение какого-то единого замысла» [20; 288]; т. е. речь идет о связях с объектами системы планирования в психике. По Дж. Ричлаку (1984), смыслы — это не что иное, как отношения, указания на то, в связи с чем, в контексте чего данный поведенческий паттерн оказывается значим (цит. по [17; 26]). Е. В. Субботский смыслом (положительным, отрицательным или нейтральным) для ребенка его собственного или чужого действия называл «отношение, в котором это действие состоит к удовлетворению его базовых потребностей» [30; 48]. А отношение здесь, естественно, понимается как связь. Также в рамках смысловых связей говорят и о смыслообразующих мотивах и смысловых установках. В том же ключе писал и М. М. Бахтин: «Смыслами я называю ответы на вопросы. То, что ни на какой вопрос не отвечает, лишено для нас смысла» [3; 350].

Смысловая память — это память самих смысловых связей. Простейшим, но много изучавшимся примером смысловой памяти является установление связей между событиями, совпадающими или близкими по времени и воспринимаемыми одним или разными органами чувств (в школе И. П. Павлова связи этого типа именуются ассоциативными). Пример: запах, доминирующий во время сильно эмоционально окрашенного события, может в дальнейшем воскрешать в памяти визуальные картины этого события.

Следует различать смысловые связи как нечто, зафиксированное смысловой памятью

05.10.2012


88

Человека, от того, с чем собственно работает психика в данный момент. Э. Шпрангер приводил пример: «Когда я рассматриваю книгу... как предмет купли-продажи, я тем самым включаю ее в хозяйственную смысловую связь; рассматривая ее как продукт познания, я включаю ее в научную связь; если я обращаю внимание на оформление книги — в эстетическую связь» [34; 288]. Сложность динамики смысловых связей хорошо описывала Э. Пульчинелли Орланди: «Один смысл развертывается в другом, в других; или же он запутывается в самом себе и не может освободиться от себя. Он дрейфует. Он теряется в самом себе или умножается. Что касается времени, то здесь речь идет о мгновениях. Смысл нельзя приклеить. Он нестабилен, все время блуждает. Смысл не имеет длительности. Долго существует лишь его “каркас”, фиксируемый и увековечиваемый при своей институционализации. Сам же смысл блуждает по разным местам» [25; 215– 216].

Итак, можно обсуждать как всю систему смысловых связей, потенциально существующих у человека (запомненных им; «каркас» по Э. Пульчинелли Орланди), так и смысловые связи, активизированные (т. е. включенные в реальное функционирование) в

Данный момент. Причем активизация может иметь как минимум две степени: первая —

11 Активация — активизированные, но неосознаваемые, вторая — актуализация —

Активизированные до уровня осознания. Соответственно, среди «потенциальных»

Смысловых связей можно выделять: связи, свободно активируемые и актуализируемые

При необходимости; связи, для активации которых (тогда, когда этого требует динамика

Психических процессов) возникают препятствия; и связи, свободно активируемые как

Неосознаваемые, но для актуализации которых возникают препятствия (чему так много

Внимания уделяли З. Фрейд, К.-Г. Юнг, изучая «аффективные комплексы»).

Например, «переживания» обусловлены актуализацией смысловых связей, заходящих

В эмоциональную сферу. А «значащие переживания» Ф. В. Бассина — это переживания,

Сопровождающиеся

97

Также активизацией смысловых связей, заходящих в амодальный блок образа Я. Одно из отличий отношений В. Н. Мясищева от установок Д. Н. Узнадзе состоит в том, что отношения обусловлены актуализацией смысловых связей, а установки — лишь их активацией.

Смысловое поле объекта — это система объектов одного рода (например, значений), к которым можно прийти от исходного объекта по актуализированным при воздействии на этот объект смысловым связям (а при более широком подходе, и по активированным связям). Изменение смыслового поля объекта связано с изменением актуализируемых этим объектом смысловых связей (а при широком подходе, и активированных). О частном случае этого говорил А. Н. Леонтьев: «Процесс развития в том, что меняется Смысловое поле; это значит — в речи (слове) изменение значения слова» [16; 22]. В этом ключе он использовал понятия «смысловое поле» и «система значений» как синонимы [15]. По конспекту Л. С. Выготского читаем: «Раннее детство — слияние поля видимого и смыслового (серьезная игра)»; дошкольник (после трех лет) — «расхождение внешнего смыслового поля и видимого (игра). Школьник — возникновение внутреннего смыслового поля, независимого, но не накладываемого сверху, а координированного с внешним (спортивная игра)» [9; 291]. Это естественно понимать так, что после трех лет начинает формироваться система управления активацией смысловых связей, а у школьников уже возникает возможность длительного сознательного управления

05.10.2012


88

Активацией («настроиться» на игру) и актуализацией больших систем смысловых связей.

Смыслы (смысловые связи) могут принадлежать и группам людей (быть достаточно общими в этих группах). Такие смысловые связи можно называть групповыми, а можно, следуя Э. Шпрангеру [34; 288, 298–299], — надындивидуальным смыслом. Соответственно смыслы именно индивидуальной психики — не относящиеся к групповым — естественно называть индивидуальными смыслами (индивидуальными смысловыми связями). Если же вести рассмотрение не в плане сравнения смысловой сферы разных людей, а в плане анализа процессов активизации смысловых связей конкретного человека, то целесообразно противопоставлять друг другу не индивидуальные и надындивидуальные смыслы, а личностные смыслы, понимаемые как смысловые связи индивидуальной психики, не входящие в стандартный минимум при данном психическом процессе (например, восприятии), т. е. не обязательно активизирующиеся, противопоставлять тому, что можно назвать типовыми смыслами, включающими стандартные, обязательно активизирующиеся при данном психическом процессе, смысловые связи. Хотя реально проведение границы раздела может быть весьма сложным делом и отличаться и в разных ситуациях (смысловые связи могут быть личностными при одном психическом процессе и типовыми при другом), и у разных групп людей (например, групповые смысловые связи могут относиться в данной группе к типовым, а вне группы — к личностным).

Очевидно, что смыслы (смысловые связи) как явления психики существенно сложнее значений и являются значительно более индивидуально изменчивыми. Поэтому совсем не случайно (лишь абсолютизируя ситуацию) А. Н. Леонтьев о значениях говорил только как о явлении надындивидуальном, а о смыслах (личностных смыслах) — как о явлении сугубо индивидуальном [11].

«В концепции А. Н. Леонтьева личностный смысл определяется двояким образом: в структуре деятельности как отношение мотива к цели и в структуре сознания как “значение значения для

98

Субъекта”» [21; 106]. Оба случая — это частные виды личностной смысловой связи; во втором случае — это связь между значением-вне-меня и значением-для-меня. Ограничение Д. А. Леонтьевым [17; 168] понятия личностного смысла образом мира объясняется лишь существенно более широким, чем у нас, пониманием образа мира.

Потенциально существующие у человека смысловые связи часто симметрично связывают соединяемые ими психические объекты. Но активизированные в данный момент смысловые связи обычно ориентированы в одном направлении. Такие смысловые связи широко изучались под названиями «ассоциативные связи», «смысловые ассоциации»: «...Ассоциация — связь между психическими явлениями, при которой актуализация (восприятие, представление) одного из них влечет за собой появление другого» [23; 28].

С этим связан еще один тип значений понятия «смысл»: когда говорится о смысле некоего объекта (часто даже утверждается, что «смысл всегда есть смысл чего-то»); например, Г. Г. Шпет пишет: «Смысл явления... заключает в себе правило раскрытия вещи в ее действительном бытии» [33; 174]. Для человека смысл какого-либо психического объекта или объекта внешнего мира — это такой психический объект или объект внешнего мира, к которому можно прийти от исходного объекта по активизированным в данный момент смысловым связям (в соответствии с их ориентацией). Поэтому смыслов

05.10.2012


88

У объекта может быть много, и они могут быть как осознаваемыми, так и неосознаваемыми, и как непосредственными — одношаговыми (от исходного объекта), так и опосредствованными — многошаговыми. Также смыслом объекта можно называть и всю систему активированных им (либо актуализированных им) частных смыслов-объектов. При таком понимании смысл объекта будет непрерывно меняться в ходе деятельности или размышления.

В этом плане следует понимать и слова А. Н. Леонтьева [16; 22]: «Значение слова есть его смыслообразующая способность», и слова М. Хайдеггера: «Понять направление, в каком вещь уже движется сама по себе, — значит увидеть ее смысл. Во вникании в такой смысл — суть осмысления. Осмыслением подразумевается больше, чем просто осознание чего-либо. Мы еще далеки от осмысления, пока просто что-то осознаем. Осмысление требует большего. Оно — отданность достойному вопрошания» [32; 251].

Если процесс осознания может ограничиваться актуализацией типовых смысловых связей, то когда говорят об осмыслении, имеют в виду всегда задействование и личностных смысловых связей; т. е. осмысление — это процесс, включающий в себя актуализацию существующих или создание новых личностных смысловых связей. Осмысление некоего объекта (внешнего или психического) заключается в становлении связанной с ним системы актуализированных ориентированных смысловых связей, причем не только типовых. («Пути осмысления постоянно изменяются смотря по месту начала движения, смотря по отмеренной доле пути, смотря по далекости открывающихся в пути перспектив на достойное вопрошание» [32; 252].)

С этим связан третий тип значений понятия «смысл»: как системы осмысления, или

12 Иначе разум, рассудок, ум, или, в более современном словоупотреблении, понимание,

Способность и умение понять, разобраться [27; 1448]. «В бытийном понимании “смысл”

Неразрывно связан, прежде всего, со способностью человека воспринимать и понимать

Элементы реальности» [26; 7].

99

Итак, рассмотрение структуры и онтогенеза образа мира позволило нам отчасти прояснить соотношение понятий «знак» — «символ», «значение» — «смысл». При этом мы в данной статье не вдавались в рассмотрение сложнейшей текущей динамики образа мира.

1. Агафонов А. Ю. Человек как смысловая модель мира. Пролегомены к психологической

Теории смысла. Самара: Изд. Дом «БАХРАХ-М», 2000.

2. Аристотель. О душе. СПб.: Питер, 2002.

3. Бахтин М. М. Эстетика словесного творчества. М.: Искусство, 1979.

4. Блинникова И. В. Роль зрительного опыта в развитии психических функций. М.: Изд-во ИП

РАН, 2003.

5. Божович Л. И. Проблемы формирования личности. М.: Изд-во «Ин-т практ. психол.»;

Воронеж: НПО «МОДЭК», 1997.

6. Большой энциклопедический словарь. М.: Большая Рос. энциклопедия, 1997.

7. Вилюнас В. К. Психология эмоциональных явлений. М.: Изд-во МГУ, 1976.

8. Выготский Л. С. Мышление и речь. М.; Л.: Соцэкгиз, 1934.

9. Выготский Л. С. Из записок-конспекта... // Эльконин Д. Б. Психология игры. М.: Педагогика,

1978. С. 289–294.

10. Выготский Л. С. Собр. соч.: В 6 т. Т. 2. М.: Педагогика, 1982.

11. Гордеева О. В. Проблема определения понятий «значение» и «личностный смысл» в
концепции А. Н. Леонтьева // Теория деятельности: фундаментальная наука и социальная

05.10.2012


88

12


Практика (К 100-летию А. Н. Леонтьева) / Под общ. ред. А. А. Леонтьева. М.: Б. и., 2003. С. 49–51.

12. Зинченко В. П., Величковский Б. М., Вутетич Г. Г. Функциональная структура зрительной памяти. М.: Изд-во МГУ, 1980.

13. Кулагина Н. В. Символическое сознание и память // Мир психологии. 2001. № 1(25). С. 33–40.

14. Леонтьев А. А. Деятельный ум (Деятельность. Знак. Личность). М.: Смысл, 2001.

15. Леонтьев А. Н. Психология образа // Вестн. МГУ. Сер. 14. Психология. 1979. № 2. С. 3–13.

16. Леонтьев А. Н. Философия психологии. Из научного наследия. М.: Изд-во МГУ, 1994.

17. Леонтьев Д. А. Психология смысла: строение и динамика смысловой реальности. М.: Смысл, 2003.

18. Лингвистический энциклопедический словарь / Гл. ред. В. Н. Ярцева. М.: Большая Рос. энциклопедия, 2002.

19. Лучков Вяч. Избранное. М.: Б. и., 2003.

20. Мерло-Понти М. Временность // Историко-филос. ежегодник — 1990. М.: Наука, 1991. С. 271–293.

21. Насиновская Е. Е. Проблемы мотивации личности в деятельностном подходе // Теория деятельности: фундаментальная наука и социальная практика (К 100-летию А. Н. Леонтьева) / Под общ. ред. А. А. Леонтьева. М.: Б. и., 2003. С. 105–109.

22. Психологическая энциклопедия / Под ред. Р. Корсини, А. Ауэрбаха. СПб.: Питер, 2003.

23. Психология. Словарь / Под общ. ред. А. В. Петровского, М. Г. Ярошевского. 2-е изд. М.: Политиздат, 1990.

24. Психология человека от рождения до смерти. Полный курс психологии развития / Под ред. А. А. Реана. СПб.: Прайм-ЕВРОЗНАК, 2003.

25. Пульчинелли Орланди Э. К вопросу о методе и объекте анализа дискурса // Квадратура смысла / Под ред. П. Серио. М.: Прогресс, 1999. С. 197–224.

26. Серы й А. В. Психологические механизмы функционирования системы личностных смыслов. Кемерово: Кузбассвузиздат, 2002.

27. Словарь современного русского литературного языка: В 17 т. Т. 13. М.; Л.: Изд-во АН СССР, 1962.

28. Смирнов С. Д. Мир образов и образ мира // Вестн. МГУ. Сер. 14. Психология. 1981. № 2. С. 15–29.

29. Смирнов С. Д. Мир образов и образ мира как парадигмы психологического мышления // Мир психологии. 2003. № 4. С. 18–31.

30. Субботский Е. В. Формирование морального действия у ребенка // Вопр. психол. 1979. № 3. С. 47–55.

31. Фрейд З. Лекции по введению в психоанализ: В 2 т. Т. 2. М.; Пг.: ГИЗ, 1923.

32. Хайдеггер М. Время и бытие: статьи и выступления. М.: Республика, 1993.

33. Шпет Г. Явление и смысл: феноменология как основная наука и ее проблемы (1914). Томск: Водолей, 1996.

34. Шпрангер Э. Два вида психологии (1914) // Хрестоматия по истории психологии. Период открытого кризиса. М.: Изд-во МГУ, 1980. С. 286–300.

35. Ясперс К. Общая психопатология (1959). М.: Практика, 1997.

Поступила в редакцию 21.XI 2003 г.

05.10.2012


88 13

3 Любой психический блок, раз возникнув, уже начинает жить отчасти по своим

Собственным законам; у человека формируется потребность в осуществлении деятельности

Этого блока.

4

Отметим, что уровень обсуждения соотношения знака и символа по большей части

Характеризуется цитатой из американской «Психологической энциклопедии»: «Важное различие между знаком и символом ясно выразил Уолкер Перси. “Знак — это нечто, что направляет наше внимание к чему-либо другому. Символ не направляет наше внимание к чему-либо другому, как это делает знак. Он не направляет совсем. Он ‘подразумевает’ что-то

Другое”» [22; 221].

5 Понятие в узком смысле (или концепт) — это «явление того же порядка, что и значение

Слова, но рассматриваемое в несколько иной системе связей; значение — в системе языка,

Понятие — в системе логических отношений и форм, используемых как в языкознании, так и в

Логике» [18; 384].

6 Л. С. Выготский, следуя французскому психологу Ф. Полану, писал: «Смысл слова, как

Показал Полан, представляет собой совокупность всех психологических фактов, возникающих в

Нашем сознании благодаря слову... Значение есть только одна из зон того смысла, который

Приобретает слово в контексте какой-либо речи... Это значение является только камнем в

Здании смысла» [8; 305].

7

Понятие смысловой связи ввел ученик В. Дильтея Э. Шпрангер [34], включив в нее

Обязательно связь с ценностью, выступающей объяснительной инстанцией по отношению к

Смыслу. Интересна его фраза: «Лишь внутри структуры душевные элементы получают

Смысловую связь подобно тому, как в имманентных смысловых связях находятся части

Организма» [34; 299].

8

Л. С. Выготский пришел к выводу о том, что «существует динамическая смысловая

Система, представляющая собой единство аффективных и интеллектуальных процессов» [10;

22].

9 В. К. Вилюнас полагал, «что обе системы терминов — “эмоциональная” и “смысловая” —

Описывают в психологии одни и те же явления и поэтому в большой степени взаимозаменяемы»

[7; 99]. Позднее Д. А. Леонтьев [17; 161–164] достаточно обосновал неправильность этой точки

Зрения.

10

Попытка В. В. Лучкова [19; 300] приравнять образ мира ко всей психике, конечно,

Неправомерна: хотя и эмоции, и мотивы, и навыки человека отражаются в его образе мира, но

Это лишь отражение, а не сами эмоции, мотивы, навыки. То же можно сказать и о

Потребностях, и о совести, и о многом другом.

11

М. М. Бахтин писал: «Смысл потенциально бесконечен, но актуализоваться он может,

Лишь соприкоснувшись с другим (чужим) смыслом» [3; 350].

12

Как писал еще царь Соломон: «По какой бы дороге ни шел глупый, у него всегда

Недостает смысла, и всякому он выскажет, что он глуп» (Еккл. 10.3).

05.10.2012


84

1


84