Книги по психологии

Изучение культурных моделей поведения
П - ПСИХОЛОГИЧЕСКАЯ АНТРОПОЛОГИЯ ИСТОРИЯ, СОВРЕМЕННОЕ СОСТОЯНИЕ, ПЕРСПЕКТИВЫ

Исследования, которые в общем и целом отталкива­лись от работ, проводившихся ранее в рамках школы «Культура и Личность». В числе приверженцев этого на­правления прежде всего следует назвать Маргарет Мид и Рут Бенедикт. В этих исследованиях понятие «нацио­нальный характер» было относительно слабо связано с индивидуальной человеческой личностью. Гораздо ближе оно стояло к понятию «культурная модель пове­дения». Так, Маргарет Мид рассматривала 3 основных аспекта исследования национального характера: 1) срав­нительное описание культурных конфигураций (в част­ности, сравнение соотношения различных обществен­ных институций), характерных для той или иной культу­ры; 2) сравнительный анализ ухода за младенцами и детского воспитания; 3) изучение присущих тем или иным культурам моделей межличностных отношений, таких, например, как отношения между родителями и детьми и отношения между'ровесниками*. Таким об­разом, в рамках данной парадигмы национальный ха­рактер в принципе может быть определен как особый способ распределения и регулирования внутри культу­ры ценностей или поведенческих моделей.

«В своей теоретической перспективе Бенедикт и Мид отрицали концептуальную разницу между культурой и личностью. И культура, и личность отражают конфигу­рацию поведения, которое демонстрируется индивидом, но является характеристикой группы. Вопрос о том, как эта конфигурация сложилась исторически, обычно игно­рировался. С этой точки зрения отношения между культу­рой и личностью являются вопросом передачи конфигу­рации от поколения к поколению»[133]. Согласно Мид[134] и Бенедикт[135], практика детского воспитания имеет перво­степенное значение как индикатор культурных ценнос­тей и эмоциональных установок конкретной культурной группы. Взаимодействие родители—дети отражает куль­турно доминированные предпочтения относительно роле­вых отношений. Воспитание детей является моделью ро­дительского поведения и много говорит как о ценностях взрослых, и о личностном развитии ребенка. Взаимодей­ствие родители—дети имеет особую значимость как пер­вый контакт ребенка с конфигурацией его культуры.

Передача культуры из поколения в поколение являет­ся, с точки зрения Мид, процессом коммуникации, в кото­ром многие аспекты культурного окружения растущего индивида получают форму адресованных ему обращений, в которых отражается доминантная конфигурация куль­туры. Он приобретает свой «культурный характер», инте - риоризируя сущность этих постоянных сообщений. Пер­вая серия сообщений передается ему родителями в младенчестве и раннем детстве. Родители входят в ком­муникацию с ребенком, выражая определенные (задан­ные культурой) реакции на его крик, на исполнение им те­лесных функций, его попытки говорить; многие из этих коммуникаций являются невербальными и имплицитны­ми. Детское воспитание лежит в основании формирова­ния «культурного характера», но оно есть только первый формирующий опыт, который лежит в основании воспри­ятия ими последующего формирующего опыта, каждый из элементов которого подтверждает и усиливает другие элементы конфигурации, «сообщаемой» индивиду. Боль­шое значение имеют также эстетические аспекты культу­ры, такие как драма, танец, детская литература.

Но в случае принятия культуро-центрированного подхода перед антропологом встает следующая, еще более сложная задача, поскольку тот должен ответить на вопрос о том, что в принципе представляет собой регулирующая функция культуры и каким образом данная культурная модель поведения оказывает влия­ние на конкретных членов той или иной культуры.

Культуро-центрированные исследования нацио­нального характера, подобно всем прочим направле­ниям и подразделам психологической антропологии, фокусировали свое внимание на то, каким способом человеческое существо в принципе может воплощать в своем поведении культуру — и на индивидуальном, и на общем уровне. В этом смысле национальный куль­турный характер — это научная абстракция, которую антропологи используют, когда в их концептуальные построение должны быть включены представления, относящиеся к интропсихологической структуре, т. е. когда возникает необходимость произвести проекцию общих культурных моделей на микроуровень, как бы смоделировать ее на отдельного человека (так как, на­помню еще раз, в культурно-детерминированном под­ходе точкой отсчета, как бы первичной системой, яв­ляется культура, общество, а не личность — личность моделируется в процессе исследования). Да и сама культура в рамках психологической антропологии ис­пользуется как абстракция, необходимая для описания исторически сложившихся, выученных форм поведе­ния, объединяющих членов того или иного общества. Человеческая культура может рассматриваться как исторически сложившаяся система коммуникации, в каждом случае уникальная.

В чем, по мнению Мид, состоит особенность изу­чения именно национального характера, т. е. способа культурного регулирования поведения современных наций-государств?

Всем гражданам современного национального го­сударства присущи определенные институциональные модели, регуляция которых является специфической чертой именно наций: национальная система прави­тельства, гражданское или уголовное законодательст­во, транспортная система, военная служба, единая де - |0|) нежная система, система массовой коммуникации и т. п. Уровень усредненности и централизованного контроля для каждой нации различен. При изучении национального характера следует учитывать, кроме то­го, уровень регионализации и степень развитости ме­стного самоуправления. Таким образом, с одной сторо­ны, в случае национального характера мы встречаем новые аспекты, сближающие культурные модели пове­дения членов одного и того же общества (массовая ин­формация), а с другой — аспекты, усложняющие цело­стную национальную систему, превращающие ее ско­рее в комплекс близких, но не идентичных моделей поведения, — я говорю сейчас о регионализме и разви­том местном самоуправлении.

Соответственно, Мид утверждает, что методы, ко­торые были хороши для изучения малых бесписьмен­ных обществ, неприемлемы для изучения современ­ных сложных обществ, включающих в себя миллионы членов. Это было основным пунктом, по которому ан­тропологи спорили с государственными деятелями своего времени. Методы, пригодные для изучения ры­бок в аквариуме, не годятся для изучения животного мира океана. Однако государственные деятели настаи­вали на том, чтобы был найден научный метод, с помо­щью которого, образно говоря, по поведению рыбок в аквариуме можно было предсказывать характер по­ведения их собратьев на воле.

В итоге компромисс был найден. Во-первых, он ка­сался выяснений целей исследования. Последние были в значительной мере сужены, сведены к более-менее упрощенным описаниям, не характерным для академи­ческих исследований, но относительно пригодным в военных целях.

Во-вторых, были найдены определенные аспекты применения старых методик в новых условиях. Основ­ной целью стало описание общей конфигурации той или иной культуры. Более активно, чем раньше, стали привлекаться знания из области социологии и соци­альной психологии.