Книги по психологии

Охота за «звездами»
Периодика - Национальный психологический журнал

А. Г. Асмолов


«Ведь если звезды зажигают,

Значит – это кому-нибудь нужно?

Значит – кто-то хочет, чтобы они были?»

Владимир Маяковский.

«… Не пропустить никого... Все что угодно, но только не невнимание.

От этого они захиреют...» Михаил Булгаков, «Мастер и Маргарита».


Охота за «звездами»

Асмолов Александр Григорьевич

Доктор психологических наук,

Член-корреспондент Российской

Академии образования,

Зав. кафедрой психологии личности

Факультета психологии

МГУ им. М. В. Ломоносова, директор

Федерального института развития

Образования Министерства

Образования и науки РФ.

В конце XX века среди различных появляющихся профессий в мире биз­неса зародился вид деятельности, эф­фектно именуемый «хедхантинг», что в переводе с английского означает «охота за головами». Различные аген­тства по подбору персонала самого высшего уровня, занимающиеся «охо­той за головами», или, как еще иногда говорят, «охотой за звездами», стано­вятся все более востребованы и в Рос­сии, и на Западе. Можно с увереннос­тью сказать, что появление хедхантин-га как особой технологии поиска кадров, сулящих принести успех той или иной компании, – это симптом нашего времени.

Правда, «охота за головами» в раз­ных формах и масштабах практикова­лась на протяжении всей человеческой истории. Более того, в разных странах порой соперничали две конкурирую­щие стратегии – «охота за вещами» и «охота за умами». В качестве иллюст­рации своеобразной конкуренции

Этих стратегий вспомним, что в пери­од завершения Второй мировой вой­ны в Россию из Германии фактически вывозились целые технологические линии производства, например, зна­менитой цейсовской оптики; в то же самое время миссия Даллеса охотилась на еще занятых нацистами территори­ях за интеллектуалами: инженерами, физиками, математиками, – в частно­сти, за такими учеными как изобрета­тель ракетной техники Вернер фон Браун. Так сталкивались стратегии вывоза «знаменитых вещей» и «знаме­нитых людей».

Соперничество между этими стра­тегиями продолжается по сей день. По тому, какая из этих стратегий одержи­вает верх, можно судить, ориентиру­ются страны, корпорации и компании на «сырьевую экономику» или на «эко­номику знаний». Хедхантинг – это лишь один из частных примеров того, что «охота за умами», доведенная до уровня технологии, претендует на роль


24


НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ №1(5) 2011

ПРОБЛЕМА




Первой скрипки в марафоне цивили­зации. Другим более внушительным примером преобладания стратегии «охоты за умами» является перечень понятий – имен, определяющих сис­тему координат нашей жизни.

Каждое время имеет свои понятия, которые отражают преобладающие установки сознания современников. В лексиконе определений переживае­мого нами периода наиболее часто фигурируют такие, как «постиндуст­риальное общество» и «информаци­онная эра». Совсем недавно появился термин «сетевое столетие». Что же ка­сается экономики наших дней, то ей присваивают звучные имена «эконо­мики знаний», «интеллектуальной экономики», «креативной экономи­ки», «инновационной экономики».

О сдвиге социальных и ценност­ных установок общества свидетель­ствует и увеличение числа наук, пред­метом междисциплинарных исследо­ваний которых становится «когито» – «знание», «мышление», «интеллект», «ментальность», «креативность». На­ряду с фундаментальными науками о природе, поведенческими, соци­альными и гуманитарными науками все большую роль начинают приобре­тать когнитивные науки, или нейро-когнитивные науки, а также робко появляющиеся на сцене современных исследований ментальные науки. На наших глазах зарождаются и профес­сии, которые называют креативными.

Еще одним свидетельством гло­бальной интеллектуализации общества могут служить красноречивые заголов­ки книг, повествующих об изменении поведения людей под влиянием интел­лектуальных технологий, социальных сетей, Интернета и «умных» мобиль­ных телефонов, соединяющих друг с другом миллионы людей: «Умная тол­па», «Креативный город», «Креатив­ный класс: люди, которые меняют бу­дущее». Сколь разительно заголовки этих бестселлеров последнего десяти­летия отличаются от таких близких моему сердцу классических произведе­ний о таланте, гениальности и уме, как «Наследственность таланта» Фрэнси­са Гальтона, «Гениальные люди» Эрн­ста Кречмера и «Ум полководца» Бо­риса Михайловича Теплова.

За всеми этими именами и знака­ми эпохи наглядно проступает пони­мание «когито» – «знания» – как дви­жущего фактора эволюции. Феномен

«когито» вышел за пределы поиска и описания индивидуальных способно­стей отдельных личностей и соци­альных групп. Он становится неотъем­лемым атрибутом нашей эпохи, ее ро­довым именем. Поэтому сегодня радикально изменяется система коор­динат, в которой происходит «охота за головами», конструирование про­грамм поддержки одаренных детей и талантливой молодежи, а также пони­мание социокультурных последствий этих программ. Ведь речь идет уже не только и не столько об исследованиях индивидуальных способностей чело­века и его индивидуальных отличий. Если прибегнуть к метафоре, речь уже идет не о евгенике человека, а о евге­нике человечества.

Нельзя исключить, что все опи­санные и многие еще не понимаемые нами изменения историко-эволюци-онного процесса в ходе информаци­онной социализации могут привести человечество к новому антропологи­ческому скачку. И вглядываясь в по­коление информационных акселера­тов, можно предположить, что встре­ча с иными формами разума ожидает нас не где-то во внеземном простран­стве на других планетах, а в нашем с вами собственном стремительно изме­няющемся мире.

В эпоху «инновационной эконо­мики» программы поиска и развития одаренных детей, поддержки талант­ливой молодежи должны разрабаты­ваться в принципиально иной систе­ме политических, интеллектуальных и экономических координат с ясным пониманием социальных последствий подобных программ. Именно в систе­ме координат экономики знаний с наибольшей полнотой раскрывается идеологический смысл инициативы президента РФ Д. А. Медведева, изло­женной в послании Федеральному Собранию 5 ноября 2008 года: «Какие бы идеальные законы и стратегии ни принимались на основе Конституции, реализация заложенного в ней смыс­ла зависит от конкретных людей. Их интеллектуальная энергия, творческая сила – это главное богатство нации и основной ресурс прогрессивного раз­вития. Нам нужно организовать мас­штабный и системный поиск талантов и в России, и за рубежом, ввести “охо­ту за головами”».

Президентом РФ подчеркнута спе­цифика исторического момента и, по

Сути, поставлена политическая задача «охоты за головами», проведения хед-хантинга в России и за рубежом. Для того чтобы эта инициатива воплоти­лась в жизнь, с самого начала необхо­димо осознать, что она повлечет за со­бой социальные изменения тогда, ког­да благодаря ей в обществе появятся социальные силы, жизненно заинте­ресованные в подобных новациях.

Ярким примером кристаллизации таких сил в обществе служит появле­ние в ряде стран средневековой Евро­пы, прежде всего во Флоренции, ин­теллигенции как особой социальной группы, объединившей представите­лей ранее не связанных между собой профессий (инженеров, скульпторов, педагогов, просвещенных политичес­ких лидеров) и сыгравшей конструк­тивную роль в появлении эпохи Воз­рождения.

Любые исторические аналогии до­вольно рискованны. Однако, несмот­ря на это, хочу отметить, что в век ста­новления инновационной экономики поставленная президентом РФ задача «охоты за головами» в качестве наци­онального приоритета представляет собой шаг развития страны по направ­лению к российскому интеллектуаль­ному ренессансу. В случае успеха этой инициативы ее социальной базой, со­циальной силой в России станет общ­ность интеллектуалов, ведущей моти­вацией которых будет стремление к инновациям. От инновационного по­ведения этих людей во многом будет зависеть качество их жизни и жизни всей страны.

При этом необходимо изначаль­но уйти от риска сведения инициа­тивы президента в общественном по­нимании к еще одной из многих об­разовательных программ в стиле программ «Творческая одаренность» или «Одаренные дети», которые ре-ализовывались в течение последних 20 лет. Важно при осуществлении этой инициативы не начать суету вокруг одаренности в стиле шоу «Алло, мы ищем таланты».

Уже сама постановка задачи «охо­ты за головами» в качестве националь­ного приоритета страны предъявляет особые требования и ко всей системе образования, и к экономике России. Для ее решения следует четко осо­знать, что по своему политическому и историко-эволюционному смыслу президентская инициатива относится


25



ПРОБЛЕМА

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ №1(5) 2011



Программа поиска и поддержки детей

И молодежи, мотивированных к познанию

И творчеству, – это программа надежды.

В каждом ребенке есть таланты. Эта программа

Должна основываться на диагностике развития

Детей, а не на диагностике отбора.


К классу тех задач, в результате реше­ния которых в обществе происходят, по выражению классика культурной антропологии Бронислава Малиновс­кого, социальные инновации, а не бо­лее узкие по радиусу воздействия ин­струментальные инновации, в том числе и образовательные. Реализация президентской инициативы затраги­вает всю цепочку жизненного иннова­ционного цикла общества. Подобная социальная инновация охватывает все институты социализации – и семью, и культуру, и школу, и вуз, и науку, и промышленность, и бизнес, и управ­ление. Но ключевым звеном, с кото­рого следует начать превращение жиз­ненного цикла развития общества в инновационный цикл его развития, является именно образование и, преж­де всего, школа – «Наша новая шко­ла». Поэтому политическая задача превращения России в инновацион­ную державу осуществляется через об­разовательную инновацию, то есть че­рез модернизацию образования как социального института развития об­щества.

Отношение школы к одаренным детям (как и к детям с трудностями развития) – это своего рода лакмусо­вая бумажка готовности любой наци­ональной системы образования к пе­ременам, к тем задачам, которые ста­вит перед системой образования общество. Особенно остро вопрос об отношении школы к одаренным де­тям стоит в условиях информацион­ной социализации подрастающих по­колений. Если образование идет по пути унификации учебных программ, учебников, образовательных учреж­дений, то на одаренных детей такая система образования реагирует в луч­шем случае как на исключение, от­клонение от нормы; в худшем случае одаренность воспринимается как угрожающая жизни школы психичес­кая или социальная патология. Если же ценностной установкой нацио­нальной системы образования явля­ется проектирование вариативности образования, то школа становится со­циальным институтом поддержки ин­теллектуального, культурного и лич­ностного разнообразия детей, то есть школой взращивания одаренных де­тей и талантливой молодежи.

Решение задач широкомасштабно­го поиска одаренных детей, подрост-

Ков и молодежи меняет многие тради­ционные проблемы, десятилетиями стоящие перед системой образования. Вместо привычного вопроса о готов­ности ребен÷ка к школе или детскому саду встает вопрос о готовности шко­лы к встрече с неординарными деть­ми, с поколениями интеллектуальных акселератов. Готовы ли детские сады к встрече с «умной толпой» дерзких дошкольников, способных гораздо лучше, чем многие взрослые, «жить» в Интернете и в мире «умных» мобиль­ных телефонов? Готовы ли вузы к пси­холого-педагогическому сопровожде­нию победителей интеллектуальных олимпиад, а не только к их отбору и зачислению по итогам одержанных школьниками побед? Готовы ли науч­но-исследовательские институты со­здать программу интеллектуального роста учителей «Научная школа – школе», осознав, что одаренный уче­ник начинается с одаренного учителя? Готовы ли промышленность и бизнес принять выпускников бизнес-инкуба­торов так, чтобы не погасить мотива­цию будущих жителей креативных го­родов к инновационному поведению?

Каждый ребенок неординарен. Поэтому для ответа на главный вопрос о готовности общества в целом к встрече с поколением интеллектуалов мы должны разработать своего рода социальную и педагогическую риско-логию, прогнозирующую риски обще­ства и образования, риски поколений информационной социализации.

В условиях информационной со­циализации будет нарастать вероят­ность появления целого поколения интеллектуальных акселератов. Зна­чит, подобно тому, как космонавтов готовят к поведению при перегрузках во время ускорения космического корабля, школа должна быть готова к встрече с дисгармонией личностно­го и интеллектуального роста детей

XXI века. И если школа вариативного образования посредством различных программ, учитывающих индивиду­альные темпы развития ребенка, хотя бы пытается увидеть проблемы неор­динарных детей, то в вузах ситуация общения с ними обстоит гораздо сложнее.

При поступлении в вузы одаренные дети нередко утрачивают тот интеллек­туальный потенциал, который они имели в школе. К ним применимы сло­ва, прозвучавшие в песне Владимира Высоцкого «Он на десять тысяч рва­нул, как на пятьсот, и спекся». Как это ни парадоксально, но нередко именно в вузах создаются описанные Михаи­лом Булгаковым условия угасания ода­ренности, о которых говорится выше в приведенном эпиграфе. От социаль­ного и педагогического невнимания, от равнодушия в школе, вузе и обще­стве гаснут будущие «мастера» в булга-ковском смысле слова.

Так, победители интеллектуальных соревнований, попав после школьной жизни под прожектора социального внимания, порой утрачивают свой дар к познанию и творчеству, придя в вузы.

В итоге с ними происходит метамор­фоза, прямо противоположная судьбе Гадкого утенка из сказки Г.-Х. Андер­сена: превратившись на школьном дворе из гадких утят в прекрасных ле­бедей, они на студенческом дворе вновь оказываются гадкими утятами, расплачиваясь личностными драмами и трагедиями за свою интеллектуаль­ную акселерацию.

Особенно подобные драмы угро­жают тем одаренным детям, чей жиз­ненный путь в старших классах шко­лы представлял собой узкоколейку профильного обучения. Чтобы избе­жать рисков такого обучения, надо иметь в виду, что оно создает условия в основном только для развития спе­циальных способностей, специальной


26


НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ №1(5) 2011

ПРОБЛЕМА




Одаренности, например, математичес­ких или музыкальных способностей. При этом профильное обучение сужа­ет возможности развития личности ребенка. Если школа будет сосредото­чена в основном на обеспечении про­фильного образования для ребенка, то в этом случае она утрачивает свою миссию в мире информационных, тех­нологических и социальных перемен – миссию школы универсального об­разования, школы развития общей одаренности личности ребенка. Уни­версальное образование, о котором уже не раз шла речь, расширяет диа­пазон выбора вида деятельности уча­щимися, поскольку у них сформиро­вана общая одаренность, развиты уни­версальные учебные действия. Оно является гарантом приобретения про­фессиональной и социальной мобиль­ности личности на протяжении всего жизненного пути человека, избавляя его от жесткого выбора между «физи­ками» и «лириками», «технарями» и «гуманитариями». Именно для того, чтобы специальные способности фор­мировались на фундаменте общих способностей, в новых стандартах на­чальной и общей школы особый ак­цент делается на проектировании про­грамм формирования универсальных учебных действий.

Я обратил внимание лишь на неко­торые риски, касающиеся поддержки одаренных детей в школе и вузах, а также на необходимость проектирова­ния вариативных программ универ­сального образования как условия преодоления подобных рисков.

Неменьшим риском на пути разви­тия детей и молодежи является разоб­щенность профессиональных интере­сов школьного сообщества, вузовско­го сообщества, научного сообщества и сообщества представителей бизнеса, затрудняющая процесс создания не­прерывного инновационного цикла в жизни страны. Так, например, пред­ставители образовательного сообще­ства при анализе мирового опыта программ развития одаренности ви­дят лишь одну реальность: царско­сельский лицей; связь «японского чуда» с программой профессиональ­ного самоопределения японских школьников, развернувшейся после Второй мировой войны; связь каче­ственного скачка США в области точ­ных и естественных наук с нацио-

Нальной программой поиска одарен­ных детей «Мерит», стартовавшей в 1960-х годах после пошатнувшего ам­биции американцев запуска россий­ских спутников и полета Юрия Га­гарина в космос. Представители же вузовской общественности и науки апеллируют к другой реальности: к опыту наукоградов, академгородков и даже «шарашек», где складывались научные школы и разрабатывались опережающие время инновационные технологии. В таких научных школах, «капичниках» Петра Леонидовича Капицы, «павловских средах» Ивана Петровича Павлова и др. возникали, по выражению классика семиотики Ю. М. Лотмана, «лаборатории жиз­ни», где в насыщенной креативной среде «люди вспыхивают» талантом, обретают желание и возможность та­лантливо жить. Представители же бизнес-элиты и политической элиты видят в качестве образца для создания «инновационного чуда» такую реаль­ность, как опыт Силиконовой доли­ны и т. п.

Вследствие разобщенности про­фессиональных сообществ между школой и научной школой, школой и инновационной экономикой порой теряются связующие нити. Они могут быть актуализированы благодаря та­ким федеральным программам, как «Научные и научно-педагогические кадры». Их восстановлению также должно способствовать претворение в жизнь раскрывающих возможности поддержания талантливой молодежи апрельских постановлений правитель­ства Российской Федерации «О мерах по привлечению ведущих ученых в российские образовательные учрежде­ния высшего образования» и «О мерах государственной поддержки российс­ких высших учебных заведений и орга­низаций, реализующих комплексные проекты по созданию высокотехноло­гического производства», которые были приняты в 2010 году.

В заключение замечу, что програм­ма поиска и поддержки детей и моло­дежи, мотивированных к познанию и творчеству, – это программа надежды. В каждом ребенке есть таланты. Эта программа должна основываться на диагностике развития детей, а не на диагностике отбора. Она призвана поддерживать в детях надежду на успех и веру в свои способности.

Только преодолев разобщенность представителей разных профессиональ­ных сообществ: учителей, педагогов ву­зов, ученых, предпринимателей, управ­ленцев и политиков, – мы сумеем пол­ноценно решить задачу по созданию национальной программы «охоты за го­ловами», объединенной единым векто­ром движения – от интеллектуального потенциала школы к инновационному потенциалу общества. Тогда появится шанс, что уже на наших глазах в Рос­сии вырастет поколение граждан, веду­щей мотивацией которых станет моти­вация к инновациям.

Формула «от интеллектуального потенциала школы – к инновационно­му потенциалу общества» выражает ключевую стратегию образовательной политики, направленную на создание общего интеллектуально-инноваци­онного цикла в жизни страны, на со­циальное проектирование общенаци­ональной инновационной системы России в сетевом столетии. Для осуще­ствления данной стратегии необходи­мо, еще раз хочу акцентировать на этом внимание, чтобы оформился и стал востребованным социальный слой людей с инновационной пове­денческой энергетикой. Можно назы­вать таких людей интеллигентами, интеллектуалами, креативным клас­сом. Хотя привычное деление обще­ства на классы в ситуации роста соци­ального, интеллектуального, менталь­ного и экономического разнообразия общества, скорее всего, со временем будет причислено к разряду архаизмов. Слово, которое станет знаком, именем социального слоя подобных, если вос­пользоваться терминологией братьев Стругацких, «прогрессоров», еще не найдено. Но оно найдется. В порож­дении такой общности людей и состо­ит историко-эволюционный смысл таких национальных инициатив, как поиск и поддержка одаренных детей и талантливой молодежи.

Мы с вами, обладая историческим оптимизмом, хотим, чтобы родилось поколение детей, несущих культуру достоинства, а не поколение, «которое выбирает пепси».

И именно нам с вами нужно, что­бы звезды одаренных детей и талан­тливой молодежи зажглись, стали в нашей стране движущей социальной силой развития инновационного об­щества.


27



ПРОБЛЕМА

НАЦИОНАЛЬНЫЙ ПСИХОЛОГИЧЕСКИЙ ЖУРНАЛ №1(5) 2011


УДК 37.02, 159.922.7, 159.9.072