Книги по психологии

ИЗУЧЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ МЕДИЦИНСКИХ РАБОТНИКОВ
Периодика - Вестник психотерапии

А. И. Губин, В. И. Евдокимов, Д.В. Зайцев, Е. А. Ценных

Воронежская государственная медицинская академия им. Н. Н. Бурденко;

Государственный научно-исследовательский испытательный

Институт военной медицины (Москва);

Тульская областная психиатрическая больница им. Н. П. Каменева

Введение

Профессиональная адаптация – приспособление, привыкание чело­века к требованиям профессии, усвоение им производственных и соци­альных норм поведения, необходимых для выполнения трудовых функ­ций [ 21 ].

Профессиональную адаптацию можно рассматривать как одну из ха­рактеристик мотивационной сферы профессиональной деятельности. В этом контексте в процессе адаптации происходит: овладение ценностными ориентациями в рамках данной профессии; осознание мотивов и целей, сближение ориентиров человека и профессиональной группы; принятие на себя всех компонентов профессиональной деятельности, ее задач, предме­та, способов, средств, результатов, условий в рамках данной профессии.

Профессиональная деятельность медицинских работников, профес­сиональные отношения в системах субъектов труда, условий и результа­тов труда способствуют раскрытию профессионально значимых качеств и реализации знаний, умений и навыков на благо пациентов. Однако в от­дельные моменты и периоды жизни профессиональная деятельность мо­жет создавать и негативные последствия для личности профессионала.

К сожалению, в настоящее время медицинские работники оказались наименее социально защищенными, как в социально-экономическом, так и в профессиональном отношении. Это обусловлено низким уровнем за­работной платы, существенным снижением качества жизни, значитель­ным ростом профессиональных нагрузок, а также обострением противо­речий между профессиональным и нравственным долгом и возможностя­ми оказания высококвалифицированной медицинской помощи населе­нию. Например, оплата труда медицинских работников в 1998 г. состави­ла только 69 % уровня средней зарплаты работников, занятых в промыш­ленности России, в 1999–2000 гг. – 60 %, в 2004 г. – 58 % [ 9 ].

Кроме собственных проблем медицинские работники испытывают и проблемы своих пациентов, находясь под двойной социально-психоло­гической нагрузкой. Высок риск у медицинских работников стать жерт­вой насилия при оказании профессиональной помощи маргинальной час­ти населения или в криминогенной ситуации [ 1, 15 ].

Проведенные исследования позволяют относить профессиональную деятельность врачей по показателям тяжести к вредным условиям труда класса 3.1 [ 25 ]. Наиболее напряженным является труд анестезиологов-реаниматологов, травматологов (3.2–3.3 класс вредности). В то же время труд медицинских работников, согласно классификации отраслей эконо­мики по классам профессионального риска, входит в 1-й класс. Во вред­ных и неблагоприятных условиях труда в России заняты до 1,5 млн меди­цинских работников из 4,5 млн человек, работающих в здравоохранении, а износ оборудования в здравоохранении в большинстве регионов состав­ляет более 80 % [ 23 ].

Изучение профессионального аспекта качества жизни у медицин­ских работников г. Воронежа показало, что удовлетворены своим трудом только 51,2 % врачей [ 11 ]. Около половины респондентов отмечают ухудшение состояния здоровья за последние три года. В структуре нездо­ровья отчетливо проявляется низкий социальный статус средних меди­цинских работников. На фоне сложившихся негативных социально-экономических процессов в стране у медицинских работников обнаружи­ваются высокие показатели заболеваемости. Например, хронические бо­лезни имели около 75 % обследованных врачей и из них только 40 % стояли на диспансерном учете [ 12 ].

Заболеваемость медицинских работников с временной утратой тру­доспособности составляет 61,1 случай и 884,6 дней на 100 работающих и незначительно уступает промышленным рабочим (76,6 случаев и 915,8 дней нетрудоспособности) [ 7 ]. Однако заболеваемость у медицинских работников нельзя полностью считать учтенной, т. к. около 70 % из них за­нималась самолечением. Профессиональная заболеваемость в абсолютных показателях у медицинских работников имеет тенденцию к росту, состав­ляя в среднем 8,8 % всех случаев профзаболеваний в России [ 1, 7 , 24 ].

В отечественной литературе, в основном, имеется позитивный под­ход к рассмотрению профессиональной адаптации специалиста. В на­стоящем сообщении кроме указанного подхода будут указаны и пробле­мы, способствующие снижению и нарушению профессиональной адапта­ции медицинских работников.

Факторы, снижающие профессиональную адаптацию медицинских работников

В концептуальной модели нарушений профессиональной адаптации медицинских работников можно выделить несколько уровней глубины профессиональных нарушений (рис. 1).

Легким уровнем профессиональной дезадаптации может считаться нарушение профессионального стереотипа поведения и деятельности спе­циалиста. К сожалению, они не всегда проходят бесследно. Например, ночные дежурства, неудовлетворенность выполненной деятельностью, негативный моральный климат в коллективе, удаленность рабочего места от места жительства и другие факторы, меняя сложившийся стереотип жизнедеятельности, в ряде случаев вызывают реакции и состояния психи­ческой дезадаптации.

ИЗУЧЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ МЕДИЦИНСКИХ РАБОТНИКОВ

Рис.1. Уровни влияния профессии на личность медицинского работника (адаптировано по Константинову В. В., 2003).

Возникающая астенизация и последующее напряжение функцио­нальных резервов организма могут способствовать развитию функцио­нальных расстройств и профессионально ускоренных заболеваний. На рис. 2 представлены обобщенные факторы риска развития у медицинских работников состояний дезадаптации.

Психическое (профессиональное) выгорание Хронический профессиональный стресс умеренной интенсивности формирует психическое (профессиональное) выгорание работника. ВОЗ определяет «синдром выгорания» как физическое, эмоциональное или мо-тивационное истощение, характеризующееся нарушением продуктивно­сти в работе, усталостью, бессонницей, повышенной подверженностью к соматическим заболеваниям, употреблению алкоголя или других психо­активных веществ и суицидальному поведению (цит. по [ 27 ]). В МБК-10 «синдром выгорания» отнесен в диагностический таксон Z-73 – «Пробле­мы, связанные с трудностями управления своей жизнью» и шифруется Z-73.0 – «выгорание» (burnout) [ 17 ].

ИЗУЧЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ МЕДИЦИНСКИХ РАБОТНИКОВ

Рис. 2. Факторы риска развития дезадаптационных расстройств.

В последнее десятилетие опубликовано несколько тысяч научных работ, посвященных исследованию различных аспектов феномена психи­ческого выгорания, и представлено расширение сфер профессиональной деятельности, подверженных такой опасности. К ним, в основном, отно­сятся работники «субъект – субъектной» сферы деятельности: педагоги, психологи, воспитатели детских домов, социальные работники, судьи, ад­вокаты, работники исправительных учреждений и др. Установлено также, что психическое выгорание может развиваться и у специалистов «субъект – объектной» сферы деятельности. В табл. 1 представлены средние данные профессионального выгорания у представителей некоторых профессио­нальных групп.

Согласно концепции М. Burisch развитие синдрома профессиональ­ного выгорания характеризуется фазностью (табл. 2). Анализ развития синдрома профессионального выгорания показывает, что чрезмерная включенность в профессиональную среду (сильная зависимость от рабо­ты), при несоответствии между собственным вкладом и полученным или ожидаемым «вознаграждением» способствует более раннему развитию синдрома профессионального выгорания.


Таблица 1 Средние значения основных характеристик профессионального выгорания (по Maslach C., Jackson S., Leiter M., 1996 )

Профессиональная группа

Компонент профессионального выгорания, %

Эмоцио­нальное истощение

Деперсона­лизация

Редукция про­фессиональных достижений

Медицинские работники (врачи и медсестры)

22,2

7,1

36,5

Работники службы психического здоровья (психологи, психиатры, психотерапевты, санитары и др.)

16,9

5,7

30,9

Учителя школ

21,3

11,0

33,5

Преподаватели вузов

18,6

5,6

39,2

Социальные работники

21,4

7,5

32,8

Другие профессии (юрисконсульты, адвокаты, офицеры полиции)

21,4

8,1

36,4

C. Maslach и соавт. (1996) рассматривают синдром выгорания в трех направлениях психических нарушений: а) эмоционального истощения (переживание опустошенности и бессилия), б) деперсонализации (дегу­манизация отношений с другими людьми: черствость, бессердечность, цинизм, грубость); в) редукции личных переживаний (занижение собст­венных достижений, потеря смысла жизни и желания совершенствовать профессиональную деятельность).

Принято выделять сферы выгорания, отражающие основные прояв­ления стресса: а) физиологическую (сфокусированность на физическим симптомах: физическое истощение и т. д.); б) аффективно-когнитивную (сфокусированность на установках и чувствах: эмоциональное истощение, деперсонализация и т. д.); в) поведенческую (акцентирование типов пове­дения: дезадаптация, снижение продуктивности в работе и др.) [ 3, 10, 20 ].

В. Е Орел (2005) предлагает рассматривать структурно-функцио­нальный аспект анализа проблемы психического (профессионального) выгорания в совокупности всех его уровней: эмоциональных, когнитив­ных, мотивационных, поведенческих и соматических проявлений [ 19 ].

Проведенные исследования в разных странах показывают, что «группу риска» развития профессионального выгорания представляют медицинские работники. В России эта проблема была изучена в ряде дис­сертационных исследований [ 2, 4, 13, 22 ]. Представим обзор некоторых современных публикаций.

Таблица 2 Фазы развития синдрома психического выгорания (по Burish М.)

Фаза Характеристика

Предупреждающая фаза

А) чрезмерное участие (чрезмерная активность, чувство не­заменимости; отказ от потребностей, не связанных с работой, вытеснение неудач и разочарований; ограничение социальных контактов);

Б) истощение (чувство усталости, бессонница, угроза несча­стных случаев)

Снижение уровня собственного уча­стия

А) по отношению к сотрудникам, пациентам и т. д. (потеря положительного восприятия коллег; переход от помощи к надзору и контролю; приписывание вины за собственные не­удачи другим людям; доминирование стереотипов в поведе­нии по отношению к сотрудникам, ученикам, пациентам про­явление негуманного подхода к людям;

Б) по отношению к остальным окружающим (отсутствие эм-патии, безразличие, циничные оценки);

С) по отношению к профессиональной деятельности (неже­лание выполнять свои обязанности; искусственное продление перерывов в работе, опоздания, уход с работы раньше време­ни; акцент на материальный аспект при одновременной не­удовлетворенности работой);

Д) возрастание требований (потеря жизненного идеала, кон­центрация на собственных потребностях; чувство пережива­ния того, что другие люди используют тебя, зависть)

Эмоциональные реакции

А) депрессия (чувство вины, снижение самооценки; безосно­вательные страхи, лабильность настроений, апатия);

Б) агрессия (защитные установки, обвинение других, игнори­рование своего участия в неудачах; отсутствие толерантности и способности к компромиссу; подозрительность, конфликты с окружением; подозрительность, конфликты с окружением)

Фаза деструктивно­го поведения

A) сфера интеллекта (снижение концентрации внимания, от­
сутствие способности к выполнению сложных заданий; ри­
гидность мышления, отсутствие воображения);

Б) мотивационная сфера (отсутствие собственной инициати­вы, снижение эффективности деятельности, выполнение зада­ний строго по инструкциям);

B) эмоционально-социальная сфера (безразличие, избегание
неформальных контактов; отсутствие участия в жизни других
людей либо чрезмерная привязанность к конкретному лицу;
избегание тем, связанных с работой; самодостаточность, оди­
ночество, отказ от хобби, скука)

Психосоматические реакции

Снижение иммунитета; неспособность к релаксации в сво­бодное время; бессонница, сексуальные расстройства; повы­шенное давление, тахикардия, головные боли; боли в позво­ночнике, расстройства пищеварения; зависимость от никоти­на, кофеина, алкоголя

Разочарование

Отрицательная жизненная установка; чувство беспомощно­сти и бессмысленности жизни; экзистенциальное отчаяние

Например, при обследовании 100 медицинских работников (врачей и фельдшеров) в возрасте от 25 до 50 лет (средний возраст обследуемых – 35 лет, средняя продолжительность профессиональной деятельности – 13 лет), проведенном Е. А. Никитиным и соавт. (2007), эмоциональное исто­щение отмечалось у 60 % обследованных лиц, деперсонализация – у 67 %, редукция личных достижений – у 54 % [ 26 ].

Исследования позволили установить, что психическому выгоранию у медицинских работников помимо некоторых личностных особенностей (нейротизм по Айзенку) способствовала неудовлетворенность работой. У этих лиц отмечаются достоверно более высокие показатели эмоциональ­ного истощения (p < 0,05), деперсонализации (p < 0,05), а также достовер­но более высокие проявления редукции личных достижений (p < 0,05) по сравнению с работниками, удовлетворенными профессией.

Результаты корреляционного анализа показали, что эмоциональное истощение у медицинских работников имеет достоверные умеренные по­ложительные связи с общей активностью (r = 0,4; p < 0,01), творческой активностью (r = 0,5; p < 0,01), социальной полезностью (r = 0,5; p < 0,01), рабочей направленностью (r = 0,6; p < 0,01), неудовлетворенностью рабо­той (r = 0,6; p< 0,01) и нейротизмом (r = 0,4; p < 0,01), а также достоверно умеренно отрицательно связана с редукцией личных достижений (r = –0,3, p < 0,05), общением (r = –0,5; p < 0,01) и общежитейской направленно­стью (r = –0,3, p < 0,05) [ 26 ].

В. В. Лукьяновым (2006) обследовано опросником В. В. Бойко 73 психиатра-нарколога различных медицинских учреждений городов Санкт-Петербурга и Курска, а также Ленинградской обл. В общей группе психиатров-наркологов не обнаружено сложившихся симптомов (16 и бо­лее баллов по В. В. Бойко) и сформировавшихся фаз (61 и более баллов по В. В. Бойко) синдрома эмоционального истощения, что свидетельствует об адаптивном состоянии психики врачей исследуемой группы [ 16 ].

В целом группа врачей-наркологов продемонстрировала невысокую степень выраженности синдрома эмоционального истощения – (110,6 ± 55,2) баллов, например, в сравнении с педагогами общеобразовательных школ – (144,6 ± 55,3) баллов (p < 0,05). Самым выраженным оказался симптом «неадекватного избирательного эмоционального реагирования» фазы резистенции теста В. В. Бойко [ 3 ], проявляющийся в ограничении эмоциональной отдачи за счет выборочного реагирования в ходе профес­сиональных контактов.

Корреляционный анализ, проведенный в исследуемой группе пси­хиатров-наркологов между показателями теста В. В. Бойко и опросника Аммона (ISTA) позволил установить значение центральных личностных функций в формировании тех или иных симптомов эмоционального ис­тощения. Для группы в целом было отмечено наличие корреляционных связей различной степени достоверности между симптомами эмоционального истощения и показателями шкал ISTA. Причем для конструк­тивных шкал эти взаимосвязи были отрицательными, а для деструктив­ных и дефицитарных – положительными, т. е. конструктивный потенциал центральных личностных функций препятствовал развитию синдрома эмоционального истощения, а деструктивный и дефицитарный потенциа­лы – способствовали его развитию [ 16 ].

О. Ю. Щелковой и соавт. (2008) проведено обследование 96 врачей анестезиологов-реаниматологов [ 8 ]. В группе обследования мужчин бы­ло 65 %, женщин – 35 %. Средний возраст составил 42,1 года. По стажу работы врачи были разделены на две группы: 1 - я – со стажем работы до 13 лет; 2-я – более 13 лет. Данные опросника К. Маслач «Психическое выго­рание» (MBI) в адаптации Н. Е. Водопьяновой [ 5 ] приведены в табл. 3.

Таблица 3 Структура профессионального выгорания в группах врачей анестезиологов-реаниматологов (по Щелковой Ю. А. и др., 2008)

Шкала опросника

M ± m, балл

Р

1-я группа

2-я группа

Эмоциональное истощение

14,95 ± 1,08

15,02 ± 1,00

> 0,05

Деперсонализация

12,44 ± 0,83

9,45 ± 0,66

< 0,01

Редукция личных достижений

31,63 ± 0,67

33,30 ± 0,74

> 0,05

Средне-групповые результаты табл. 3 показывают, что наименее выраженные показатели (на границе низкого и среднего уровней выра­женности) среди компонентов психического выгорания в обеих группах врачей имеет компонент «эмоциональное истощение». Эти данные свиде­тельствуют об отсутствии в актуальном психическом состоянии исследо­ванных врачей признаков снижения эмоционального фона, повышенной психической истощаемости и аффективной лабильности, утраты интереса и позитивных чувств к окружающим. В то же время индивидуальный ана­лиз выявил наличие эмоционального истощения у 8 % лиц в обеих группах.

Деперсонализация и редукция личных достижений, как компоненты психического выгорания, представлены в обеих группах врачей довольно отчетливо – на уровне средних и высоких значений шкальных оценок (см. табл. 3). Выраженность этих компонентов психического выгорания на статистически значимом и близком к нему уровне преобладает в группе врачей анестезиологов-реаниматологов с меньшим стажем профессио­нальной деятельности. Было также отмечено, что деперсонализация в обеих группах анестезиологов-реаниматологов существенно превосходит соответствующий показатель, полученный у группы врачей-терапевтов со средним возрастом в 45 лет и средним стажем работы в 18 лет [ 8 ].

В табл. 4 представлены результаты серии обследований врачей и медсестер, проведенные Н. Е. Водопьяновой и соавт. [ 5 ]. Оказалось, что процесс профессионального выгорания у медицинских работников про­ходит по-разному. У врачей-стоматологов он начинается с эмоционального истощения, а у их ассистентов с редукции персональных достижений, по­скольку последние имеют более жесткий график работы. Результаты труда ассистентов стоматологов скрыты и не оцениваются пациентами, кроме того, они имеют более низкий социальный статус и материальное возна­граждение.

Таблица 4 Выраженность компонентов профессионального выгорания (по Водопьяновой Н. Е. и др. [ 5 ])

Группа

Количест­во, стаж работы (лет)

Уровень выгорания

Фактор профессионального выгорания, %

Эмоцио­нальное истощение

Деперсо­нализация

Редукция

Профессиональных

Достижений

Врачи-терапев­ты (женщины)

25 (5–21)

Высокий

53

40

20

Низкий

0

0

0

Врачи-стоматологи

40 (5–10)

Высокий

7,5

5

10

Низкий

17,5

22,5

12,5

Ассистенты-стоматологи

40 (3–10)

Высокий

5

10

17,5

Низкий

0

22,5

20

Медсестры хи­рургических отделений

35 (5–18)

Высокий

60

53

27

Низкий

0

0

13

Медсестры реанимацион­ного отделения

33 (3–15)

Высокий

27

27

45

Низкий

6

18

12

Врачи-хирурги

40 (5–15)

Высокий

57

5

10

Низкий

15

34

12,5

Установлено, что врачи государственных учреждений (n = 80 чело­век) по сравнению с частно практикующими (n = 58 человек) склонны к более выраженному выгоранию, что, очевидно, обусловлено различиями в системе оплаты, условиями и организацией профессионального труда.

Выявлена также высокая подверженность профессиональному вы­горанию медицинских сестер. Например, работе медицинских сестер хи­рургических отделений количество ситуаций с негативными пережива­ниями существенно больше положительных (рис. 3). Наибольшая интен­сивность негативных переживаний происходит при общении медицинских сестер с родственниками больных и руководством отделения (админист­рацией учреждения), а положительных – при общении с коллегами [ 5 ].

ИЗУЧЕНИЕ ПРОФЕССИОНАЛЬНОЙ АДАПТАЦИИ МЕДИЦИНСКИХ РАБОТНИКОВ

Рис. 3. Эмоциональные переживания медсестер с различным уровнем профессионального выгорания.

В. Я Апчел и соавт. (2008) [ 20 ] считают, что основными симптома­ми, формирующими профессиональное выгорание у медицинских работ­ников службы скорой помощи, являются:

- усталость, утомление, истощение (после активной профессиональ­ной деятельности);

- психосоматические проблемы (колебания артериального давления, головные боли, заболевания сердечно-сосудистой и пищеварительных систем);

- негативное отношение к пациентам (после имевших место пози­тивных взаимоотношений);

- отрицательную настроенность к выполняемой деятельности (вме­сто присутствующего раньше «это дело на всю жизнь»;

- стереотипизацию личностной установки, стандартизацию обще­ния, деятельности, принятие готовых форм знаний, сужение репертуара рабочих действий, ригидность мыслительных операций;

- агрессивные тенденции (гнев и раздражительность по отношению к коллегам и пациентам;

- функциональное негативное отношение к себе;

- тревожные состояния; пессимистическую настроенность, депрес­сию, ощущение бессмысленности происходящих событий.

«Сгорают», как правило, не равнодушные и не безучастные к своей работе профессионалы, для которых деятельность изначально значима и сознательно выбрана. Социальные, личностные причины и факторы сре­ды (места работы) способствуют тому, что около 20 % молодых специа­листов скорой помощи увольняются в первые пять лет трудового стажа. Они или меняют профиль работы или уходят из профессии вообще. Врачи и фельдшера спустя 5 – 7 лет работы в службе скорой помощи приобрета­ют энергосберегающие стратегии исполнения профессиональной деятель­ности [ 20 ].

Рассматривая синдром выгорания как долговременную стрессовую реакцию, которая возникает в результате воздействия на человека хрони­ческих профессиональных стрессов средней интенсивности, Л. Н. Юрьева (2004) указывает, что так или иначе профессиональное выгорание потен­цирует деформацию личности профессионала.

Профессиональная деформация личности Профессиональная деятельность под влиянием внешних и внутрен­них факторов может деформировать личность профессионала. У меди­цинского работника возникает эмоционально-волевой антигуманный на­строй («эмоциональная тупость», грубость, цинизм и др.) и утрата инте­реса к субъекту и объекту деятельности. Например, работа таких врачей хотя и осуществляется в рамках трудового законодательства, но неприем­лема с точки зрения морали и нравственности. Характер и содержание профессиональной деятельности уже не могут изменить личность. Нега­тивные эффекты здесь устраняются только посредством других, непро­фессиональных факторов (воспитание, изменение социализации и т. д.).

Формируется механизм переноса негативного стиля профессио­нальной деятельности, восприятия, мышления, речи на всю другую, вне-деятельностную сферу поведения, межличностного общения и быта чело­века. Некоторые исследователи рассматривают профессиональную де­формацию личности как особый вид психологической защиты, когда «де­фектное» поведение со временем становится «шаблонным» поведением личности. Без комментариев приводим некоторые данные опроса, осуще­ствленного на страницах сайта «МедРунет» (24.09.2008) [ 18 ]. Верите ли вы в порядочность вашего лечащего врача?

• да (39,2 %);

• нет (23,9 %);

• не всегда (36,9 % ) ; Количество респондентов – 2462.

Когда к врачу приходит на прием пациент он:

• хочет от него поскорее избавиться, чтоб не надоедал (29,5 %)

• хочет помочь вылечиться (31,6 %)

• интересуется и хочет применить новейшее лечение и посмотреть резуль­тат (15,6 %);

• ничего не хочет (23,3 % ) .
Количество респондентов – 1878.

Глядя на врача хочется...

• пойти к другому (13,0 % ) ;

• терпеть и не ходить ни разу (22,4 % ) ;

• пожалеть его и заплатить (7,6 % ) ;

• пожалеть себя и не платить (7,6 % ) ;

• заплатить и вылечиться (49,4 % ) . Количество респондентов – 3740.

Могут ли между врачом и пациентом стоять деньги:

• да, это нормальные взаимоотношения (60,2 % ) ;

• да, это нормальные взаимоотношения (12,6 % ) ;

• нет, если это не подарок (8,5 % ) ;

• нет, никогда (8,2 % ) ;

• нет, никогда (9,3 % ) ;

• мне все равно (1,2 % ) . Количество респондентов – 1273.

Почему Вы работаете врачом?

• из любви к профессии (64,0 % ) ;

• чтобы лечиться самому (3,6 % ) ;

• чтобы лечить родственников (3,8 % ) ;

• из-за денег (хорошо зарабатываю) (5,0 %);

• ничего другого не умею (23,6 % ) . Количество респондентов – 2620.

Будете ли Вы дальше работать практическим врачом?

• да, несмотря ни на что (49,2 % ) ;

• я думаю над этим (32,9 %);

• нет (5,9 %);

• уже не работаю (12,0 % ) . Количество респондентов – 1193.

Профессиональная деформация личности медицинского работника нередко становится основной причиной врачебных (медицинских) оши­бок. Статистики по врачебным ошибкам не существует, но по образному выражению «каждый врач имеет свое маленькое кладбище». Ошибки со­вершаются, как правило, из-за отсутствия знаний, невнимательности и ха­латности, которые нередко являются спутником профессионального вы­горания. До 30 % российских врачей не проходили специализацию, по­вышение квалификации в течение пяти и более лет.

В докладе А. Г. Чучалина на I национальном конгрессе терапевтов «Новый курс: консолидация усилий по охране здоровья нации» (1.11.2006, Москва) представлено, что каждый третий диагноз ставится отечественными врачами неверно. Из-за неправильного или несвоевре­менного поставленного диагноза в России умирают 12 % больных пнев­монией. Д. Саркисов указывает, что по данным патологоанатомических вскрытий в стационарах Москвы и Санкт-Петербурга, в 20 % отмечается расхождение в диагнозе, установленном в больнице [ 6 ].

Ошибки допускают и зарубежные врачи, где зарплата и диагности­ческие возможности лечебных учреждений намного выше российских. Например, в США врачебные ошибки составляют 3 – 4 %, в Великобрита­нии – 5 %, во Франции – 3 %. По данным Минздрава Великобритании, ежегодно с врачебными ошибками сталкиваются около 850 тыс. англичан. В США ежегодно около 98 тыс. американцев умирает из-за медицинских ошибок, в Австралии – 18 тыс. человек. Например, только плохой почерк врача в США при выписке рецептов становится причиной около 7 тыс. смертельных случаев [ 6 ].

Личностная деформация профессионала Личностная деформация профессионала – процесс и результат таких личностных изменений специалиста, когда его профессиональная дея­тельность противоречит целям, задачам и самому результату работы и принимает характер противоправной деятельности осуждаемой общест­вом. Овладев знаниями, умениями, навыками, развив необходимые про­фессиональные способности, специалист переносит их в противоправную или даже в криминальную зону деятельности. Например, работа терапевта, который профессионально диагностирует заболевания, начинает сопрово­ждаться корыстью, личной выгодой и обогащением, а пациенту назначают­ся ненужные обследования; хирург может торговать органами человече­ского тела, заведомо зная, что эта деятельность уголовно наказуема и т. д.

Причины личностной деформации профессионала лежат, как прави­ло, во вне профессиональной деятельности. Профессиональная сфера и характер деятельности опосредованно влияют на неустойчивую личность профессионала, приводя к разрушению его личности и в конечном итоге – к профессиональной непригодности [ 14 ].

Дезадаптационный феномен нарушает не только протекание про­цесса профессиональной адаптации в ее чисто профессиональном и соци­ально-психологическом аспекте, но и изменяет жизнедеятельность меди­цинских работников в целом. Подробное изучение факторов риска воз­никновения и процесса развития профессионального выгорания позволя­ют разработать мероприятия по его профилактике и управлению процес­сом эмоционального стресса. Важное место в структуре мероприятий по предупреждению профессионального выгорания отводится показателям качества жизни, удовлетворенности жизнью и социальным окружением [ 5, 9, 27 ].

Заключение

Высокий уровень требовательности к личности медицинского ра­ботника и характеру его профессиональной деятельности со стороны со­циального окружения не находит адекватного подтверждения в его соци­альной защищенности и оплате труда, что может дезадаптировать личность и способствовать возникновению у медицинских работников про­фессионального выгорания и профессионально ускоренных заболеваний. Анализ данных научной литературы и результаты собственных исследо­ваний позволяют рекомендовать включать медицинских работников в пе­речень групп социального риска.

Изучение компонентного состава эмоциональных переживаний ме­дицинских работников, уровня удовлетворенности от реализации основ­ных потребностей и ценностных ориентаций позволяет выявлять значи­мые обобщенные показатели их социально-профессиональной адаптации и способствует проведению мероприятий первичной профилактики.

Литература

1. Авхименко М. М. Некоторые факторы риска труда медика / М. М. Авхименко // Мед. помощь. – 2003. – № 2. – С. 25–29.

2. Арутюнов А. В. Изучение синдрома эмоционального выгорания у врачей-стоматологов и методы его профилактики : автореф. дис. … канд. мед. наук / Арутюнов А. В. ; [Ин-т повышения квалификации Федер. упр. мед.-биол. и экстремал. пробл.]. – М., 2004. – 27 с.

3. Бойко В. В. Энергия эмоций / В. В. Бойко. – СПб. [и др.] : Питер, 2004. – 474 с.

4. Большакова Т. В. Личностные детерминанты и организационные факторы возникновения психического выгорания у медицинских работ­ников : автореф. дис. … канд. психол. наук / Большакова Т. В. ; [Яросл. гос. ун-т им. П. Г. Демидова]. – Ярославль, 2004. – 26 с.

5. Водопьянова Н. Е. Синдром выгорания: диагностика и профилак­тика / Н. Е. Водопьянова, Е. С. Старченкова. – 2-е изд. – М. [и др.] : Питер, 2008. – 336 с.

6. Врачебная ошибка : обзор [Электронный ресурс]. – Режим дос­тупа: Http://www. medlaw. omsk. ru, вход свободный.

7. Вялкова Г. М. Социально-гигиеническое исследование заболевае­мости медицинских работников и потребность в оздоровительном лече­нии : автореф. дис. … канд. мед. наук / Вялкова Г. М. – М., 2001. – 20 с.

8. Диагностика «психического выгорания» врачей анестезиологов-реаниматологов / О. Ю. Щелкова, О. А. Кузнецова, В. А. Мазурок, М. В. Решетов // Вестн. психотерапии. – 2008. – № 25(30). – С. 75–83.

9. Евдокимов В. И. Качество жизни: оценка и системный анализ / В. И. Евдокимов, И. Э. Есауленко, О. И. Губина. – Воронеж : Истоки, 2007. – 240 с.

10. Евдокимов В. И. Развитие эмоциональных состояний в экстре­мальных условиях деятельности и их коррекция / В. И. Евдокимов, В. Л. Марищук, А. И. Губин // Вестн. психотерапии. – 2008. – № 26(31). – С. 56–66.

11. Иванов А. В. Совершенствование профилактических мероприя­тий по укреплению здоровья врачей муниципальных учреждений / А. В. Иванов, О. Е. Петручук, В. О. Щепин. – Воронеж : ГВУ, 2005. – 223 с.

12. Качество жизни Медицинских работников / В. Ю. Альбицкий, М. Э. Гурылева, М. Л. Добровольская, Л. В. Хузиева // Здравоохр. Рос. Фе­дерации. – 2003. – № 3. – С. 35–38.

13. Козина Н. В. Исследование эмпатии и ее влияния на формирова­ние «синдрома эмоционального сгорания» у медицинских работников : автореф. дис. … канд. психол. наук / Козина Н. В. ; [С.-Петерб. науч.-исслед. психоневрол. ин-т им. В. М. Бехтерева]. – СПб., 1998. – 25 с.

14. Константинов В. В. Актуальные вопросы повышения работо­способности и восстановления здоровья военнослужащих и гражданского населения в условиях чрезвычайных ситуаций / В. В. Константинов ; Во-ен.-мед. акад. им. С. М. Кирова. – СПб., 2003. – С. 174–177.

15. Лозовская Т. Д. О состоянии травматизма и заболеваемости ра­ботников в учреждениях здравоохранения / Т. Д. Лозовская // Главная мед. сестра. – 2004. – № 7. – С. 93–97.

16. Лукьянов В. В. Взгляд на проблему исследования синдрома «эмоционального выгорания» у врачей-наркологов / В. В. Лукьянов // Вестн. психотерапии. – 2006. – № 17(22). – С. 54–61.

17. Международная Классификация болезней (10-й пересмотр). Классификация психических и поведенческих расстройств / под ред. Ю. Л. Нуллера, С. Л. Циркина ; ВОЗ. – СПб. : Оверлайд, 1994. – 300 с.

18. Мнение МедРунета : результаты опроса (24.09.2008) [Электрон­ный ресурс]. – Режим доступа: Http://www. medlinks. ru, вход свободный.

19. Орел В. Е. Структурно-функциональная организация и генезис психического выгорания : автореф. дис. … д-ра психол. наук / Орел В. Е. ; [Яросл. гос. ун-т им. П. Г. Демидова]. – Ярославль, 2005. – 51 с.

20. Профессиональное Выгорание у медицинских работников / В. Я. Апчел, В. Г. Белов, В. И. Говорун, Ю. А. Парфенов, П. В. Попрядухин // Вестн. Рос. воен. мед. акад. – 2008. – № 2(22). – С. 152–159.

21. Российская Социологическая энциклопедия. – М., 1998. – 827 с.

22. Скугаревская М. М. Синдром эмоционального выгорания у ра­ботников сферы психического здоровья : автореф. дис. … канд. мед. наук. / Скугаревская М. М. ; [Белорус. гос. мед. ун-т]. – Минск, 2003. – 19 с.

23. Стародубов В. И. Здоровье нации и система здравоохранения Российской Федерации / В. И. Стародубов // Уровень жизни населения ре­гионов России. – 2005. – № 11/12. – С. 65–69.

24. Труд И здоровье медицинских работников / под ред. В. К. Овча-рова. – М., 1985. – 213 с.

25. Шиманская Т. Г. Комплексная оценка состояния здоровья врачей медицинских вузов в зависимости от условий труда : автореф. дис. … канд. мед. наук / Шиманская Т. Г. – СПб., 2002. – 21 с.

26. Эмоциональное Истощение как проявление дезадаптации у ме­дицинских работников / Е. А. Никитин, С. М. Шкленник, В. С. Цой, Ю. А. Парфенов // Вестн. психотерапии. – 2007. – № 21(26). – С. 39–48

27. Юрьева Л. Н. Профессиональное выгорание у медицинских ра­ботников: формирование, профилактика, коррекция / Л. Н. Юрьева. – Киев : Сфера, 2004. – 271 с.

28. Burish M. Burnout-Sundrom-Theorie der innerm Erschopfung / M. Burish. – Berlin, 1989.

29. Masiach C. Maslach Burnout Inventory Manual / C. Masiach, S. E. Jackson, M. P. Leiter. – Palo Alto, California : Consulting Psychological Press [Inc.], 1996. – 52 p.