Книги по психологии

ЗАКЛЮЧИТЕЛЬНЫЕ КОММЕНТАРИИ
Периодика - Психология. Журнал Высшей школы экономики

Н. А. Батурин


Дорогие коллеги, то, что нас не так уж и мало — тех, кто переживает за развитие психодиагностики, кого она глубоко интересует, кто посвя­тил этому жизнь, — очень обрадова­ло. С большим интересом прочитал Ваши ответы. Большинство из них мне очень созвучны. Тем не менее по­явилось желание что-то разъяснить, о чем-то поспорить.

Вопрос 1. В своем ответе А. Б. Ба-лунов посетовал, что госбюджетные учреждения не готовы и не хотят за­ниматься разработкой новых методик.

На самом деле «госбюджетные учреждения» пока проводят главную работу по созданию отечественных методик. Например, большинство ме­тодик, которые издает наша фирма «ПсиХрон», как раз разработаны в та­ких учреждениях: УИТ СПЧ — Уни­версальный интеллектуальный тест Санкт-Петербург — Челябинск, ПИТ СПЧ — Подростковый интеллектуаль­ный тест Санкт-Петербург — Челя­бинск, КИТ СПЧ — Компактный интеллектуальный тест Санкт-Пет­ербург — Челябинск и др. Эти мето­дики мы делали совместно с СПбГУ. Сейчас работаем вместе с ИП РАНом над методикой Социально-эмоцио­нального интеллекта. В Южно-Ураль­ском государственном университете (ЮУрГУ) есть кафедра психологи­ческой диагностики и консультиро­вания, есть лаборатория психодиаг­ностики и есть «ПсиХрон», фирма с участием в качестве учредителя ЮУрГУ. Этим триумвиратом разра­ботано уже 6 новых методик, напри­мер, ES — Оценочный стиль, ГОШа — Готовность к обучению в школе, ТДМ — Тест дивергентного мышления. Настоящую методику энтузиас­ту-одиночке очень трудно разрабо­тать. Одиночки обычно делают одно­разовую методику для защиты своей диссертации, потом публикуют ее в открытой печати – и текст, и ключи, и интерпретатор. К сожалению, по­добные публикации практикует и журнал «Психодиагностика» (глав­ный редактор — М. К. Акимова).


Может, теперь после принятия Постановления РПО от 04.07.2008, в котором рекомендованы правила издания и распространения психо­диагностических методик, такая практика прекратится.

Что касается фирмы «Иматон», простите, Аркадий Борисович, но мне известно, что серьезные научные организации не очень-то хотят иметь дело с этой фирмой, и я думаю, по­нятно почему.

Вопрос 2. В ответах на этот воп­рос почти все были единодушны: не­обходимо формировать школы пси­ходиагностики, по-новому готовить преподавателей психодиагностики и т. д. Так, например, Т. В. Корнилова подготовила очень обстоятельные и аргументированные ответы, в част­ности, на второй вопрос. В целом я с ними согласен.

Однако хотелось бы уточнить некоторые моменты. В первую оче­редь о том, что у нас в стране нет образовательных центров, в которых осуществляется подготовка специа­листов по психодиагностике. На мой взгляд, как в ответах на этот вопрос, так и на некоторые другие прояви­лась общая беда московских специа­листов — столицецентризм: нет в Москве или в МГУ — значит, нет ни­где.

В предыдущем комментарии я уже привел пример создания науч­но-практического союза в области психодиагностики на факультете психологии ЮУрГУ. Могу добавить, что в Ярославле также есть фирма «Психодиагностика», тесно интегри­рованная с ЯрГУ, да, собственно, и ла­бораторию «Гуманитарные техноло­гии» трудно отделить от взаимодействия с факультетом психологии МГУ.

Что касается специализирован­ного обучения психодиагностике, то здесь я согласен с К. В. Осетровым, что подготовка разработчиков тестов не может и не должна быть массовой. В старом стандарте подготовки ма­гистров было направление — диф­ференциальная психология и психо­диагностика, но, как утверждают ра­ботники УМО, оно не было никем реализовано до 2008 г., когда в ЮУрГУ набрали первую группу ма­гистров по этому направлению. Кроме того, могу сообщить послед­нюю новость: на заседании Прези­диума Совета по психологии УМО принято решение о введении в число магистерских программ программы «Психодиагностика», а также о под­готовке нормативной базы для вве­дения новой специальности в аспи­рантуре «Дифференциальная психо­логия и психодиагностика». Это ответ на решения Всероссийской конференции по психодиагностике, о которых я писал, отвечая на этот вопрос в первой части интервью.

И, конечно же, я полностью согла­сен с каждым положением К. В. Осет­рова и А. Г. Шмелева в их ответах на этот вопрос.

Вопрос 3. Как видно из ответов, мнение о необходимости сертифика­ции методик, пользователей и услуг в области психодиагностики разде­лились.

Т. Н. Базаров, А. Н. Гусев, Т. В. Кор­нилова, А. Г. Шмелев и я — за добро­вольную сертификацию. Остальные относятся к этой проблеме как к нереальной в настоящее время или даже не нужной вообще из-за опасения коррупции или борьбы за лидерство.

Как председатель Комиссии по психодиагностике РПО могу сказать, что работа в этом направлении идет полным ходом. И напрасно, напри­мер, Л. Ф. Бурлачук считает, что инс­трументарий фирмы Pearson не сер­тифицирован. Например, в Велико­британии Общество психологов (BPS) имеет Комитет по стандартам тестов. Его возглавляет Патриция Линдсей, и она же является старшим редактором тестов, руководит про­цессом рецензирования тестов двумя специалистами и принимает оконча­тельное решение.

Я задал ей вопрос: «А что, если ко­миссия принимает решение о несоот­ветствии теста стандартам BPS, то может ли фирма издавать методи­ку?» Она ответила, что в принципе фирма может издавать такую мето­дику, но без включения ее в реестр сертифицированных методик ее вряд ли кто-то будет покупать. Издатели уже поняли, что без сертификата со­ответствия, выданного психологи­ческим сообществом, очень риско­ванно издавать методику, и поэтому добровольно проводят ее проверку на соответствие стандарту.

Комиссию по разработке правил сертификации и регистрации поль­зователей тестов и в Европейской федерации ассоциаций психологов (EFPA), и в Международной комис­сии по тестам (ITC) возглавляет Дейв Бертрам. В 2009 г. в Осло будет принят окончательный вариант это­го документа, единого для всей Евро­пы.

В марте 2009 г. я приглашен в Лондон для встречи с Патрицией и Дейвом, на которой мы будем пытаться согласовать наши стандарты со стандартами этих комиссий.

Если говорить о США, то у них стандарты существуют с 1954 г. и уже шесть раз пересматривались. В США надзор за качеством методик и пси­ходиагностов более строгий, чем в Европе. Следит, в частности, за ка­чеством методик, специальный Ко­митет, созданный по инициативе Министерств обороны, труда, обра­зования и Американской психологи­ческой ассоциации (APA).

Вопрос 4. На мой взгляд, самый яркий ответ на этот вопрос дал А. Г. Шмелев. Он давний и беском­промиссный борец за авторские пра­ва и против контрафактных тестов. Хотя в целом почти все эксперты со­гласны, что с контрафактом нужна всеобщая борьба и что многое зави­сит от развития правосознания са­мих психологов.

Борьбу можно было бы начать прямо сейчас, тем более что норма­тивная база уже есть (четвертая часть Гражданского кодекса РФ). Но получилось так, что если убрать из использования в принципе устарев­шие и не стандартизированные зару­бежные методики, то это подорвет исследовательскую и практическую работу наших психологов. Их просто нечем заменить. Отечественных ме­тодик мало, а за законную адаптацию зарубежных методик мало желаю­щих взяться, так как дело это очень трудоемкое и с риском, что затраты никогда не окупятся, да и разреше­ние получить не так-то легко.

Но, с другой стороны, давайте каждый из нас про себя ответит на вопрос: а зачем вообще проводить обследование, когда неизвестно, что измеряет методика? Только в неко­торых исследовательских дизайнах такие методики применимы, где не нужна опора на статистические нор­мы.

Поэтому, чтобы решиться на отказ от использования старых тестов, нужно позаботиться о разработке но­вых отечественных или адаптации взаимозаменяемых. Вот в чем проб­лема.

Вопрос 5. Пожалуй, это единст­венный вопрос, в ответах на который почти нет разногласий: большинство за то, что все эти методы взаимодо­полняющие, а не конкурирующие.

Есть разногласия только в про­порциях использования методов: А. Г. Шмелев — в пользу психодиаг­ностики, Т. Ю. Базаров — в пользу ас-сессмент-центра, и всем нам понятно почему.

Вопрос 6. А вот этот вопрос вы­явил самые глубокие разногласия, но в то же время и очень глубокую ком­петенцию наших экспертов.

С одной стороны, М. В. Розин и Т. Ю. Базаров считают, что самый эф­фективный и валидный метод оцен­ки персонала — это ассесмент-центр. При этом забывается несколько ве­щей — чрезмерное упование на точность оценки оценщиков ничем не обосновано. Оценщики — это люди со всеми слабостями и пробле­мами. В нашей лаборатории уже не­сколько лет ведутся исследования влияния на процесс оценивания и внешних (контекстуальных), и внут­ренних (психических) факторов. Для того чтобы противодействовать им, необходимо специализированное и весьма дорогое обучение профессиональных и непрофессиональных оценщиков во время подготовки ас-сесмент-центра. Это весьма сущест­венная проблема.

Поэтому валидность этого метода ограничена сверху, хотя общепринято считать, что она достаточно высокая. Однако, прочитав ответы А. Г. Шме­лева и К. В. Осетрова, задумался. Во-первых, не слишком ли дорогой ценой она получается? Во-вторых, а есть ли реальные процедуры про­верки других видов валидности это­го метода? Мне кажется, не стоит то­ропиться с выводами.

С другой стороны, есть мнение А. Г. Шмелева и Л. Н. Собчик о досто­инствах прогностической валиднос-ти психодиагностических методов. Причем Л. Н. Собчик ссылается на многолетний опыт и на проверку их валидности на не менее крупных предприятиях и министерствах, чем сторонники ассессмент-центра. Ду­маю, что ближайшие 5–10 лет пока­жут, кто прав.

Я готов повторить почти то же, что и при первом ответе на этот воп­рос: каждый из методов в оценке персонала занимает свою нишу. И преимущество в валидности од­ного из методов (пока не будем го­ворить — какого, поскольку мнения противоречивы) не может заменить нехватку других, даже менее валид­ных методов при решении разных проблем в оценке персонала. «Даже очень хорошее первое блюдо не заме­нит второе и тем более десерт».

Вопрос 7. Вопрос о росте автома­тизации психодиагностики показал, что прогнозы экспертов имеют су­щественный разброс. Часть из них (А. Н. Гусев, А. Г. Шмелев, К. В. Осетров,


М. В. Розин) предсказывают ее рост. Однако другие (М. К. Акимова, Л. Ф. Бурлачук, частично Т. В. Кор­нилова) уверены, что роль психолога в диагностике очень высока, и ее не заменить никаким компьютером.

Н. А. Батурин и Т. Ю. Базаров счи­тают, что автоматизация либо огра­ничена в сфере интерпретации, либо неосуществими при использовании методов качественной диагностики.

Скорее всего, оправдается прог­ноз о разных темпах нарастания ав­томатизации при решении различ­ных диагностических задач.

Несмотря на полемические разно­гласия, с таким выводом, по-моему, согласятся все.

Вопрос 8. Ответы на этот вопрос от краткого «да» (Л. Ф. Бурлачук, Т. Ю. Базаров, М. К. Акимова) до почти полного «нет» (К. В. Осетров, М. В. Розин и А. Г. Шмелев). Промежуточную позицию заняли Т. В. Кор­нилова и Н. А. Батурин. Особую по­зицию — уверенности, что ее мето­дики как раз и являются примером достижений в диагностике, — заняла Л. Н. Собчик.

Остаюсь при своем мнении, что если точно отвечать на вопрос о до­стижениях в области психометрики, то заметные достижения возможны, но не силами психологов-психодиаг­ностов, а скорее математиков-психо-метристов.

В заключение хочется выразить огромную благодарность всем экс­пертам. На мой взгляд, качество их ответов в целом демонстрирует до­статочно высокий уровень отечест­венной психодиагностики.

У нас есть шансы для того, чтобы нашу психодиагностику не постигла судьба нашего автопрома (сравнение Т. Ю. Базарова).


Т. Ю. Базаров


Прогнозы, как известно, — дело неблагодарное. Однако в данном случае прогнозировать — это еще и высказать свое мнение о состоянии и перспективах означенной области психологии, а именно психодиагнос­тики. Прежде чем прокомментиро­вать выступления коллег, позвольте высказать ряд предварительных за­мечаний.

Первое. Психодиагностика как измерение личностных свойств.

Достаточно давно Ю. М. Забродин и В. И. Похилько, анализируя методы диагностики стабильных и общих, с одной стороны, и уникальных и изменчивых свойств личности, с дру­гой, предложили классификатор диагностических методик1. Думает­ся, что наступило время об этом еще раз вспомнить. На оси абсцисс они расположили два полюса способно­стей диагностики описывать общее и уникальное в личности. Стабильные же и, соответственно, изменчивые свойства личности располагаются на оси ординат. Если теперь рассмот­реть обе шкалы, то легко выделить четыре класса диагностических задач (рис. 1).

Очевидно, что не все классы задач равным образом обеспечены диагно­стическими методиками. Так, первый класс — диагностика стабильных и общих черт личности — область, наи­более разработанная на сегодняшний день и обеспеченная в основном количественными методами измере­ния. Второй и четвертый классы в некоторой степени обеспечены мето­дами, сочетающими в себе как ко­личественный, так и качественный подходы. В то же время третий класс — диагностика уникальных и изменчивых свойств — наименее разработанная область, связанная с распознаванием индивидуальных особенностей и специфики поведе­ния личности, требующая реализа­ции идеографического подхода как совокупности методов качественного анализа.

Второе. Психодиагностика и идентификация или соотношение количественного и качественного подходов к оценке личности. Дан­ный вопрос, на мой взгляд, до сих пор остается вполне актуальным. Сошлюсь на диссертационное иссле­дование Д. Мякушкина, выполнен­ное под нашим руководством 10 лет



Опрос по-прежнему заключается не в том, какой из подходов (коли­чественный или качественный, диаг­ностический или идентификацион­ный) предпочесть при проведении оценки. Принципиально важна кон­цепция, лежащая в основе исполь­зуемого подхода. Концептуально



Наличие типологии, из которой исхо­дят консультанты. При этом возмож­ные варианты «движения» в любом из указанных направлений обычно груп­пируются вокруг таких конструктов, как «задачи», «функции» или «роли».

Меня несколько удивила реакция ряда коллег на практику использова­ния технологии ассессмент-центров, которая насчитывает уже около 20 лет. Не думаю, что наши коллеги, кото­рые все эти годы практикуют в дан­ной области, не отдают себе отчета в том, что они делают.

Имеющийся отечественный опыт создания и использования моделей, основанных на технологии ассесс-мент-центра, — это и аттестация пред­ставителей Президента РФ (1993), и методика оценки антикризисных управляющих РФ (1994–1999), и конкурс «Государственная служба: кадры нового поколения», проведен­ный в Приволжском федеральном округе (2000–2002). Один из послед­них проектов, проведенных нами в августе 2008 г. на материале высших и главных должностей администра­ции губернатора Белгородской об­ласти, свидетельствует о том, что разработанная модель компетентно-стей может рассматриваться как вполне «рабочая основа» для созда­ния нового профиля управленческих компетенций. В ней предпринята и апробирована попытка отразить те требования, которые предъявляют бизнес и государственная служба к руководителям в условиях непре­рывных изменений и перехода к эко­номике знаний. Понятно, что работа в направлении уточнения модели должна быть и обязательно будет продолжена. В частности, будут про­ведены прогностические компетент-ностные интервью и фокус-группы с успешными российскими руководителями государственных и биз­нес-структур.

Хотелось бы пожелать успехов всем коллегам, работающим в сфере психодиагностики и оценки персона­ла. Практикующие профессионалы, уверен, будут благодарны разработ­чикам за новые идеи и инструмента­рий.


А. Б. Балунов


Удалось познакомиться с прогно­зами ведущих специалистов в дан­ной области. Получил много инфор­мации к размышлению, тем более что я, в отличие от уважаемых коллег, не считаю себя специалистом в психо­диагностике, скорее я инвестор в области практической психологии. Все же с чем-то хотелось бы поспо­рить, что-то уточнить (возможно, бо­лее адекватной формой обсуждения темы был бы круглый стол). Итак:

1. Возможно, некоторые уважае­
мые коллеги слишком расширитель­
но трактуют основные понятия об­
суждаемой темы: «психодиагности­
ка», «психодиагностическая методика
(тест)», относя к ним и квалифика­
ционные тесты. Мне кажется, эти
измерительные инструменты не име­
ют прямого отношения к психоло­
гии, таким образом, получается, что
мы говорим о разных вещах.

2. Мне кажется, существенно
преувеличивается роль и значение инструментальной психодиагнос­тики в современной психологи­ческой практике. В большинстве случаев инструментами психолога являются авторучка, бумага и «мен­тальная» методика (метод). Даже в бизнесе (в том числе и в ассессмен-те), к моему глубокому сожалению.

3. К сожалению, далеко не все участники интервью хорошо пред­ставляют себе экономические аспек­ты всей технологической цепочки появления психодиагностической методики в широкой практике: раз­работка (апробация), производство (маркетинг), реализация (сопровож­дение). Если сопоставить совокуп­ные затраты, инвестиционный пе­риод, платежеспособный спрос, то, как правило, прибыль не просмат­ривается.

Таким образом, разработать хоро­ший продукт — это только полдела, необходимо сделать его достоянием профессионального сообщества.


Л. Ф. Бурлачук


Наверное, то, что я скажу, это сов­сем не заключительное слово, а про­должение дискуссии. Прежде всего, несмотря на незначительные несты­ковки, мнение всех участников еди­но: нашим психологическим тестам, соответствующим международным стандартам, быть. Быть и зарубеж­ным, опять-таки соответствующим международным требованиям и изданным с соблюдением авторских прав. Я удовлетворен мнением кол­лег и готов сотрудничать с ними. Не могу, однако, не отметить и мнения издателя многих зарубежных тестов, относительно которых нет данных об их легальном присутствии в россий­ском научном пространстве. Я имею в виду высказывание г-на Балунова о том, что не существует отечествен­ной психодиагностики, а факультеты психологии дают вполне достаточ­ное образование в этой области. Есть, правда, оговорка, что так было 25 лет назад. Не хочу говорить о том, что за четверть века произошли не­которые изменения, которые, види­мо, не заметил г-н Балунов. Можно только позавидовать, годы идут, а «Иматон» все так же издает зару­бежный секонд хэнд. Бог с ним, с со­блюдением Закона об авторских пра­вах. Оставим это на совести издате­ля. Дальнейшая наша работа должна осуществляться в правовом поле. Мы начали эту работу и будем ее продолжать.

И еще раз по поводу сертифика­ции методик (тестов). Вероятно, можно согласиться с г-ном Балуно-вым в том, что для успешной ловли рыбы не нужна сертификация удо­чек. Она проделана другими людьми раньше. Трудно представить себе, что мы поймаем рыбку на загнутый вверх кусочек проволоки. Мы исполь­зуем надежный крючок, сделанный из определенного материала, имею­щий некий угол изгиба и т. п. Это и есть сертифицированный продукт. А поэтому ежели мы не видим серти­фикации на уровне издателя (внут­ренней), чего, на мой взгляд, было бы достаточно, особенно когда изда­тельство признано международным сообществом, то какое-то время сле­дует заниматься внешней (экс­пертной) сертификацией методик.


А. Г. Шмелев


Я успел достаточно внимательно ознакомиться с высказываниями кол­лег. Впечатление ожидаемое: разброд во взглядах, оценках и прогнозах слишком велик. Почему «ожидае­мое»? Потому что я, увы, слишком хорошо знаю, как мы общаемся. Нередко на конференциях докладчи­ки приходят лишь на… собственный доклад. Слушать, читать, изучать, что делают другие, времени нет. Да и особого желания тоже нет. Это что-то вроде «церебральной гигиены»: если не изучать, что делают другие, то это помогает сконцентрироваться и до­вести до конца свой собственный проект. Но… последние годы стало слишком заметным, что новая эпоха (новое тысячелетие) бросает новые вызовы российским психологам, а они оказываются абсолютно разоб­щенными для достойного ответа. Мы сетуем на дефицит квалифицирован­ного платежеспособного спроса на психодиагностический инструмента­рий. Но есть и такая точка зрения, что спрос есть, но нет предложения (см. реплику А. Б. Балунова, из ко­торой при всей ее маргинальности я пытаюсь вычитать здравый смысл). Так и будет в отсутствие хорошо структурированного рынка: разра­ботчики будут сетовать на отсутст­вие квалифицированного платеже­способного спроса, а пользователи будут сетовать на отсутствие предло­жения. Ведь действительно нет мето­дик, которые прошли бы всесторон­нюю общественно-профессиональ­ную экспертизу в самом сообществе и были признанными, были рекомен­дованными (сертифицированными). Нет фактически самого сообщества, которое создавало бы структуриро­ванный и интегрированный профес­сиональный рынок, позволяющий (подталкивающий) пользователям методик расти в своей квалифика­ции. Ведь в этом плане в любой отрасли именно производители про­дукции должны осознать свою ответ­ственность за рынок: именно они, а не потребители, его организуют.

Самый знаменательный факт — это негативная оценка перспектив создания системы сертификации. Впрочем, это факт для меня ожидаемый, так как я ситуацию в нашем обществе психологов изучил уже и 20, и 10 лет назад, и, увы, она не ме­няется. Интервью показало, что мно­гие (если не большинство) из извест­ных специалистов НЕ видят смысла в усилиях по созданию системы сер­тификации. Многие называют свои­ми именами причину: кто-то обяза­тельно извратит систему сертифика­ции, подчинив ее не корпоративным целям (интересам профессионально­го цеха психологов в целом), но лич­ным интересам. Итак, мы по-прежне­му глубоко и болезненно не доверя­ем друг другу — в этом кроется и в этом одновременно проявляется ключевой фактор, причина множест­ва других проблем и бед. Субъектив­но легче довериться зарубежным специалистам, чем своим российс­ким коллегам («Придите, варяги, и правьте нами» — летописная история повторяется). Логику этого недоверия наиболее ярко выразил М. В. Розин: сертификаторы — это те, кто не умеет сам создавать методики (цитирование не дословное). По-дру­гому организованная сертификация, кроме подчинения всех какому-то монополисту, не видится в таком случае вовсе. Так что даже сама идея еще до всякого появления монопо­листа вызывает сопротивление.

Поэтому я вижу проблему так. Еще до всяких организационных преобразований должен произойти определенный позитивный сдвиг в профессиональном самосознании ве­дущих специалистов. Об этом сдвиге говорит фактически М. К. Акимова, его имеют в виду и другие. Напри­мер, Т. Ю. Базаров — о «гильдии». Но… многие полагают (как, впрочем, и я об этом пишу), что рост цехового самосознания не может произойти одним «большим скачком», но лишь постепенно, эволюционно. Я был бы рад присоединиться к оптимизму Н. А. Батурина, полагающего, что уже сегодня имеются условия для запус­ка системы сертификации, но уверен, что еще до этого надо совершенно по-другому организовать нашу про­фессиональную коммуникацию вну­три сообщества, без этого не появит­ся базисного доверия и уважения, не появится единодушия в отношении объективной системы критериев для сертификации. Ведь одной из глав­ных причин для недоверия является, по моему мнению, вовсе не личност­ная низкая оценка моральных ка­честв коллег, а отсутствие единства в трактовке критериев для сертифика­ции, для оценивания методик и спе­циалистов. Когда появляется про­фессиональное, цеховое сообщество? Тогда, когда появляется единство в трактовке, что такое хорошо и что такое плохо в оценке профессиональ­ной продукции. У архитекторов (ин­женеров-строителей) такое единст­во, например, основано на ясном по­нимании критериальных чисто инженерных требований к качествен­ным зданиям (офисным или жи­лым): сейсмостойкость, термоизоля­ция, шумоизоляция, освещенность, водоснабжение, энергоснабжение, подъездные пути и т. п. А такие «вку­совые», субъективные критерии, как экстерьер и интерьер, занимают отнюдь не доминирующее положе­ние. У нас же в психологии (и мы это сами понимаем и учитываем в своих прогнозах) нет до сих пор единства в трактовке объективных (внеличнос-тных) критериев для оценивания методик. Некоторые вообще, как мне кажется, не слишком верят в то, что сами эти критерии существуют, отрицая по факту своих суждений само существование таких крите­риев, как валидность, надежность, репрезентативность и достоверность. Я бы даже сказал, что некоторые вполне влиятельные коллеги до сих пор и не слишком интересуются эти­ми критериями, не слишком изучают объективно-статистические проце­дуры проверки этих параметров ка­чества, чтобы… не расстраивать са­мих себя. Поэтому-то в их понима­нии никаких других критериев оценки, кроме субъективных, в пси­хологии (и в психодиагностике, в частности) до сих пор не сущест­вует, поэтому-то любая сертифика­ция — это выражение чьего-то чисто субъективного мнения. Поэтому-то любая система сертификации в ны­нешней психологии — это, в их пони­мании, лишь система личной власти, ибо при таком подходе без узурпа­ции власти прочность субъективных критериев оценивания невозможна. Так замыкается порочный логичес­кий круг, обосновывающий пессими­стические прогнозы, превращающие­ся в пессимистические сценарии в ходе своей реализации.

Можно ли хотя бы попытаться (еще раз попытаться) как-то разор­вать этот порочный круг? С моей точки зрения, определенные новые основания для такой попытки в наше время дает появление Интернет-тех­нологий для интеграции экспертного знания. Предположим, вы не верите, что существуют объективные кри­терии для оценки методик, и, по ва­шему мнению, все критерии, из ко­торых исходят эксперты, могут быть лишь субъективными. Хорошо, но давайте попробуем быстро синте-грировать множество субъективных экспертных оценок! А вдруг мы об­наружим в каких-то вопросах совпа­дение мнений, за которым будет ле­жать признание разными специалис­тами каких-то общих, т. е. объектив­ных истин? В наше время Интернет дает в этом плане возможность реа­лизовать и ускорить подобные про­цедуры в десятки и даже сотни раз (эффект трех порядков в ускоре­нии!). Мы даже можем успевать «прокрутить» сбор и анализ эксперт­ных суждений не по одному кругу, а в несколько туров. Вот, например, ре­дакция журнала «Психология» успе­вает разослать материалы интервью по первому кругу, так что некоторые коллеги успевают отнестись к ним по второму кругу (как я пытаюсь это сделать в своем комментарии).

Давайте попробуем собрать мне­ния специалистов в более струк­турированном формате. Для начала по тематике данного интервью. Я предложил Д. В. Ушакову запус­тить параллельно с подготовкой к публикации этих текстов в журнале свободное обсуждение в ином режи­ме — процедуру экспертного Интер­нет-опроса в рамках проекта «Экс­пертное Интернет-сообщество пси­хологов». Этот проект очень молод. Ему только 2 месяца от роду, да и то правильнее его назвать «пренаталь-ным», ибо еще блоги экспертов толь­ко-только появляются для опубли­кования на сайте Www. ht. ru — в от­крытом Интернете. Но что интерес­но: большинство авторов данного интервью уже состоят в данном Ин­тернет-сообществе, имеют свои бло-ги и пишут в них, а также могут пред­лагать и проводить собственные экс­пертные Интернет-опросы. Это сдела­но на базе платформы Www. ht-line. ru, разработанной в лаборатории «Гума­нитарные технологии».

Таким образом, еще раз о моем конструктивном предложении: да­вайте продолжим разговор, обо­значенный в этом интервью, не толь­ко на страницах журнала, но и на форумах Интернет-сообщества. Да­вайте соберем данные структуриро­ванного опроса, в котором репли­ки-ответы коллег станут предметом выбора по вопросам уже не откры­того, но закрытого типа (на самом деле смешанного, ибо возможность добавить свою непредусмотренную реплику всегда будет). Давайте по­том отнесемся к результатам такого структурированного опроса. Воз­можно, что нас разделяет не так мно­го, как кажется, когда мы выражаем свои суждения в совершенно свобод­ной форме. Это только гипотеза. Но она заслуживает проверки.